Глава 26

Меня раздражали все люди! Они почему-то просто жили, радовались новому дню, утопали в алкогольных излияниях, пели и танцевали. Веселье окружало меня со всех сторон и доводило до безумия. Мало было просто покинуть харчевню. Приходилось прятаться под подушкой, чтобы не слышать перепады громкой музыки. Я, по сути, не существовала, отсчитывая минуты до рокового часа. Сколько раз порывалась нарушить обещание и побежать в лес, не счесть, но всегда тормозила себя у порога. Заставляла подчиниться разуму. Крепко сжимала в ладони амулет и молилась.

Нельзя! Нельзя, Синтия Нокс! — шептала я себе под нос и возвращалась на холодную кровать. Смотрела в окно и плакала вместе с дождем, что пролился с небес стеной, как в тот день, когда я убегала из поместья Люция.

Есть грань, за которую я не должна заступать. Доверие! Правда, ведь? Я поверила и подчинилась. Сай никогда меня не подведет. Мы обязательно будем вместе, иначе не смысла в этой жизни. Без него я не мыслила себя. Наконец, нашла мужчину, которого воистину люблю и никогда не отпущу. Плевать мне на то, где мы будем жить! Плевать на то, что у него звериная морда вместо человеческого лица! Я вообще не видела преград! Мужа любимого хочу! Детей полный дом! Пироги им печь хочу и зефир покупать! Так и будет!

Наверное…

— Шарлиз, открой, я ужин принесла, — постучала в дверь Палетта в самый тяжелый вечер в моей жизни. Сегодня ночью взойдет полная луна и…

— Заходи, открыто, — вынырнула я из-под одеяла и села в кровати. Наспех поправила волосы и побила себя ладонями по щекам.

Девушка принесла вслед за собой легкий свет из коридора. Подошла к тумбе, поставила поднос и подожгла свечу, а потом вернулась и плотно закрыла за собой дверь.

Я посмотрела на вяло танцующее пламя и вспомнила заплаканную свечу, которую Сай смахнул со стола, прежде чем… И тут же сердце защемило. И боль в груди усилилась, а дыхание оборвалось. Совсем я расклеилась. Натурально умирала без него и ничего не могла с этим поделать. Слабая слишком. Справиться с чувствами трудно.

— Лица на тебе нет. Я вина принесла рубинового и лепешки с сыром. Давай, выпей, поешь, — протянула она мне стакан и кусочек выпечки.

На самом деле ни голода, ни жажды я не испытывала, но приняла дары только чтобы не обидеть Палетту. Хорошая она девушка. Заботливая, участливая. Мы могли бы подружиться в иных обстоятельствах. Но сейчас мне хотелось утопать в собственном омуте тревоги одной. Мне ей не объяснить свою грусть.

— У меня всегда голова болит, когда дождь идет, — соврала, промакивая влажные складочки в уголках глаз. — Все хорошо. Правда. Спасибо за ужин.

Она аккуратно опустилась на край кровати и положила руку мне на колено. Погладила легонько и мило улыбнулась.

— Ты боишься чудовища Темного леса? — вдруг спросила и я едва успела скрыть свою реакцию, отвернувшись к окну. Знала бы она, чем совсем недавно я занималась с тем самым чудовищем, не стала бы задавать глупых вопросов. — Его убьют, вот увидишь. Пойдем с тобой к реке и повеселимся от души.

— Конечно, — натянула я улыбку и отпила вина из стакана. Посмотрела на красную жидкость, вздохнула и махнула разом до дна, скривившись от кислоты напитка. — Будет чудно.

— Я хочу улизнуть из таверны и посмотреть, как отряд заходит в лес. Ты со мной?

— Да, — я немного оживилась. Хорошая мысль. Всяко лучше, чем сидеть в комнатушке и плакать.

— Вот и чудно. Уверена, инквизиция всех нас спасет от скверны. А я, может, замуж скоро выйду, — она мечтательно откусила кусочек лепешки и принялась жевать, а я отложила еду на поднос. Еда в горло не лезла.

— Это за кого же из братьев, если не секрет? — игриво подмигнула, вспомнив молодых псов.

— А кто первый предложит, за того и пойду, — рассмеялась Палетта, а я вместе с ней.

— Тебе-то самой кто больше нравится? — включилась в девичий разговор, который, как оказалось, отвлекал немного от жутких мыслей.

— Ингард красивее и старше. У них отец при смерти. Старшему наследство достанется. Так что… — развела она руками, а я задумалась. В то время, когда я жила в поместье, в голову даже мысль не залетала о том, какого из братьев Ретбоун выбрать. Дружила с обоими, а влюбилась в одного. Уж точно не из расчета. Я просто искренне обожала Люция, хотя замечала, что покойный ныне Лекс смотрел на меня порой далеко не по-дружески. Чего греха таить, я тоже заглядывалась на старшенького. Но он всегда казался мне чем-то недостижимым. Все равно, что карабкаться на самую высокую скалу и знать, что на предельной высоте точно сорвешься вниз. И будет смертельно больно. Он сам не проявил ко мне достаточного внимания. Быстро вырос, быстро на фронт ушел и все. Остались лишь воспоминания. Мой большой и грозный Сай очень на него похож. Из чего я поняла, что изначально выбрала не того. А Палетта молодец. Эта девушка точно знает, чего хочет и идет к цели напролом. Похвально. Надеюсь, ее любовь не окажется такой ядовитой, как моя.

— Вот его и выбирай, — осмелилась дать пустой совет и отпила вино прямо из бутылки.

Терпкая влага смазала горло и немного затуманила разум. Мне пошло это на пользу. В таком состоянии легче смотреть в окно и наблюдать за тем, как полная луна вступает в законные права.

— Дождик стих, — смущенно перевела она тему разговора. — Собирайся, встретимся у служебного выхода. На площадь пойдем и проводим наших героев, — встала она с кровати и подошла к двери. Развернулась и подмигнула: — и винишко прихвати, — указала на бутылку в моих руках.

Я рассмеялась и кивнула.

Оставшись в одиночестве, засуетилась. Пока собиралась, трясясь всем телом от волнения, от вина ничего не осталось. Натянув на лицо черную маску, надвинула капюшон на глаза и вышла в коридор. Добралась до служебного помещения и встретилась у двери с Палеттой. Несмотря на скверную погоду, девушка вырядилась, как на смотрины. Ярко-желтое платье в пол, а сверху белое манто. На голове милая шляпка с перьями, а в руках сумочка.

— Извини, винишко кончилось, — виновато пожала я плечами и истерично хохотнула.

— Ну и черт с ним! — махнула она рукой. — Идем, — подхватила меня под локоть, как только мы оказались на улице.

С темного неба срывалась противная морось, и ноги быстро промокли, хотя мы старались перепрыгивать лужи. Но это меньшее из зол, что уготовила для меня эта страшная ночь. На площади было шумно. Люди толпились, окружая отряд инквизиторов и добровольцев с вилами и факелами. Главного зачинщика этого мероприятия я узнала сразу. Красивый, словно истинное божество, сошедшее с небес, Люций Ретбоун стоял в центре безумия и вещал о том, как важно уничтожить зло. Он обещал кровожадному народу, что вернется с отрубленной головой чудовища, а у меня все внутри сжималось. Хотелось в несколько больших шагов подскочить к инквизитору и вонзить в его темное сердце кинжал. Но я обещала Саю ничего не делать. Потому молчаливым взглядом проводила отряд в Темный лес, пока Палетта бесновалась и выкрикивала слова поддержки. Так провожающие и остались на площади дожидаться своих «героев» с трофеем. Сбились в кучку, организовали маленький пир, а мы сходу к ним присоединились. Кто-то всучил мне в руку деревянную рюмашку с чем-то коричневым и вонючим. Но было все равно, что пить, лишь бы помогло, спасло от дрожи.