Глава 11

* * *

– Маргарита —

Первая мысль, возникшая в моей голове, объятой паникой, была: «Бежа-ать!»

Другая мысль: «Далеко не удрать, девочки слишком близко!»

Но зато машинка рядом!

И только я развернулась и открыла рот, чтобы крикнуть парням: «В машину, быстро!», как вдруг, положение спас Виктор.

Он выступил вперёд, спокойный, собранный, уверенный и произнёс, не повышая голоса:

– Успокойтесь, дамы.

И что удивительно, его все услышали!

И ещё что более странное, остановились, улыбаясь-растекаясь, как масло на солнце.

– Мы будем рады пообщаться с почитательницами романа, вышедшего из-под пера несравненной Маргариты Левковской. Но будет прекрасно, если наше общение пройдёт не на проспекте, объятом миазмами от этих железных монстров, а в уютном помещении книжной лавки. Вы согласны, милые леди?

«Леди», продолжая счастливо улыбаться, как под гипнозом, развернулись и направились прямиков в книжный магазин.

А я, разинув рот, наблюдала этот театр абсурда и слегка обалдевала.

Майлз подошёл к графу и хлопнул того по плечу со словами:

– Я смотрю, к тебе вернулось ментальное воздействие?

Я закрыла рот и повторила про себя слова Фила: «Ментальное воздействие?»

Виктор смерил барона насмешливым взглядом и лениво ответил:

– Я должен отчитываться перед тобой?

Подошла к мужчинам и выдохнула восхищённо:

– Вик, не знаю, что это было, воздействие или какая другая магия, сейчас не важно, но это было круто!

Граф едва заметно кивнул, принимая похвалу.

Но тут же решила и предупредить.

– Только прошу тебя, нет, даже требую, не применяй ментальную магию в отношении меня. Я не потерплю вмешательства в свои мозги, договорились?

Виктор хмыкнул.

– Женщины любят командовать и требовать. Ты думаешь, я стал бы применять к тебе воздействие без разрешения?

Теперь фыркнула я.

– Конечно. Это ведь я тебя создала, – напомнила мужчине. – И я хорошо знаю, твой характер.

– Поверь, Марго, ты совершенно меня не знаешь, – с улыбкой истинного злодея произнёс Виктор. – И не важен тот факт, что ты создала меня и Майлза. Может так быть, что и не создала, а просто вспомнила…

Вспомнила?

О чём это он?

Но мысль как пришла, так и улетучилась. Слишком много мыслей набилось в мою голову.

– Ко мне тоже не лезь, – произнёс Фил с угрозой в голосе. – Я хоть магией не обладаю, но на дуэль вызвать всегда смогу.

Виктор смерил его взглядом, каким обычно смотрят на препротивное насекомое, типа сколопёндры или жирного таракана. В общем, многозначительный взгляд графа был именно таким, что барон Майлз не стоит его высочайшего внимания.

– Ладно, идёмте, – произнесла я уверенно, хотя внутри всё дрожало от волнения.

И только мы вошли в холл книжного магазина, как тут же ко мне подлетела Клара Эдуардовна.

Женщина была похожа на ворону – высокая, любительница тёмных тонов в одежде, но всегда элегантная.

Клара была черноволосая с короткой стрижкой «каре». Её глубоко посаженные глаза цвета чёрного кофе глядели цепко. Сходство с птицей придавал не только внешний образ редактора, но и её выдающийся нос – длинный с горбинкой и кончиком, загнутым, как птичий клюв.

Тонкие губы редко улыбались.

Клара Эдуардовна не была красавицей, но в ней чувствовался стальной стержень, харизма и хватка. И поверьте, её нетипичная и хищная внешность привлекала мужчин. Клара ходила замуж шесть раз. Но из-за авторитарного характера мужчины долго не удерживаются в её жизни. Но не думаю, что она страдает по этому поводу.

– Маргарита, – произнесла она с лёгким укором, рассматривая меня. – Странный выбор гардероба для презентации второго тома.

А потом она посмотрела мне за спину, где рыцарями застыли мои герои.

Я тоже застыла и даже дыхание затаила.

– Марго, ты растеряла хорошие манеры? Представь нас своей прекрасной подруге, – с улыбкой произнёс Филипп.

– Ох, действительно… – выдавила из себя. – Клара, это Виктор и Филипп. Они – друзья и мои… э-э-э… друзья тоже…

Клара стянула с головы свои стильные очки, нацепила на нос и уставилась на мужчин в немом изумлении.

Нахмурилась, схватила буклет, что лежал на стойке рядом и сравнила.

– Бог мой… Они же… Один в один. Даже костюмы… – пробормотала редактор.

– Филипп, Виктор, перед вами моя начальница, мой любимый редактор – Клара Эдуардовна, – представила женщину своим героям.

Не дав ей опомниться, Филипп схватил свободную ладонь изумлённой Клары, склонился и поцеловал кончики её пальцев с алым маникюром на острых ноготках. А затем лично представился:

– Филипп Майлз, друг Маргариты.

– Филипп Майлз? – повторила Клара, часто моргая. – Но…

Процедуру представления повторил и Виктор.

– Виктор Харрис, – представился граф. – Друг прекрасной Маргариты.

Клара уставилась на меня как грозная птица, готовая растерзать на маленьких маргошек и недовольно прошипела:

– Почему ты мне раньше не сказала, что сущестуют реальные прототипы твоих героев? Ты даже их имена и фамилии использовала! Они дали тебе разрешение? И они что, иностранцы? О боги, нам только судебных разбирательств не хватало!

Засада!

– Клара Эдуардовна, всё законно, – поспешила её успокоить.

Но она лишь зыркнула на меня так, что точно заклюёт.

Но меня снова спас Виктор.

– Леди, вы зря разволновались. Никаких притязаний мы не имеем ни к Маргарите, ни к её издателям. Маргарита с нашего с Филиппом согласия взяла наши имена, внешность, черты характера…

Редактор покосилась на меня, и я закивала, точно китайский болванчик, ещё и улыбнулась, как клиническая идиотка.

– Так что, мы чрезвычайно рады познакомиться с вами, – добавил Виктор, и слегка улыбнулся, покоряя грозную Клару.

Клара расслаблено вздохнула и оглядела мужчин.

– Что ж, ваше присутствие на презентации будущей книги определённо добавит успеха и увеличит продажи первой части, – пробормотала она. – Костюмы великолепны.

Клара подозвала одну из девушек, что краснела под взглядами моих героев.

– Ниночка, проводи этих великолепных мужчин в комнату для персонала. Их не должны видеть до начала презентации.

С моего разрешения, Ниночка, густо краснея, увела моих парней. Благо, комната для персонала была недалеко.

Клара тем временем перевела свой цепкий взгляд на меня и кивнула со словами:

– Ты хорошо подготовилась.

А потом взяла под руку и шепнула на ухо:

– Но всё же, почему не сказала, что существуют реальные люди, с которых ты писала героев?

Я замялась и неуверенно забормотала:

– Я описала Виктора и Филиппа, их имена, внешность, в общем, всё подряд. Ты ведь помнишь, что первую книгу про них я писала наудачу? Кто знал, что роман окажется успешным…

Клара кивала.

– Но раз они дали тебе своё согласие на использование своих изображений, то будь добра прислать мне отсканированный экземпляр документа. Юридически, всё должно быть идеально.

Я прикусила язык, чтобы не заорать.

Вот попала!

– Кстати, сколько они попросили? Половину гонорара? Четверть? Не стесняйся, я понимаю, что ты заплатила этим красавцам, иначе, кто в здравом уме даст согласие продавать своё лицо без вознаграждения?

Вот тут я просто не знала, что ответить.

Воззрилась на редактора в полнейшем отупении и замялась…

Она восприняла моё замешательство по-своему и выдохнула изумлённо:

– Милая моя, неужели ты отдала им всё!

– Ну-у-у… – протянула я.

– Ох уж эти писатели! Без царя в голове! Ума много, но мозгов нет! – прошипела Клара, выхватила из сумочки блокнот и начала в нём писать. – Вернусь в редакцию и составлю договора с твоими красавчиками. Пусть дадут мне свои паспортные данные. Гражданство у них наше или…

– Наше, – пискнула я, понимая, что погружаюсь в яму лжи всё сильнее.

– Хорошо, – кивнула она. – Пропишем все условия сотрудничества. Раз они решили быть «твоими героями», то неплохо заработают. Кстати, недавно нам пришло предложение об экранизации романа… Я хотела тебе сообщить новость после презентации… А если твои друзья согласятся сыграть главные роли, то это будет успех!

У меня голова пошла кругом.

Клара ещё что-то говорила. Что-то про солидное вознаграждение Виктору и Филиппу, ведь обложка книги сыграла не последнюю роль в её успешности. Про проценты, если они согласятся, чтобы их лица отпечатали на футболках, кружках, магнитах…

– Марго! – услышала я словно через толщу воды.

– МАРГО! – более громкий окрик вернул меня в реальность.

Тряхнула головой и уставилась на редактора.

– А? Что? – спросила сипло, словно простыла.

– Ты поговоришь с ними? Или лучше если переговоры я возьму на себя? – повторила она свой вопрос.

– Э-эм… ты про Виктора и Фила?

– Если остальные твои герои не списаны с реальных людей, то да, говорила про Виктора и Филиппа, – раздражённо ответила начальница.

Криво улыбнулась.

– Поговорю. Я сама поговорю.

– С тобой всё в порядке? Ты побледнела, – забеспокоилась она.

– Всё хорошо. Я просто волнуюсь выступать перед публикой, – соврала я. – Пойду пока к парням…

– Я позову, когда все соберутся, – сказала Клара, но я уже направляясь в комнату для персонала.

В голове у меня билась одна мысль: «Мужчинам срочно нужны реальные законные документы! Но где их взять?!»

* * *

– Маргарита —

Всё-таки барон Филипп Майлз бесцеремонный.

Да, я сделала этого мужчину, героя своего романа бесцеремонным. По моим представлениям, он получался слишком уж идеальным, и я решила немного разбавить его идеальность бесцеремонностью. Ну не бывает идеальных людей.

Вот я и подарила ему пару-тройку недостатков.

Но в реальности, Фил получился обаятельным, притягательным и бесцеремонным гадом.

Гордый, излишне самоуверенный, заносчивый, циничный гад.

Но этот гад пользовался бомбической популярностью у моих читательниц!

Он очаровал всех! Даже мужчины, которых приволокли с собой некоторые дамы, кажется, тоже пали под действие его магического обаяния. Хотя барон магией не обладал.

А вот граф словно грозовая туча, наоборот, отпугивал. Хотя нет-нет, но некоторые любительницы экстрима подходили к Виктору поставить автограф на открытке.

Виктор никаких автографов не раздавал, лишь взглядом награждал таким страшным и многообещающим, что охота общаться с ним пропадала даже у самых смелых.

Я ослепляла всех улыбкой, точно акула, побывавшая у самого лучшего стоматолога.

Не помню уже, что вещала о своей второй книге, но судя по бурным овациям, презентация второго романа прошла на ура.

К счастью для моего издателя первую часть смели с полок магазина в два счёта.

Подписывала я книги быстро, мне внимания читательницы уделяли мало.

Всё женское существо сконцентрировалось на двух красавчиках, один из которых (это я о Викторе) смог как-то отстоять личную зону комфорта и теперь просто стоял недалеко от меня, и женщины любовались им на расстоянии как статуей Давида.

Правда, от фотографий Виктор спастись не смог.

Его запечатлели со всевозможных ракурсов.

А вот Филипп позировал точно античный бог. И девушки с визгами и писками наделали сотни селфи и фото с бароном.

Он не прочь был и обниматься и даже чмокнуть в щёчку… Боже… Дай мне терпения не стукнуть Фила прямо здесь и сейчас.

Он мне образ книжного барона коту под хвост сейчас отправит.

Я заканчивала подписывать последние книги, руку уже не чувствовала (вот оно следствие оцифрованного мира, писать скоро совсем разучусь), ко мне с улыбкой подошла девушка-администратор магазина и спросила:

– Что вам принести? Чай или кофе?

– Другую жизнь, пожалуйста. И ещё кофе, – ответила ей с тяжёлым вздохом.

Девушка недоумённо вздёрнула брови, не поняв юмора, и убежала делать кофе.

– Долго ещё? – шепнул мне на ухо Виктор.

Пожала плечами.

– Не знаю. Надеюсь, скоро всё закончится, – проворчала я. – Похоже, только мне и тебе некомфортно среди большого количества людей, особенно когда девяносто девять процентов из них – влюблённые в вас женщины. А вот Фил ловит свою минуту славы.

Виктор и бровью не повёл, лишь произнёс с отвращением:

– Майлз никогда не отличался разборчивостью. Иногда мне кажется, что вся его суть пропитана одной лишь похотью. Больше ничего в нём нет.

На мгновение задумалась. И спросила Виктора:

– Как думаешь, если я при всех тебя поцелую, Фил умрёт от шока?

– Скорее ты добьёшься сердечного приступа моих фанаток, – усмехнулся граф. И странное, ничего не сказал про поцелуй – хотел бы он, чтобы я его поцеловала или нет.

Ну вот, теперь буду мучиться неизвестностью.

Вздохнула и снова улыбнулась, когда ко мне подошла совсем юная девушка и протянула для автографа книгу.

– Для Ани, – пропела эта фея хрустальным голоском и засмущалась, бросив один единственный взгляд на Виктора. – Я влюблена в вашего злодея Виктора, Маргарита.

– Да? – удивилась я и покосилась на замершего, точно и правда он настоящая мраморная статуя, графа Харриса. – А почему не в Филиппа? Он более…

Пощёлкала пальцами, подыскивая нужное слово.

– Доступный? – подсказала девушка и щёки её заалели, когда Виктор в голос хмыкнул.

– Ну-у-у, – протянула я, – просто ему не встретилась настоящая любовь…

Прозвучало жалко.

– Мне кажется, что Виктор и не злодей, – сказала она на полном серьёзе, глядя на графа печальным взглядом оленёнка Бемби. – Он просто одинок. И мне кажется, во второй книге вы расскажете о его трагедии, которая и сделала его таким… жёстким…

Виктор кашлянул, скрывая смех.

А я задумалась.

Поменять героев местами?

Не в смысле телом или душой. Я создам им ситуации, при которых во всём положительный герой Филипп Майлз раскроется с другой стороны – с тёмной.

Я сделаю так, чтобы жизнь встряхнула барона не по-детски и испытала его на прочность, вытащила из глубин его души пороки, тайные и тёмные желания, пробудила его внутренних демонов.

С Виктором, наоборот. Графу придётся вспомнить, что значит, делать добро.

Мне вспомнились слова Микеланджело: «Не знаю, что лучше – зло ли, приносящее пользу, или добро, приносящее вред».

– Знаете, я не стану раскрывать все карты, но думаю, вы в чём-то правы, – произнесла с искренней улыбкой.

Девушка захлопала пушистыми ресницами и сложила губки буквой «О».

Настроение у меня приподнялось.

Идея захватила с головой, и я уже начала в голове прорисовывать сюжет, когда Виктор ядовито заметил:

– Даже не вздумай делать из меня ангела. Марго, я тебе не прощу, если во второй книге у меня возникнет нимб над головой.

– Ты мне не помешаешь, – усмехнулась довольно.

– Я крепкий орешек, Марго. Тебе не сломить меня суть, – мрачно пообещал граф.

Я лишь шире улыбнулась и сказала:

– А я – профессиональный щелкунчик, Вик! Так тому и быть: зло с добром поменяются полюсами.