Глава 34

Самолет приземлился без задержек. Демьян уже включил телефон.

Он без багажа, обычно летает с небольшой дорожной сумкой.

Я с замиранием сердца жду его в зоне прилета, всматриваясь в нескончаемый поток незнакомых людей. Мне нравится наблюдать за ними, ловить всполохи чувств.

Лица прибывших пассажиров выражают разные эмоции. Кто-то хмурится, кто-то выглядит очень устало. Кто-то наоборот веселый, улыбчивый. Кто-то задумчив. Вон та семейная пара уже явно успела поссориться. Девушка недовольно тащит за ручку белокурую кроху. Малышке на вид годика два. Девочка идёт, насупившись, губки надула, в глазах обида. У мужчины несколько пакетов, лямка от ноутбука на плече, еще он тянет за собой объёмный чемодан, что-то раздраженно бурчит себе под нос, а девушка, нервно поправляя длинные темные волосы, сердито на него поглядывает.

Я отчего-то переношу все это на себя. Меня всегда тяготили бурные ссоры с мужем. Особенно, когда дочь становилась их случайным свидетелем. Я старалась держать себя в руках, хоть иногда и сложно было сдерживаться, да и не всегда удавалось.

Однажды я заподозрила Артура в неверности. Для меня это было настоящим потрясением. Нет, он не приезжал домой ночью, не разговаривал тайком с кем-то по телефону, не озирался по сторонам, переписываясь. Но меня не отпускало странное ощущение, словно что-то не так. И поведение Артура немного изменилось в мелочах. Неуловимо, необъяснимо. Пропали искорки из глаз, радость в голосе, нежность во взгляде, заинтересованность. Их сменили щепотки недовольства, легкие оттенки раздражительности. Я наблюдала за этим недолго. Напрямую спросила: в чем дело, и, может, Артуру дома стало плохо, безрадостно. Может, душно. Может, тягостно. Может, я что-то не так делала.

Он уверял, что все нормально и просто слишком сильно устает. Извинился, если стал невнимательным. Я предложила ему взять отпуск и отдохнуть всем вместе. Муж сначала упирался, а потом согласился. Это был лучший отдых на морском побережье на мою память: и Светочке очень понравилось, и мы с Артуром сблизились. Супруг с облегчением выдохнул, отстранился от работы. Мы сбежали от привычной жизни, чтобы ненадолго сменить обстановку и глубже погрузиться в нас: нашу семью, любовь, доверие. Нам это помогло. Еще я старалась стать чуточку внимательнее к мужу. Потому что сама чувствовала, как затягивают будни и быт постоянный. И так мало времени и эмоций остаётся именно на нас с Артуром. На двоих.

Я нечасто вспоминаю тот кусочек из нашего прошлого, но сейчас зачем-то он вспыхнул в памяти. Это всегда так больно, когда семьи рушатся, деткам тяжело. Мне страшно, как Света дальше будет реагировать на наш с Артуром развод. Это все же не временно пожить отдельно.

Пара с ребёнком, что привлекла мое внимание, уже направляется к выходу, а я завороженно смотрю ребятам вслед. Хочется пожелать всем семьям и влюбленным доверия и умения ценить друг друга, а еще научиться преодолевать сложности. Я успешно с этим справлялась. До определенного момента, когда дальше уже никакого доверия быть не может.

Когда Дым наконец появляется в раздвигающихся дверях, мое сердце подпрыгивает от радости.

Он подмечает меня и направляется в мою сторону. Наши губы скорее встречаются даже без слов приветствия. Мы, как два изголодавшихся путника. Дым держит мое лицо в своих ладонях. Крепко, надёжно, ласково.

Касается меня страстно, ярко, голодно. Эмоции искрят, разгораясь сильнее и сильнее, и чуть-чуть ожог не оставили… Губы его твердые, требовательные, холодные. Он целует меня не так, как раньше: не мягко, не трепетно. Дым молчаливо просит меня о большем, он умоляет, требует! Неслышно кричит о том, что я для него первая! Лучшая! Самая! Одна только! В этом изголодавшемся поцелуе сквозит предложение. Он предлагает себя! И предлагает искренне! И мою душу пятнает собой, оставляя свои следы на ней! И как можно остаться равнодушной? Холодной? Как можно?!

Я с ума с ним схожу … думала, уже неспособна на нечто подобное, но Дым под лед меня затягивает, туда, где нет воздуха. И как я там буду – не представляю просто. Как в этот омут с головой нырнуть?! Мне не страшно, я просто не уверена. И не знаю, надо ли. И сомневаюсь я. Так ли все на самом деле, как оно кажется? Все очень сложно и просто одновременно.

Ветер перемен, что незримо дует в нашу сторону, стихает внезапно, когда Дым отстраняется. Мужчина, сверкая глазами, пленит мою ладонь и коротко прижимается к ней губами.

– Я счастлив. Безостановочно прокручивал в голове нашу встречу. Но все вышло даже еще лучше.

– Какой ты безудержный, – смеюсь я и обнимаю его за талию, щекой чиркаю по груди. Так хорошо с ним, уютно.

– Ну скучала хоть? – интересуется Дым насмешливо.

– Ну… так… немножко, – уклоняюсь я и получаю кривую ухмылочку в ответ и уверенное прикосновение губ к виску.

А себе признаюсь искренне: соскучилась до безумия!

– Да врешь ты все, – тянет Дым с шутливой издевкой. Подтрунивает. – Минуты считала до моего возвращения!

– Ладно-ладно, было дело. Машина на стоянке, пойдём.

Я протягиваю ему свою ладонь, Дым нежно сжимает ее и ведет меня за собой.

На выезде он сам расплачивается за парковку, а я уточняю адрес:

– Куда едем?

– Ко мне, естественно, – летит ехидное замечание.

Дым уже развалился на сидении.

– Мне адрес, пожалуйста.

Доехали мы не то, чтобы очень быстро. У меня в запасе остается совсем немного времени осмотреться, побыть с Дымом и нужно будет выезжать за Светочкой.

Демьян уже убежал в душ на три минуты, а я пообещала заварить чай.

У Дыма очень… просторно. Мне не доводилось раньше бывать в таких квартирах. Двухэтажная. Наверх ведет огромная лестница.

Повсюду серые с белым оттенки, кое-где вкрапления зеленого: нефритового, мятного, оливкового. И еще присутствует светло-желтое дерево.

Тона очень спокойные, здесь хочется расслабиться и отдохнуть.

Когда я заливаю кипятком заварник, в гостиную начинают настойчиво пробираться нотки мелиссы. Я знаю, что Дым предпочитает чай с мятой. В общем… уж, что нашла.

– Ммм, какой обалденный запах! – раздаётся одобрительное замечание от хозяина этих потрясающих апартаментов.

Дым тихонько подкрадывается сзади, обнимает за талию и прижимает к себе. Он целует меня в шею и еще коротко потирается щекой о мои волосы.

– Тактильный мой. Что ж ты такой ласковый, как котенок.

Демьян хрипло смеется и на мгновение отстраняется. А мне на грудь опускается металлическое плоское колечко на цепочке.

Я удивленно разглядываю сувенир. Нет, это не привычное кольцо на палец. Это подвеска. Сантиметра два в диаметре. И оно не металлическое, хотя похоже. Я не понимаю, что это за материал. Не припоминаю такого.

– Ты мне подарок привез?

Я оборачиваюсь и смотрю на него с благодарностью и замешательством.

– Я ведь говорил, что ты для меня особенная. Что я для тебя даже звезду с неба.

– А. Это и есть твоя звёздочка?

Я нежно целую его в подбородок. Ну, уж извините, куда дотягиваюсь. И заинтересованно опускаю взгляд, пытаясь рассмотреть изделие. Похоже на камень. Да, точно! Как будто обтесанный. Необычно смотрится…

– Угадала, – лыбится Дым. – Это метеорит.

Мои губы перестают улыбаться. Как это метеорит. Настоящий, что ли?!

Я кручу колечко в руках, тщательно вглядываясь.

– Впервые такое вижу, – выдыхаю потрясенно.

– Я искал специально для тебя. Говорят, амулетом может быть. Пусть он станет твоим защитником, когда меня рядом не будет.

– Спасибо, – я не нахожу, что еще сказать. – Это… Это невероятно!

– Да. Мне дали распечатку, там подробнее написано о камне. Где его нашли, вес, форма. В общем, почитаешь, если будет желание.

Я смотрю на него, не отрываясь. Он во всем такой. Необычный, но правильный. Потрясающий, удивительный!

– Мне очень приятно, что ты заморочился, и как только время нашел?

– Говорю же, для тебя все, что угодно.

Мы стоим напряженно, друг перед другом. Дым поднимает руку и обводит костяшками пальцев мое лицо. А я непроизвольно сглатываю. Туманный мужской взор ползет вниз по мне, потом так же медленно наверх. Изучающе. Демьян ласкает меня глазами, а когда вновь приподнимает голову, то…

Я вдруг ощущаю его пальцы на теле. Он гладит меня, впивается в мои губы, нежно покусывает, проталкивает язык. Твердо и очень настойчиво. Я растворяюсь в его близости, не успев совершенно никак отреагировать.

Тону в его запахе. Буря эмоций зашкаливает. И зной, и град, и ливень стеной. Поздно спохватываюсь, уже когда лежу диване, а Дым нависает надо мной. Губы его вызывающе исследуют мою шею, а руки смело задирают лонгслив.

Демьян отрывается от меня на пару секунд, чтобы стянуть с себя домашнюю футболку и отшвырнуть ее в сторону.

Когда он уверенно тянется ко мне и пытается избавить меня от одежды, я осторожно кладу ладони на его пальцы, останавливая мужчину.

– Демьян, я не могу, правда. Это может плохо отразиться на малыше.

Мне даже немного совестно ловить его страдающий темный взгляд. Дым заведен. Крылья носа его трепещут от тяжелого частого дыхания.

– Ладно, – выдавливает он наконец… не своим голосом, – просто кофту можешь снять? Только ее.

– Зачем? – я разглядываю его недоуменно.

– Хочется. К тебе прижаться, – он обжигает мятежностью взора. И смиренностью, одновременно. – Вообще… много чего хочется. Но хотя бы это.

Я долго не могу отреагировать, пока Демьян вновь не начинает направлять меня.

Он мучительно медленно гладит мой живот, потом поясницу. Усаживает меня на диване, а сам опускается на колени. Наклоняется…

Я закидываю голову назад, как только его губы касаются моего оголенного живота. Он мучает меня лаской, нежностью. Так трепетно ко мне прикасается… Как будто для него это священно…

Дым настойчиво поднимается выше и выше. Неторопливо все же задирает лонгслив, взглядом умоляет меня подчиниться и не протестовать.

– Ярина. Ты же доверяешь мне, правда? – ловлю я сдавленное.

И послушно задираю руки, позволяя ему оставить меня полуобнажённой.

Неожиданно нестерпимо хочется прикрыться руками, но Дым переплетает наши пальцы, вновь осторожно на меня налегая. Он исследует меня тщательно, с наслаждением, с преклонением. Целует ребра, и выше… и выше… дотрагивается рукой поверх белья, сжимает несильно, опять поглаживает.

Этим он просто надо мной издевается. Воспламеняет меня, пробуждает чувственность. А я так скрывала ее, особенно, когда он в последний раз дотрагивался…

Языком Дым проводит горячую линию, из стороны в сторону, оставляя влажный след на ключицах. Припадает к горлу. Самозабвенно целует… и так искреннее…

– Ну потрогай меня, пожалуйста! – срывается он мне в губы. Немного резко, несдержанно. – Коснись хоть где-нибудь!

Он повелевает мной. Он укладывает мои ладони на обнаженный торс. Кожа его, как горячий металл. Обнимает литые мускулы. На руках темные чернила, от костяшек до плеч вкруговую все забито полностью.

Дым горячий, пылает чувствами. Возбужден он так, что мне снова совестно.

Я ласкаю его, глажу мышцы. Скольжу выше до плеч, обнимаю за шею, прижимаюсь крепко-крепко. Живот к животу. И тянусь ртом к его губам.

И так радостно его чувствовать… это что-то неизмеримое.

Он увлекает с собой на диван, а наши ласки теперь легкие, нежные.

Но… не совсем это правильно… и мы ведь оба понимаем.

– А тебе что, вообще нельзя? Прям до родов?

Дым целует за ушком. Осторожно интересуется. Руки его сходятся кольцом вокруг меня. Прижимают темнее, ревниво.

– Не только, – я смеюсь ему в ответ, беззаботно поглаживаю мужское запястье. – После родов еще пару месяцев.

Дым потрясенно замирает. И даже слегка привстает, опираясь на локоть. Он обескураженно заглядывает мне в лицо:

– Два месяца?! – переспрашивает Демьян слегка обескураженно. – Серьезно?!

– Конечно.

– Не-не-не! Мы так не договаривались! – он падает обратно на диван и почти стонет от огорчения. Выглядит таким расстроенным – жуть! А я во второй раз отмечаю в нем мальчишеские черты. Это так мило выглядит. И забавно. – Не ну… Ну, как оно так! Это же нечестно!

Он даже языком цокает от досады. А мне так пожалеть его захотелось, по голове погладить, успокоить.

– Ммм, – он вновь носом утыкается мне в шею, дышит пламенно. Дракончик. – Немедленно скажи, что ты пошутила!

– Нет, – хохочу я, аж живот надрывается. Дым так смешно выглядит сейчас. – Это не шутка. Это период восстановления женщины.

– Дааа лаааадно… А сейчас точно никак нельзя?! – он испуганно округляет глазки, ну, какой же он милый, так и льнет ко мне. Прижимается. Как приятно —словами не передать! Ну, точно котенок. Настоящий ласкунчик.

Мужчина, осмелев, вальяжно укладывает широкую ладонь на пояс моих брюк. Но на этом не останавливается – нагло скользит ниже.

– Демьян, – я стараюсь вложить максимум строгости в голос, но это сложно сделать, когда смех вырывается наружу. – А ну-ка, не хулигань!

– Ага. Тебе все равно! А я, между прочим, мучаюсь!

– Мне не все равно… – я искренне пытаюсь сдержать веселье. – Честно!

– Вот, давай-ка, рассказывай, почему нельзя! – он вновь терзает меня, оставляя дорожку из коротких поцелуев: шея, плечо, ключица. Живот снова поглаживает. – А то, может, просто во мне что-то не устраивает?!

– Дым, ну ты же взрослый человек, ты же сам понимаешь…

– Что именно?

– Без гарантии безопасности для ребёнка это невозможно.

– Какие гарантии? Ты что, думаешь, что я навредить могу? Что я налево и направо расхаживаю?

– Я так не считаю, но возможность этого не исключаю. И запретить тебе я не могу.

Он чуть ли не подскакивает от возмущения.

– Ты меня сейчас шокируешь, то есть, ты реально во мне сомневаешься?

– Дело не в тебе. А в том, что я обязана быть осторожной.

– Нормально так. А если бы меня не было. И проблем с мужем у тебя не было. С ним бы ты не беспокоилась?!

– Не заводись, ладно. Тебе любой врач скажет, что нужно иметь голову на плечах.

– Так я не против, а в чем проблема?! Тебе сказать, сколько у меня уже не было? Тебе сказать почему?

– Почему же…

Конечно, я хочу услышать, что из-за меня. Но в это слабо верится. Дым, если захочет – любая у его ног будет.

– Потому что неинтересно мне с другими теперь! Потому что мне ты нужна.

– И как я могу на это слепо рассчитывать?!

– Ты мне довериться можешь!

Я рывком усаживаюсь, жалея, что поддержала этот разговор. Лучше бы перевела тему.

– Что ты молчишь? Ответь мне! – допытывается он и усаживается следом.

– Ты сам мне рассказывал о своем образе жизни. Сегодня одна, завтра другая, – отвечаю я растерянно. Встаю и поднимаю с пола свою одежду. Натягиваю. – И даже более-менее серьёзные отношения у тебя плавают. Вроде есть, а вроде и нет.

– Это до тебя было, – спокойно парирует он. – Сейчас все. Нагулялся.

– Очень лестно это слышать, – я протягиваю Дыму его футболку и продеваю в горловину голову, пока кое-кто возмущается. – Но давай не будем из-за этого спорить. И не станем торопиться. Расслабься, я тебя ни в чем не хочу обвинять. И я тебе доверяю. Просто у меня сложная ситуация. А ты слишком умный человек, чтобы этого не понимать, – я делаю шаг к примирению и целую огнедышащего дракончика в нос. – Всё?

Плюхаясь рядом с ним на диван.

Дым уверенно подхватывает меня и заставляет пересесть к нему на ноги, оседлать. Ладони его скользят вверх по моим ногам. Будоражит, аж… Ой, как волнительно…

– Я запомнил, – проговаривает он с хитринкой. – Вернемся к этому разговору чуть позже. Пока да, всё.

***

– Ну что ты там возишься? – недовольно роняет Дым. – Поехали, опоздаем.

Он вызвался сам отвезти меня на прием к врачу. Мы сегодня договорились побыть вместе подольше, потому что позже Демьян вернётся к привычному графику, да и мне всегда есть чем заняться.

– Бегу-бегу!

Доехали мы быстро. Это удивительно. У меня таких приятных дней, наполненных весельем и шутками, не было даже с Артуром. А здесь… будто все в порядке вещей. Будто у нас давно принято друг для друга стараться.

Прием почти подходит к концу, а я уточняю у врача интересующиеся меня вопросы. В дверь вежливо стучат… И на пороге появляется Дым…

Он вежливо здоровается, врачам сует по шоколадке, заявляет, что со мной. И он… папа. Те разве что не расплываются от удовольствия и раболепного взгляда на Демьяна. Кажется, мужское обаяние распространяется на всех женщин комплектом: от мала до велика.

Демьян перебрасывается парой слов с доктором и вдруг неожиданно выдает:

– Скажите, пожалуйста, – он прет напролом, как танк, крутит указательными пальцами в воздухе. Видимо, немного все же волнуется. – А «это» разрешено?

Врач снисходительно ухмыляется, важно поправляет очки: толкает их ближе к носу пальцем.

– Не просто разрешено! Но и требуется! – выдает она самую желанную для Демьяна фразу.

Дым медленно-медленно поворачивает голову в мою сторону. Победно. Самоуверенно. На губах его блуждает торжествующая улыбка.

Он нагло укладывает ладонь на мое колено и крепко сжимает. Так, чтобы я точно почувствовала.

А потом насмешливо дёргает бровью… словно говоря: «Капец тебе».