Глава 9

— Как у тебя дела? — спросила я у Ши, прокручивая пальцами выпавшее перышко моей птички. — Все хорошо? Я по тебе очень скучала, но, прости, не могла позвать раньше.

Орел расправил крылья. Подал голос, таким образом отвечая.

Я опасливо обернулась, чтобы проверить, не вышел ли кто на задний двор таверны. Не нужно мне лишнего внимания. Хватило рассеченной губы и легкого прихрамывания, которые притягивали к себе чужой взор.

— Представляешь, я вчера победила, — вернулась к разговору, никого не обнаружив. — Противник попался весьма достойный. Не безголовый громила, умеющий лишь кулаками махать. Этот четко знал, что нужно делать, и бил прицельно. Несколько раз в плечо, задел ногу, едва не свалил меня, попав в челюсть.

Орел словно все понимал. Он смотрел на меня то одним, то вторым глазом. Во время тихого монолога периодически сжимал лапы, тем самым впиваясь в мою кожу. Казалось, умей разговаривать, то сейчас определенно что-нибудь сказал бы.

— Ты гордишься мною, Ши?

— Конечно!

Я вздрогнула. Сердце пустилось бешеным галопом. Взгляд задержался на птице, которая тоже отреагировала на появление постороннего.

— Редко встретишь женщину с поставленным ударом. Но вот что интересно, — скорее всего, с улыбкой говорил Лен, приближаясь к нам.

Правда, не встал рядом, а задержался за моей спиной.

— Почему его зовут Ши?

Сердце оглушило своим стуком. Перед глазами все едва не начало расплываться. Я сжала пальцы, на кисти которой сидел питомец, и едва не задрожала от понимания, что они вот-вот узнают друг друга. Птица уже присматривалась. Вспоминала.

— И почему именно орел? — с появившемся в голосе бархатным оттенком поинтересовался Лен.

Горло свело от спазма. Мир покачнулся, когда мой пернатик начал перемещаться по руке ближе к локтю. Я едва не дала ему команду лететь, чтобы избежать их встречи.

— У тебя проснулся интерес к столь необычным животным? — продолжал допрос мужчина, наклонившись к моему уху. — Помнится, ненавидела Бона. Едва не визжала при его появлении. Боялась… — Лен запнулся, и сердце рухнуло к ногам.

В уголках глаз защипало. Было сложно! Просто стоять, смотреть на любимого питомца, который явно узнал своего первого хозяина, и ничего не делать. А и сделать что-то невозможно. Меня будто ударили по голове, лишили возможности двигаться и разговаривать. Лишь дышать через раз. Видеть Ши и понимать: с этого момента все изменится. Я лишусь его, потеряю своего пернатика, а все потому, что Лен возник из ниоткуда и непременно его заберет.

— Не верится, — зачарованно произнес тот.

Протянул руку. Принял переступившего на его кисть орла и с нескрываемым восхищением посмотрел на птицу. А Ши подал голос. Сделал пару шажков, ткнулся клювом в плечо мужчины, признав старого друга.

— Бон, ты жив, — заулыбался Лен, в то время как меня уже шатало от ощущения пустоты внутри.

Я не переживала так, когда прощалась с родителями. Не отчаивалась, поняв, что стану рабыней. Не терялась, узнав о первом предстоящем бое на кулаках или мечах. Шла вперед, потому что надо. А сейчас наблюдала за тем, как ненавистный человек из прошлого, который возник невесть откуда, беспощадно вырывал из груди мое кровоточащее сердце. Единственную отраду и друга. Того, с кем делилась самым сокровенным и чьи перья обливала градом слез, когда было особенно сложно.

Теперь Ши уйдет?

Лен начал проводить ладонью по оперенью орла, словно проверяя его состояние. Что-то говорил, а произнесенные слова превращались в раздражающий шум, который не заглушить. Он общался с пернатиком. Улыбался ему, принимал своеобразную ласку, когда тот клювом терся о плечо, а после повернул голову ко мне.

Долгий взгляд. Тяжелое молчание.

— Спасибо.

— Не ради тебя старалась, — прозвучало хрипло.

— А я говорю не за себя, — улыбнулся одними глазами Лен. — Спасибо, что позаботилась о Боне. Для меня это очень ценно.

Хотелось прокричать, что теперь его зовут иначе. Толкнуть бы мужчину в грудь, вырвать свою птицу и отправить ту летать, чтобы кружила в небе до тех пор, пока человек из далекого прошлого не уйдет отсюда. Как произошло когда-то давно. Вот только я не могла так поступить из-за самого Ши. У него, видимо, осталась привязанность. Он не держал на первого хозяина обид и был рад внезапной встрече.

— Признаюсь, я был о тебе другого мнения, — произнес он и протянул руку, позволяя орлу перекочевать на мою кисть. — Его новое имя и само то, что Бон у тебя, говорит о многом.

— Не вздумай приписывать эти достижения себе. В тот момент мне стало его жалко… — нахмурилась я и взглянула на Ши. — А теперь немного привязалась. Имя же показалось символичным, вроде издевательства над тем, кого ты по-настоящему любил.

От ощущения тяжести питомца стало значительно легче. Я словно обрела дар речи и вернула умение отстаивать себя. На глаза больше не наворачивались слезы, а обида не душила до состояния головокружения.

Уголок рта Лена дернулся вверх. Он явно сделал какие-то свои выводы, однако делиться ими не стал. Его взгляд устремился к дверям. Руки оказались заведены за спину.

— Покажи клеймо, — резко перевел мужчина тему. — Как оказалось, тебя удерживает возле Солби не ошейник, а нечто другое. Были мысли, что виной тому семья или твой очередной возлюбленный, однако я сомневаюсь, что тогда Вольтер смог бы тобой манипулировать и заставлять драться до полуобморочного состояния.

— Я уже говорила, что в помощи не нуждаюсь.

Лен демонстративно вздохнул. Его взгляд снова устремился к двери, откуда в любой момент мог выйти мой хозяин.

— Если ты явился в Аббен ради меня, то зря потратил время. Прими мой совет: забудь обо всем, как это сделала я. И тогда жить станет легче.

Мужчина легонько дотронулся до головы орла, прошелся пальцами вниз, почти до моей руки. Улыбнулся своим мыслям. Правда, только решил что-то сказать, как нашего слуха коснулись приближающиеся шаги, и он подмигнул мне на прощание, а затем спешно скрылся за деревянной калиткой.

— Готова? — сзади раздался особо недовольный голос Вольтера.

Я закатила глаза и погладила Ши под клювом. Не хотела с ним прощаться — особенно не теперь, когда едва не потеряла его из-за появления призрака прошлого. Однако придется. Нужно собраться с силами и вступить в очередную перепалку, которой не избежать.

— Лети, — прошептала своей птичке и вскинула руку.

Проследила за орлом. Еще некоторое время мысленно находилась рядом с ним, досадуя, что совершенно не успела выговориться из-за прихода одной особо неприятной личности.

Настроившись на словесный поединок, я все же обернулась и перехватила брошенный в меня сверток. Вольтер на этот раз не стал размениваться на слова. Лишь приказал:

— Переоденься в моей комнате и причешись. Буду ждать внизу.

Словно дрессированной собаке, которой надевали ошейник для выгула. Возмущения встали костью поперек горла. Однако мысли быстро собрались в кучу, на губах расплылась улыбка, а с языка едва не сорвалось замечание по поводу моего отказа, как Солби скрылся за входной дверью.

Я пошатнулась. В мгновенной растерянности захлопала глазами. Посмотрела на сверток в руках и погрязла в сомнениях, стоит ли выполнять его поручение. В ответ на мои мысли отозвалась метка. Я зашипела, одернула рукав. И как тут своевольничать, когда кожа на запястье едва не пылала от поставленного там клейма?

Ему мало вчерашнего боя? Почему не оставить меня в покое на несколько дней, как поступал прежде? Раны не зажили, губа была рассечена, а плечо неприятно тянуло. Я походила на чучело, пригодное для отпугивания ворон, но никак не на даму, готовую выходить в свет.

Но приказ выполнить пришлось. Как бы я внутренне ни противилась, все же поднялась на второй этаж и развернула сверток. На кровать легло нечто зеленое, отдаленно напоминающее платье. Я поморщилась, однако надела его на себя.

Отражение в небольшом зеркале испугало. Платье не просто оказалось великовато, а сильно стянуло грудь и вдобавок осталось свободным на талии. Бесформенный мешок! Длинные рукава, мятая ткань юбки, некое подобие оборок внизу и впивающаяся в кожу шнуровка. Я даже не смогла исправить это безобразие. Крутилась, пыталась найти способ, как подобрать и превратить этот ужас в нечто подобающее, однако через пятнадцать минут бесполезных трудов махнула на себя рукой и вышла из комнаты.

Если быть честной, то я с великим удовольствием осталась бы здесь. Тогда воплотила бы в жизнь свою задумку и, невзирая на свою хромоту и боль в теле, отлучилась бы на несколько часов из трактира ради выяснение важной информации.

— Чудно выглядишь, — заключил Солби, едва я спустилась к нему и развела руки. — Не хватает лишь маски.

— Я тоже считаю, что чудно. Под стать моему спутнику.

В его глазах мелькнули опасные огоньки. Натянутая улыбка плавно стекла с лица, оставив лишь угрюмое выражение. Хотел посмешище? Так посмеемся же вместе!

Он вручил мне маску. Кинув косой взгляд на дальние столики, за которыми сидели несколько важных лордов, шагнул навстречу и совсем тихо прошептал:

— Я заметил, насколько тебе понравилось здание, что расположено напротив. Подумай, имеет ли значение, с кем ты туда зайдешь, если по итогу там и останешься?

— А ты решил мне угодить? Неужели вместо избиения другими мужчинами собрался пойти другим путем и хоть немного позаботиться о том, чтобы мне тоже было приятно?

Диалог едва не потек в неправильном направлении. Я почти добавила, что мысли у него верные, ведь сам-то он удовлетворить девушку не в силах. Вот только вовремя опомнилась. Это было бы слишком. Мало ли, вдруг Солби решит доказать обратное?

— Маску! — рыкнул мужчина.

Мило улыбнувшись из-за чувства внутреннего удовлетворения, я приложила ту к лицу и быстро справилась с завязками. Теперь не было видно рассеченной губы. Появилась возможность не играть роль, не скрывать при нем свои эмоции, не выдавливать из себя высокомерное пренебрежение каждый раз, едва он на меня взглянет.

— Руку, — Солби вновь ограничился коротким приказом и сам положил мою ладонь на свой согнутый локоть.

— Милая пара, не считаешь? — подметила я. — Жаль, направляемся на маскарад, куда приглашен целый город.

Я расслышала, как скрипнули его зубы. И в другой ситуации сделала бы вид, будто довольна собой, да только это не так. Мне ведь придется быть с ним рядом. С таким человеком, которому не пробраться в высшее общество. Идти бок о бок или следовать по пятам. Выполнять приказы, снова и снова одеваться в брошенное мне, словно подачку, платье. Неприятно. Унизительно! Однако я сама выбрала этот путь, потому должна с этим как-то мириться. Ради отца и матери. Даже ради сестры…

Мы добрались до центральной площади. Здесь звучала музыка. Нас приветствовали, будто старых знакомых. Возле фонтана, искрящегося бликами от попадающих на воду дневных лучей, уже кружились в танце пары. Неподалеку играла детвора. Возле открытых лавок с сувенирами толпились люди.

— Не поверю, что мы явились сюда ради развлечения.

Вольтер ухмыльнулся. Его взгляд побежал поверх голов присутствующих, а после остановился на ком-то. В первый миг подумалось, что снова придется видеться с Леном. Мало ли, вдруг они наладили контакт. Появилось опасение, что Ходжес — или Порсэн, как он себя называл — не ограничится обычным столкновением перед трактиром или разговором на заднем дворе. Возможно, он зайдет дальше. Будет добиваться встреч. Подружится с Солби, чтобы преподать мне урок — с этих мужчин станется, они ведь не любят отказов.

Вот только человек, к которому мы приближались, не был похож на моего знакомого. Стало чуточку легче. Я даже усмехнулась глупым домыслам, списав все на паранойю. Мир не крутится вокруг меня. Лен мог вправду оказаться здесь не намеренно, а сегодня всего лишь решил поговорить, ничего толком не планируя.

Вдруг случайности все же случаются?

— Нельзя идти помедленнее? — зашипела я, наступив на больную ногу.

Вольтер предпочел не отвечать. Он остановился возле мужчины в синем и даже поклонился.

— Вот, как и обещал, лорд…

— Без имен, — остановил его незнакомец.

— Как пожелаете, — елейным голосом отозвался Солби, что могло означать лишь одно: дела плохи!

— Сколько у меня есть времени? — повернулся ко мне его собеседник, и в зеленых глазах мелькнуло дикое предвкушение.

По позвоночнику побежали мурашки. Я невольно дернулась назад. В голове звоном отдала мысль, призывающая спасаться и куда-нибудь бежать, только чтобы не быть переданной в руки этому господину.

Я не слышала раньше его голос, однако точно могла сказать, что мы где-то встречались. Эти глаза с оттенком безумства наводили на мысль о чем-то неприятном. Не высокий, но хорошо слаженный. Со сшитым по фигуре костюмом. И маска была не из дешевых.

Кто он? Зачем я ему? И обо мне ли они говорили?

Словно отвечая на один из моих вопросов, Вольтер взял мою ладонь, которая еще покоилась на его локте, и вручил ее знатному господину со словами:

— До утра. Пользуйтесь.

Короткий взгляд мою сторону. Жестокая усмешка тонких губ и широкие шаги, уводящие его от нас.

— Рад нашей новой встрече, — прозвучало с настораживающей хрипотцой. — Я вами очарован, милая леди.

— Не скажу того же, — прочистила я горло, — так как не имею чести знать, кто вы есть на самом деле.

— О, мы с тобой уже знакомы, красавица.

Прикосновение двух пальцев к моей шее, скольжение ими вверх. Я отвернулась, отстранилась. Мужчина хмыкнул и внезапно положил руку на мое плечо — туда, где была незажившая рана.

Я зашипела, попыталась вырваться, но он надавил сильнее — словно получал от моей боли наслаждение. Смотрел в упор. Улыбался. Будто унижал и доказывал свое превосходство, толком ничего не предпринимая.

— А если бы вам попался мужчина? — едва не простонала, уже поняв, кто передо мной.

Тот самый противник, которого я недавно одолела. А ведь называла достойным. Считала, будто наш бой со стороны напоминал искусство — потому ощущала удовлетворение после него. И не потому, что одержала победу. Мне понравилось иметь дело с кем-то опытным, отчасти хитрым, обученным, умеющим думать, а не просто махать кулаками в попытке сразить соперника силой.

— Мне обычно только мужчины и попадаются, — усмехнулся он и убрал ладонь, позволив вдохнуть полной грудью. — И не так позорно проигрывать кому-то из них. Но женщине… — приблизился тот, вцепившись клещом в мой локоть. — Это было унизительно, не считаешь?

— Не вижу в этом ничего, что могло бы задеть ваше достоинство. Все предрассудки в голове, — произнесла с отчаянием, ведь до конца не представляла, для чего ему я. — И смотря как к этому относиться. Если бы вы не видели во мне женщину, а обычного человека, с которым дрались, то что бы изменилось? Стали бы договариваться с Солби, чтобы организовать эту встречу? Надеюсь на ваше благоразумие и понимание. Я заложница своего положения, поэтому очень не хотела бы, чтобы между нами появилось недоразумение или…

— Какое недоразумение, красавица? — недобро хохотнул он. — Я просто захотел дать нам вторую попытку. В другом месте и при других условиях.

— Зачем? — щеки запылали от понимания, насколько все плохо. — Давайте разойдемся мирным путем. Пока не поздно…

— Поздно. Я уже заплатил!

Я дернулась назад, еще надеясь освободиться, однако тот ловко поймал мое второе запястье и повел к фонтану. Туда, где кружили пары. Вовлек меня в подобие танца. Сжимал, давил, настаивал…

— Не сопротивляйся, красавица, — с безумством непонятного наслаждения произнес он, в очередной раз притянув к себе. — Я буду по-своему нежен. Обещаю!