Глава 13. Рома

– А что она еще должна была купить? – напираю на охреневшего до мозга костей мужика.

От ярости красная пелена застилает взор, и контролировать злость становится только сложнее, но я каким-то чудом еще держусь. Не особо хочется мараться об ублюдка.

Муж Веры своими высказываниями не на шутку меня задел. Он даже не понял, насколько сильно.

Я с самого детства ненавижу алкашей, чмошников и альфонсов. Бесят они меня, не мужики это, а самые настоящие твари.

Каждый раз, когда натыкаюсь на подобного, хочется со всей дури дать ему в табло, а после этого еще поинтересоваться у его женщины, какого хрена она живет с ним и не уходит. Есть полным-полно нормальных, порядочных, одиноких мужчин, которые женщину на руках носить будут, а не ноги об нее вытирать.

Неужели не понятно?

Как вспомню свое детство, так начинает колотить. Видимо, подобные недомужчины, мой персональный триггер.

Я до сих пор так и не разобрался, на кой фиг моя мать столько лет терпела отчима, его пьянки, побои и друзей-алкашей. Сначала пытался с этим бороться, а потом понял, что все равно ничего не поможет…

Мать не захотела менять свою жизнь, так и осталась жить, как жила. Я ничего не смог изменить, как ни старался.

А потом я вырос, уехал в другой город и больше к ней не приезжал. Наше общение тоже довольно-таки быстро сошло на нет. Как только Илона появилась, так я вовсе перестал звонить ей, а она сама давно уже первой меня не набирала.

Благо, отец все же смог каким-то чудом отыскать меня. И с тех пор помимо него у меня другой семьи нет. Он мой батя, твердое, крепкое плечо. Мой тыл.

Тот, на кого я равнялся.

Удивительно, но Илонка так и не смогла стать частью семьи. У нее так и не вышло убрать пустоту из моего сердца. Даже спустя несколько лет совместной жизни, я не оттаял, я как был сухарем, так и остался.

А вот Вера за считанные минуты это все смогла изменить. Каким-то чудом ей удалось не просто рассеять тьму, но и заставить гореть свет в сердце.

Наверное поэтому я за нее так вцепился.

– Может она тебе денег должна? – продолжаю закипать. – Ты говори, говори, – чувствую, как из ноздрей буквально валит пламя. – Я записываю.

Ненавижу ублюдков и чмошников. Жуть как! А если вспомнить расцарапанные ладошки, так злость становится не удержать. Меня на куски разрывает.

Сейчас сработал мой личный триггер, я увидел ситуацию с матерью со стороны. И если Вера нашла в себе силы и решимость сбежать от такого поганого мужа, то у моей матери этого сделать не вышло.

Она оказалась не так сильна.

– Чем вытираться мне?! – кричит. – Ничего нет! Это полная ж…опа!

– Смотри лучше, – цежу сквозь крепко стиснутые зубы. Усмехаюсь.

Жена не купила туалетной бумаги для нахлебника-мужа? Какой кошмар! Просто звездец! И что с ней за это нужно сделать? Правильно! Взять и применить силу. Не так ли?

Ар-р! Как же кроет меня! Олежу сейчас только сортир и спасает.

Не стану же я бить ему морду, когда он сидит на белом коне. Каким бы я гадом не был, до подобного опускаться не намереваюсь.

Ситуация злит меня просто капец. Женщина не обеспечила мужика всем необходимым. И кто она после этого? Правильно! Самая настоящая тварь.

Ну му… судак!

Ар-р! Как же у меня чешутся кулаки понадавать по его наглой охреневшей роже. Ведь это ж надо было только додуматься обвинить во всех своих бедах женщину. Мать своего ребенка!

Капец.

Олег находит в себе силы и поднимается с толчка. Подходит и смотрит со злостью.

Пользуясь случаем, внимательно изучаю его. Передо мной стоит чмошник. Самый настоящий.

– Слышь, не лезь не в свое дело, – заявляет Олежа и снова с выпученными глазами скрывается за туалетной дверью.

М-да… Что-то ему сегодня уж слишком не важно.

– Посмотри, мож там салфетки остались, – просит сдавленным голосом, спустя некоторое время.

Чем дальше, тем сильнее ситуация начинает меня забавлять. Интересно, что же такого Вера сделала?

Почему-то я просто уверен, она причастна к тому, что Олег не слезает с толчка. Неужели…

Да не! Быть этого не может. Уж точно!

– На кухне ничего нет, – отвечаю, едва сдерживая хохот.

Я даже не потрудился посмотреть. Пусть расхлебывает ситуацию сам, разберется уж как-то.

Прохожу вглубь квартиры, нахожу друга и с удивлением смотрю на него. Хмурюсь.

Андрюха слишком серьезный.

– Ты чего? – спрашиваю у него. Меня до сих пор пробирает на смех. Это ж надо было додуматься и развести бывшего мужа?

Ай, да умница Вера! Молодец!

Но на будущее мне нужно учесть, что она способна и не на такое.

– Дело есть, – Андрей произносит задумчиво. – Проверить надо.

– Поделишься мыслями? – интересуюсь. Лебедев меня прям заинтриговал.

– Да есть у меня одна идея, – ухмыляется недобро. Я беру в руки лежащий на столе мандарин и подкидываю его вверх, ловлю. – Не трогай здесь ничего! – предупреждает. – И уж тем более не ешь, – добавляет, словно читая мои мысли.

– Прикалываешься? – со смешком на губах спрашиваю у него. – Что хоть случилось? Поясни.

Мне очень важно от него все услышать.

Одно дело я напридумывал всякого и совсем другое, что увидел Андрей. Опыта у него хоть отбавляй, не даром столько лет спасателем проработал.

– Пойдем, – кивает в сторону коридора. – Мы здесь нафиг не нужны.

Андрюха берет со стола гигантский пакет с множеством контейнеров, еды и всяческих заготовок. После его набега на холодильник тот должен был остаться девственно чист.

– Ты охренел? – встаю в позу. – Совсем с дуба рухнул? – киваю на ношу. – Нафига это нам?

Искренне недоумеваю.

Если я оказался прав и Вера накормила Олежу слабительным, то при чем здесь остальная еда? Пусть уж останется, так уж и быть, не жалко даже для твари.

– Поверь, нам это не нужно, – отвечает с ухмылкой. – А вот смыться с квартиры самое лучшее, что можем сделать, – в очередной раз удивляет меня своими умозаключениями.

Логике не поддаются, как ни крути. Я не могу просечь, что Андрюха задумал.

– Ну ладно, – соглашаюсь, по-прежнему сомневаясь. – Что случилось-то? Почему ты передумал разобраться с ублюдком?

– Вера все уже сделала, – кидает взгляд в сторону закрытой двери санузла и опять ухмыляется. – Сама.

О как… Значит, мои догадки не столь фантастичны, как думалось.

– Ром, захвати оставшиеся бумажные полотенца и салфетки, – Андрей кивает на стоящую на столе салфетницу.

– Да нахрена? – спрашиваю. Салфетки уж явно ни в чем не виноваты.

– Объясню чуть позже, – кидает друг и спешит выйти из квартиры.

Понимая, что делать нечего и оставаться здесь одному нельзя, я все же решаю последовать за Андрюхой.

Выходим в коридор, закрываем за собой дверь. Ключей нет, но мы просто хлопаем ей чуть сильнее, чем нужно.

Андрей спешит в сторону лестницы, я иду за ним. Но на лестничной клетке останавливаюсь, открываю щиток и четко найдя нужный номер квартиры, отрубаю свет.

– Хорошего наступающего Нового года, – говорю, не скрывая истинного отношения к Вериному недомужу.

Это ж надо быть такой тварью, чтобы обидеть жену и выгнать ее на улицу со своим ребенком в лютый мороз…

Паскуда!

– Ай, молодца, – негромко посмеивается друг. – А теперь уж точно нам пора убираться отсюда.

– Ага, – соглашаюсь с Лебедевым.

Выбирая между лестницей и лифтом снова отдаем предпочтение первому, так надежнее. Если снова отключат электроэнергию, то мы хотя б не застрянем и при любом раскладе спустимся вниз.

– Андрюх, так ты пояснишь свой звонок и пакет? – не успокаиваюсь. Мне дико любопытно, что друг обнаружил. – Или так и будешь меня дальше мурыжить?

– Да Верка, блин, – говорит в сердцах. – В еды чего-то ему намешала, вот и не слезает с горшка теперь из-за нее.

– Но ты ж хотел “Скорую” вызвать, – напоминаю ему. Мало ли что.

– Хотел, – подтверждает. – Да перехотел, – произносит с лукавой ухмылкой. – Пусть проведет новогоднюю ночь на толчке, а там уж с квартиры свалит. Безвозвратно.

– Думаешь? – что-то я сомневаюсь в его словах.

– Уверен, – кивает. – Ты ж вместе с Верой приедешь завтра. Или я не прав? – резко останавливается и смотрит на меня.

Смеюсь.

– Все-то ты подмечаешь, Лебедев, – не могу скрыть улыбки.

– Ну так опыт, – говорит с довольной лыбой. – Его не пропьешь.

– С ней, конечно, – подтверждаю его догадки.

Спускаемся дальше.

– Слушай, ну раз ты такой умный, то вот объясни мне, дураку, как ты раскусил мой интерес к ней? – не унимаюсь. Мне любопытно.

– Ты смотришь на Верку, как кот на сметану, – заявляет без тени сомнения в голосе. – Вот только сожрать и осталось, – ржет.

– Да ну тебя, – отмахиваюсь. – Только о жрачке и думаешь. Вон, в руках аж целый пакет, – киваю на не легкую ношу друга.

– Акстись! В моей квартире только один туалет и если я его займу на всю ночь, то никому из вас не позавидую, – произносит смеясь.

Ой, дурак… Шуток не понимает.

– Новый год на носу, – смотрю на время и охреневаю. До полуночи всего ничего. – У тебя жена кучу всего наготовила наверное. Надо поторопиться.

– Ты прав, – отвечает со мной без лишних раздумий, что бывает очень редко. – Поехали жрать! – заключает с важным видом.

Смотрю в спину друга и тихо смеюсь. Лебедев как был проглотом, так и остался. И как только Настя с ним столько времени живет?

Любит, наверное. Никак иначе.

– Поехали, – соглашаюсь.

Спускаемся на первый этаж, выходим из дома и за нашими спинами снова меркнет свет. Снова отключение.

Приплыли.

У людей Новый год, праздник на носу, а целый микрорайон остался без электроэнергии. Нет электричества, нет воды и тепла.

Вот это “праздник”… Бедные люди!

– Слушай, – торможу Андрюху. – Он ведь сейчас ей там уделает все.

Понимаю какой ужас ждет бедную Веру завтра.

– И проведет в этом гадюшнике всю ночь, – довольно заявляет друг. – Поэтому и говорю, что он больше не вернется, – в очередной раз удивляет меня. – Во-первых, ты не позволишь, а во-вторых…

– Он не захочет отмывать квартиру, – добавляю, понимая, как быстро снова начинаю сердиться.

– Бинго! – громко произносит Андрей.

– Но Вера тоже это все отмывать не будет, – резко заявляю. – Я не позволю ей!

– А разве кто в этом сомневается? – снова гогочет. – Клининг закажешь, отмоют ей все.

– Это да, – киваю, ухмыляясь.

Андрей вдруг меняется в лице и кидает тяжелый взгляд на пакет.

– Слушай, нам это надо утилизировать как можно скорее и как можно дальше, – говорит, не скрывая переживаний.

– Здесь выкинуть нельзя? – показываю на специальную площадку с переполненными мусорными контейнерами.

От подъезда до нее всего ничего. Выкинул и не паришься.

– А оно тебе надо? – напрямую спрашивает Андрей. – Я понятия не имею, чего там Верка намудрила, раз его так штырит. И насчет последствий тоже ничего обещать не могу.

– Да все с ним будет нормально, – отмахиваюсь. – С такими ничего не случается.

– Согласен, – задумчиво кивает. – Но пакет все же лучше отвезем к нам во двор. Там уж точно никто его искать не станет.

– Хорошо, – соглашаюсь, прекрасно понимая, что спорить с ним себе дороже. – Тогда… – осматриваюсь по сторонам. – Погнали?