Глава 1

Сижу на подоконнике и с грустью смотрю на свою единственную сумку с вещами. Скоро за мной должен приехать отец и забрать меня в мой новый дом. Вернее будет сказать, в свой дом. Моим он станет не скоро, если вообще когда-нибудь станет.

Мои родители развелись, когда мне было девять и сразу же разъехались в поисках каждый своего счастья. Меня оставили жить с бабушкой. Сначала мать обещала, что, как только устроится, сразу заберет. Но шли годы, у нее, как и у моего отца, давно уже была другая семья, и видимо ни одному, ни другому я оказалась в итоге не нужна, потому что забирать меня никто не спешил.

Сначала я очень переживала, ведь несмотря на то, что у меня были оба родителя, живые и здоровые, я жила, как сирота, совсем не знала родительской любви и заботы. Потом смирилась и приняла ситуацию, как есть. В конце концов, с чего бы им воспылать ко мне любовью. Если ее не было раньше, то откуда взяться потом. Бабушка растила меня одна, исправно покупала минимальный набор вещей, делала все, что было необходимо, но не более того. Я всегда старалась найти им всем оправдания, может они просто люди такие по своей природе, черствые и бессердечные.

Или это их несчастливый брак был причиной всему этому. Они поженились студентами, когда мама забеременела мной. Бабушка как-то проболталась, что моя мать всю жизнь любила другого человека и, когда они с ним сильно поссорились, решила отомстить, начав встречаться с другим. Вот и отомстила. Сама себе. Вышла замуж без любви и ничего хорошего из этого не вышло. Они продержались в этом браке, сколько могли, но все равно в итоге разошлись.

Я всегда была совсем другим человеком, хотела общаться, дружить и любить. И раз дома мне эти качества раскрывать было не с кем, у меня всегда было много друзей и подруг в школе и во дворе. Я их всех искренне любила, всегда помогала, чем могла, но, когда мы год назад окончили школу, большинство из них разъехались для дальнейшей учебы. Я тоже поступила в университет, в самый обычный, на который баллов хватило. Бабушка репетиторов мне не нанимала, считала, что, если есть голова на плечах, сама должна поступить.

С друзьями и подругами там все было намного сложнее, большинство из них дружили только ради выгоды, а раз с меня брать было нечего, то и дружбу со мной водить было необязательно. Мы с Лерой только немного общались, она была из простой семьи, без лишних заморочек и запросов.

Три месяца назад умерла бабушка, с которой я жила последние десять лет. Мать посчитала, что я уже достаточно взрослая, чтобы оставить меня и дальше самостоятельно жить одной. А отец, которого я не видела пять лет, приехал на похороны бабушки и сразу после поминок сообщил, что теперь я буду жить с ним и с его новой семьей. Я сопротивлялась до последнего, но так и не смогла его убедить, что одной мне будет лучше. Ведь я давно совершеннолетняя, мне девятнадцать и в последнее время я даже подрабатывала в библиотеке в вечернюю смену.

За последние годы, мой отец стал достаточно обеспеченным человеком. Но насколько я знала, со слов бабушки, основная заслуга в этом была его новой жены, она из богатой семьи, а при таком начальном капитале, хорошо жить, сам бог велел. Это опять же со слов бабушки. Ее очень нервировала вся эта ситуация, ей всегда казалось, что на мое содержание дают мало денег.

В новой семье родных детей у отца не было, только дочь у мачехи, по возрасту вроде немного старше меня.

Не скажу, что меня радовала перспектива получить сводную сестру. Мы обе были уже достаточно взрослые и совсем разные. Не знаю почему, но я была уверена, что мачеха и сводная сестра меня терпеть не могут. Жили они себе спокойно своей семьей, а тут я им на голову упала. Оно им надо? Нет, конечно. Наверняка я им, как кость поперек горла.

Отец сам приезжает за мной, как мы и договаривались и я, окинув прощальным взглядом квартиру, спускаюсь вниз. В конце концов, если в новом доме я не приживусь, можно всегда будет вернуться сюда. Эта квартира осталась мне по завещанию.

Едем мы долго, дом отца находится совсем в другой части города.

– Алена, – прерывает тишину отец, – мы с Марго решили, что будет намного лучше, если ты переведешься в другой университет. Он самый престижный в нашем городе, так что сомнений быть не может. Специальность у тебя очень хорошая, востребованная, и если еще и университет будет хороший, тебя ждет блестящее будущее.

– Пап, мне и так хорошо, я уже привыкла там, – пробую протестовать.

– Не спорь, – резко обрубает мои возражения, – в конце концов, все уже решено. Марго пришлось задействовать очень важных людей, поэтому отказы не принимаются.

Вот и поговорили. Как же хорошо мне жилось, когда я могла хоть что-то решать сама. А здесь не спросили, все за меня решили, даже договориться уже везде успели.

Тяжело вздыхаю и откидываюсь на кресло.

– Ездить в университет можно будет с Мариной, это дочь Марго. Прошу тебя, постарайся с ней поладить, она немного вспыльчивая и заносчивая, все-таки росла единственным ребенком в семье, ни в чем никогда не знала отказа. Но вы же сестры теперь, будете жить в одном доме, – делает паузу, потом добавляет, – если с Мариной ездить в университет не получится, можно будет с водителем.

– Я могу и сама, на автобусе. Зачем людей напрягать лишний раз.

– Посмотрим, – отвечает задумчиво, и я понимаю, что мыслями он уже далеко отсюда.

Подъезжаем к воротам, и я понимаю, что просто мне не будет. Это бесспорно дом очень обеспеченных людей. Мне становится еще больше не по себе, потому что я и так по жизни устала чувствовать себя бедной родственницей, а здесь это чувство усилится в несколько раз.

Отец берет мою сумку с вещами, и мы подходим к дому. На встречу нам выходит женщина, очень ухоженная и стильная. Выглядит молодо, даже не знаю, сколько ей может быть лет. На вид я бы сказала чуть больше тридцати. Она улыбается мне искренней доброй, как мне кажется, улыбкой, и приглашает войти в дом. Меня отправляют помыть руки, показывают мою комнату, и через час приглашают спуститься к ужину.

Я потрясенно оглядываю свою комнату, аккуратно дотрагиваюсь до вещей, боюсь что-нибудь разбить или сломать. Здесь все так красиво, что мне не верится даже, что я буду здесь жить. Комната оформлена в светлых тонах, никакого розового, слава богу, нет. Мебель белая, стены бежевые, очень светло и уютно. Кроме того, в комнате очень много всяких милых безделушек: подушечек, рамочек, полочек, даже фонарики есть. Кто же так постарался? Надеюсь, это не комната моей сестры, в которой она жила раньше, не хотелось бы вторгаться в чье-то личное пространство.

Раскладываю свои вещи на полках нового шкафа. Если честно, раскладывать особо нечего, вещей у меня, как кот наплакал. Бабушка всегда очень экономила и никогда не покупала лишнего, а в последнее время еще на лекарства приходилось тратиться.

Привожу себя в порядок, если это можно так назвать. Просто расчесываю волосы и стягиваю их обратно в хвост. Одежду оставляю ту же, джинсы и свитшот. Ставлю телефон на зарядку, теперь уже в своей комнате и спускаюсь вниз.

Захожу на кухню, там меня уже встречает мачеха все с той же доброжелательной улыбкой, отца нигде не видно. Интересно, она правда рада меня видеть, или просто делает вид?

– Алена, проходи, присаживайся, пока давай на диванчик. Я хотела с тобой поговорить, пока Николай не пришел, – вполне доброжелательно обращается ко мне, но я все равно внутри как-то вся сжимаюсь. Меня пугает этот дом и тот размах, с которым они живут.

– Милая моя, я так рада, что ты будешь жить с нами, я всегда мечтала еще об одной дочке, но Бог не дал. А когда узнала, что у Николаши есть дочь и она живет, оказывается, одна, уговорила его привести тебя к нам. Марина у меня взрослая уже, на пятом курсе учится и работает давно, дома появляется очень редко, дела у нее все время, видите ли. Думаю, внуков мне не дождаться от нее еще долго, а так хочется о ком-нибудь заботиться. Мы тебя здесь очень ждали. Я взяла на себя смелость, и сама оформила твою комнату. Ты не против, надеюсь? Но ты всегда можешь ее переделать по своему вкусу. Ты не стесняйся, сразу говори, если вдруг что-то понадобится.

– Мне все понравилось, спасибо, – скромно отвечаю и зависаю от ее неожиданного признания. Для меня еще никто никогда ничего не делал.

Такое странное чувство во мне просыпается, мне одновременно приятно и неудобно, столько хлопот прибавилось из-за меня. Чувствую себя опять не в своей тарелке.

– Как вас зовут? – спрашиваю ее.

– Маргарита, меня зовут, – отвечает с улыбкой.

– А отчество? – недоуменно спрашиваю. Ну не могу я к ней по имени. Она не подружка мне и не ровесница.

– Николаевна, но лучше без отчества, меня все близкие так зовут, и ты можешь.

Ну, это вряд ли. Думаю, не смогу. В целом, она вроде хороший человек, сама настояла, чтобы я здесь жила. Зная своего отца, я вполне ей верю. Он бы не стал настаивать.

– Пойдем скорее за стол, я покормлю тебя. Ты же с дороги ничего не ела, даже чаю не выпила, – качает головой.

Как только мы садимся за стол, в столовую заходит девушка. Кукольная блондинка с длинными волосами, очень красивая и стильная. Одета дорого и модно, выглядит, как модель с обложки, у меня вскользь проскакивает мысль, что я такой никогда не стану. Да я даже пытаться не буду. Девушка сканирует меня внимательным взглядом и чуть заметно морщится.

– Ну, привет что ли, бедная родственница, – заявляет голосом полным превосходства.

– Марина, прекрати сейчас же, – рявкает мачеха, – Алена теперь член нашей семьи. Прими этот факт и веди себя подобающе.

– Вообще не вопрос, как скажешь, – со слишком сахарной улыбкой отвечает матери.

– Привет, – отвечаю спокойно.

Марина садится за стол и отодвигает от себя тарелку с пастой, морщит нос и дует свои пухлые губы.

– Валя, сколько раз говорить, что я не ем такое, – обращается к домработнице капризным голосом, – принеси мне, как обычно.

Валя ловким движением руки, словно фокусник очень быстро меняет ей тарелки. Вместо пасты приносит что-то зелёное, я даже не знаю, что это. Листья какие-то. Я на диетах никогда не сидела, ела то, что было дадено. А за подобные выкрутасы получила бы по затылку поварешкой от бабушки. Поэтому никогда не была привередлива в еде, как и в любом другом тоже. Не хочу показаться невежливой и в открытую пялиться на причуды этой блондинки, опускаю голову вниз и ковыряюсь в своей тарелке. Делаю вид, что ем, потому что аппетит как-то разом пропал у меня.

Хорошо, что в это время в столовую входит отец и все внимание переключается на него. Они с мачехой начинают обсуждать что-то по работе, Марине кто-то звонит, и она довольная убегает из-за стола, так и не попробовав свои зелёные листья. Я тоже под шумок сбегаю в свою комнату, прихватив с собой бутылку воды и чашку чая.