Глава 13
* * *
– Маргарита —
Один день прошёл без происшествий.
Я даже села за книгу и на злом энтузиазме написали десять глав. Для меня это рекорд.
Парни меня не трогали, каждый занимался своим делом.
Правда, зазывали два раза еду из ресторана и даже на этот факт я ничего не сказала. Причём сама с удовольствием полакомилась запеченным мясом, тушёными овощами и салатом из морепродуктов.
А вечером я нашла сайт с магическими атрибутами и заказала на всякий случай море восковых свечей всех цветов, типа магические спички, потом соль, пирамидки из горного хрусталя (на сайте писали, что горный хрусталь – проводник магической силы), мел для черчения магических знаков… Подумала и мел удалила из корзины. Чтобы чертить магические знаки, нужно для начала о них хоть что-нибудь да знать.
Укладываясь спать, я надеялась, что завтрашний день тоже пройдёт спокойно.
Но не тут-то было.
Ранним утром меня разбудил звонок в дверь.
Звонивший оказался настойчивым гадом.
– Опять покупки? – прошипела, отлепляя голову от подушки.
Набросила на пижаму халат, растрёпанная, злая, как стая свирепых ос, вывалилась в коридор.
Фил уже открывал двери.
Вик тоже стоял в дверях гостиной – сонный, растрёпанный, босой, в одних штанах.
Я невольно зацепилась взглядом за его торс.
Чёрт.
Сейчас я испытала шок. Виктор Харрис – настоящий ходячий секс. Не тело, а шедевр. Неужели это я его создала? Боже, я – гений.
На груди у него курчавились густые черные волосы, а штаны облегали его…
Вдобавок, этот змей-искуситель поймал мой взгляд…
– Доброе утро, Марго, – произнёс этот самец.
Вопреки моей воле, лицо запылало и приобрело оттенок крутого борща.
Замечательно, блин!
Спас положение незваный утренний гость. Точнее гостья.
И даже не гостья. Это Ксюша!
– Ксю? – удивилась подруге и пробормотала: – Что-то ты быстро примчалась из командировки…
Девушка не обратила на меня внимания. Она деловито посмотрела на Филиппа, затем перевела взгляд на Виктора, и только потом удосужила и меня своим взглядом.
– Маргарита, я не могла оставить тебя наедине с демонами, – тоном директрисы произнесла она. – Они же из тебя всю душу вытрясут.
– Мы не демоны! – рявкнул Фил грозно.
Виктор предпочёл промолчать, лишь сложил руки на своей могучей и покрытой соблазнительной порослью груди, выражая тем самым своё мнение о демонах.
Ксения проигнорировала слова Фила и бросила обалдевшему барону свою курточку и сумочку. Скинула с ног туфли на двадцатисантиметровой шпильке и продефилировала ко мне.
Джинсы сидели на ней идеально, только в переднем кармане что-то топорщилось. На телефон было непохоже. Не стала заострять на этом внимание.
Подруга взяла меня за плечи, тряхнула так, что у меня зубы щёлкнули и приказала:
– Ну-ка, Марго, прочти «Отче Наш»! Немедленно!
– Я тебе сейчас по твоей симпатичной физиономии прочту! – прошипела и сбросила с себя её руки. – Они не демоны. Не призраки. Не фейки. Граф Виктор Харрис и барон Филипп Майлз – реальные люди, которых я придумала для книги, а ты воплотила их на холсте, как бы парадоксально это ни звучало. Или мы с тобой как притянули их из другого реального мира… Не знаю…
Подруга подошла к Филиппу, который с видом обиженного кота всё же пересилил себя и не бросил на пол вещи Ксюши, а повесил на крючок для одежды.
Она упёрла руки в бока и, кивнув ему, приказала:
– Рот открой.
– Что? – изумился барон.
Виктор глухо рассмеялся.
Я уронила лицо в ладони.
Ксю неисправима. Она не отцепится от всех нас, пока не проверит вдоль и поперёк, что они не демоны, а я не свихнулась.
– Не что, а рот открой. Или ты тупой? – заявила ему Ксюша.
Фил пошёл красными пятнами.
– Вы под стать Марго – такая же невоспитанная, невежественная, грубая и…
– Бла-бла-бла-бла, – оборвала его Ксю.
Подругу смутить сложно. Это не я. Ей вообще пофиг с высокой башни, что о ней думают другие.
– Если не откроешь рот, то я тебя заставлю это сделать, – с угрозой в голосе произнесла подруга.
Фил хмыкнул и сложил руки на груди, демонстрируя ей всем своим видом, как сильно он её боится.
Подруга кивнула, демонстративно вытащила из кармана джинс перцовый баллончик и…
Так вот что она туда сунула!
– Сто-о-о-й! – заорала я, но было поздно.
Она от души прыснула Филиппу в лицо перцовой гадости, и мужчина тут же зашипел, правда, к его чести, не заорал как девчонка. Но всё же ему было дико больно.
– Ну ты и свинья! – рявкнула на подругу, одновременно вцепилась в Фила и потащила его: – Фил! Скорее в ванную, надо промыть глаза!
– Пока в себя не пришёл, дай осмотреть его рот! – не унималась эта бешенная.
– Отвали! – психанула я.
– Хорошо, – не унималась подруга, – тогда стащим с него штаны с трусами. Я хочу убедиться, что у него нет хвоста. В смысле из копчика не растёт хвост.
– Какая прелесть. Майлз, ты когда-нибудь думал, что тобой будет интересоваться женщина лишь для того, чтобы убедиться, человек ты, или демон?
Фил что-то промычал. Но сосредоточился на умывании.
Блин, у него лицо жутко покраснело и опухло.
Я убью Ксюшу.
– Ага, значит, пока этот дезактивирован, можем заняться тобой, – Ксю перенаправила своё внимание на Виктора.
– Посмеете облить меня перцовой водой и узнаете, какая точка парализует вас до тех пор, пока не пожелаю снять стазис, – невозмутимо заявил маг. И добавил: – Виктор Харрис. Граф.
Ксюша окинула его медленным, вдумчивым взглядом и произнесла:
– Золотова Ксения Олеговна. Художник. Раз так, то ответьте – хвост есть.
– Хотите посмотреть? – вздёрнул он одну бровь.
– Ммм… А можно? – вдруг улыбнулась Ксюха и стрельнула на Вика кокетливым взглядом.
Вот же коза!
– Пройдёмте в мои покои, – ответит граф.
Ксюша пошла за ним, круто виляя тощей задницей.
– Эй! – возмутилась я, позабыв про Фила.
* * *
– Маргарита —
– Марго, скажи честно, сейчас тебе меня хоть чуточку жалко? – вдруг спросил Фил и поднял ко мне бордовое лицо. Из его сощурено-опухших глаз текли слёзы.
Вздохнула и сжала его руку.
– Да, в данную минуту я просто сгораю от ярости на Ксюху. Мне жутко стыдно перед тобой за её поступок и очень тебя жалко. И продолжай промывать глаза, а я в аптечке найду глазные капли и мазь от ожогов. Блин… Ксюше патлы все вырву за это!
Фил широко и довольно улыбнулся, вернулся к промыванию и слегка извиняющимся тоном произнёс:
– Раз сейчас ты испытываешь стыд и жалость, то я воспользуюсь ситуацией.
– В смысле? – замерла я над раскрытой коробкой с лекарствами и недоумённо уставилась на Фила, филейноё частью предчувствуя приближение подставы. – Что случилось? Только не говори, что ты растранжирил все мои оставшиеся деньги на шмотки!
От перспективы остаться на бобах у меня волосы на голове зашевелились.
– О, нет, – рассмеялся он, не отрываясь от водной процедуры, – я больше не буду пользоваться твоими деньгами. И даже верну всё, что потратил с процентами, как и обещал. Причём в скором времени.
Я насторожилась.
– Просто… кажется, я попали в историю, – наконец, проговорил он.
Нервно сглотнула и не своим голосом похрипела:
– В историю? Какую историю? Фил, мать твою, что ты натворил?!
Я напряглась и не заметила, как затаила дыхание.
Барон же, выключил воду и зарылся лицом в пушистое полотенце. Кстати, новое, очень дорогой фирмы. Он специально для себя его заказал, гад блондинистый.
Всё же правильно подружка его облила из перцового баллончика. Я бы сейчас ещё добавила.
Фил перестал вытирать лицо и, взглянув на злую и напуганную меня, рассмеялся и сказал:
– Хорошо, хорошо, я несколько преувеличиваю. Не совсем в историю. Просто, твоя работодательница хочет, чтобы я, и только я… стал её… э-э-эм, как бы мягче выразиться, ухажёром.
Из уст Филиппа слово «работодательница» прозвучало как «рабовладелица».
Хлопнула ресницами, медленно протянула ему мазь от ожогов и капли для глаз и переспросила:
– Ухажёром? Ты?
Блондин повертел в руках мазь, капли и тяжело вздохнул:
– Так и знал, что ты воспримешь мою новость неадекватно.
И тут у меня в голове загорелась лампочка!
– Погоди… – выдохнула и округлила в шоке глаза, – ты что же, будешь её альфонсом? Фи-и-ил! Ты барон, а не шлюха!
– Боги, Маргарита! – прорычал он и возмущённо потряс руками. – Не выражайся! Ты – женщина и писатель, а портовая шлюха. И не какой я альфонс и уж тем более не то жуткое второе слово. Это оскорбительно. Но так как мы друзья, на первый раз прощу.
Тряхнула головой и ехидно проговорила:
– И что же в твоём понимании быть ухажёром Клары? Дарить ей цветы, конфеты, водить на свидание… Делить с ней постель… И за это получать от неё… финансовое содержание? И ты хочешь сказать, что ты не превратишься в альфонса?
Он ткнул себя в грудь и с оскорблённым видом заявил:
– Я – эрудированный, остроумный, привлекательный, харизматичный. И да, Клара желает забраться ко мне в штаны. Но я не собираюсь делить с ней постель. По крайне мере пока у меня нет такого желания. И уж тем более не собираюсь получать от неё финансовое содержание!
– Тогда я ничего не поняла, – развела руками, – поясни, что она от тебя затребовала.
Клара та ещё хищница. С ней нужно быть начеку.
– Она предложила сопровождать её на мероприятиях. Выходить с ней в свет и появляться на выставках, званых ужинах аукционах…
– Ясно-ясно, – оборвала его, – что ещё?
– Позировать для модных журналов для рекламы брендовой одежды, или нижнего белья, или наручных часов, или ювелирных изделий… Кажется, она ещё упоминала спортивные автомобили…
От новости у меня отвалилась челюсть.
Подобрав её, выдавила из себя:
– Клара – редактор книжного издательства. Какое отношение она имеет к индустрии моды, ювелирки и автопрома?
– Связи, детка, – подмигнул Фил опухшим глазом и принялся закапывать их.
– Погоди… Ты решил принять её предложение? Ты что, сбрендил? Ты ещё не готов жить самостоятельно! У тебя нет документов, ты не знаешь законов этого мира, элементарно государства, да много чего не знаешь! – выпалила я.
– Приму, Марго, – сказал твёрдым голосом Фил. – И поверь, я точно готов к смене обстановки. И чего ты возмущаешься, не пойму? Разорвём связь и ты, наконец, освободишься от такой обузы, как два здоровых мужика, отдохнёшь от нас, вернёшься в привычный ритм жизни, а мы в свою очередь расширим кругозор.
В горле образовался слезливый ком.
А Фил мечтательно продолжил, глядя при этом в зеркало и смазывая красные участки кожи:
– Я начну с модельного бизнеса. Клара обещала экранизацию твоей книги и главную роль отдадут мне – буду играть самого себя. На роль Харриса скорее всего будут искать актёра, так как Виктор точно не согласится.
Он скривился.
– Харрис не любитель публичности.
– Может, согласится? – прошептала я.
– Нет, – уверенно произнёс барон, – я уже говорил с ним. Он не согласен ни за какие гонорары. Тем более, он уже определился с направлением.
Почувствовала себя дном.
Мои герои за короткий промежуток времени нашли для себя прибыльное дело, уже даже организовали всё, тогда как я всё это время занималась фигнёй (помимо написания книги).
Я ощутила, как мой гнев начинает подниматься, точно змея, что разворачивает свитое в кольца тело и вот-вот бросится, шипя.
– Я договорился с ней, что начну работать…
Он посмотрел на меня в зеркало и улыбнулся.
– …после того, как разорвём связь. Но про связь я ей ничего не сказал. Просто пояснил, что есть некоторые неулаженные дела и назвал примерный срок. По поводу документов… Клара всё сделает.
Я шумно выдохнула.
– Ты сказал ей, что у тебя нет документов?
– Причём никаких, – рассмеялся он, – я решил быть честным. В меру конечно, но всё же честным. Объяснил, что у меня ситуация довольно неординарная и меня нет ни в одной базе данных…
– Я в шоке, – пробормотала на слова Фила.
– Кстати, Клара сказала, чтобы ты сделала мне фото на документы и передала ей. Она по своим связям сделает мне все-все документы.
Почувствовала себя бесполезной кучей навоза.
Хотя… Навоз – полезен.
Значит, просто бесполезной кучей чего-то непонятного.
– Вот чёрт, – я пригладила волосы чуть дрогнувшими пальцами. – То есть обсуждать нечего, ты уже всё решил… даже обо всём уже договорился…
– Да, – просиял Фил счастливой улыбкой. – Скорее бы мы все трое стали свободными… Эй, Марго, ты куда?
Вышла из ванной и бросила через плечо:
– Мне надо принять таблетку от головы. И попинать что-нибудь. Или кого-нибудь, например, Ксюшу.
Фил лишь пожал плечами, и посмотрела на себя в зеркало.
Злая, точно тысяча чертей я ворвалась в гостиную, желая застать Виктора и Ксюху на горяченьком, и замерла, увидев картину маслом.
Виктор перечислял подруге, каким желает видеть свой сайт. А эта белобрысая коза, детально записывала его слова на диктофон и делала комментарии.
Ощущение, что я вообще им не нужна. Никому.
Парни и без меня отлично справляются.
Похоже, они в мой мир влились даже лучше, чем я, рождённая здесь по-настоящему.
Может, я и правда сошла с ума? Или это мир спятил, а я одна тут нормальная?
* * *
– Маргарита —
– Нормальные мужики, чего ты к ним прилипла как муха на говно? – в своей излюбленной грубой манере наехала на меня Ксюха.
– То есть, не прилипла, ты изводишь их, – поправилась подружка и отправила в рот печенье. Запила его ароматным свежесваренным (Филом!) кофе.
– Я извожу? – хохотнула нервно. – Знаешь, что… Это сейчас они супер продвинутые и адекватные, а сначала это был убийственный тандем!
– Ну видишь, какая ты молодец. Создала крутых мужчин, которые меньше чем за месяц обосновались в новом мире и скоро отвяжутся от тебя надолго, то бишь, навсегда, – хмыкнула подруга.
Я скисла.
– Ощущаю себя ничтожеством, – поделилась с ней мыслями, – они смогли сделать невозможное!
– Кстати о невозможном, – перебила мои страдания Ксюша, – я смогу договориться о Викторе. Ему сделают все документы. Настоящие. Кстати, отличный он мужик, головастый. Люблю умных, а он ещё и красавец. Видела, какой у него пресс?
Подружка мечтательно прищурила глазки и закусила нижнюю губу, явно уже представляя, чтобы она с ним сделала. В смысле с Виктором, а не его прессом. Хотя и с ним тоже.
– Документы – это хорошо, – кивнула я.
– Даже поверить не могу, что этих двоих нарисовала я! – гордо проговорила подруга. Чуть ли не в грудь себя ударила.
– Ну да, а характеры – моих рук дело, точнее, мозга, – добавила я с ехидцей.
– Ты ведь не будешь против, если я закручу роман с Харрисом? – вдруг спросила она меня.
Я в этот момент сделала глоток кофе и от её неожиданного вопроса сильно поперхнулась.
Откашлявшись, просипела:
– Ну ты и сучка.
Подружка мне хитро подмигнула и заговорщицки пропела:
– Ну а я… я… Я что-нибудь сделаю для тебя. Что ты хочешь?
– Расписку от тебя, подписанную кровью – твоей кровью, Ксю – и заверенную у нотариуса, о том, что ты не никогда даже думать не станешь о романе с моими книжными героями, – проворчала я.
Подруга откинулась на ножках стула и сделав губы рыбкой, обиженно проговорила:
– Какая ты зануда.
И добавила с улыбкой:
– Да ты ревнуешь!
– Не ревную, – фыркнула я. – Просто это… ненормально.
Подруга сильнее откинулась и ножки стула опасно заскрипели по полу.
– Ты мне новый пол испортишь, – проворчала я. Но подруга и не думала отказываться от любимой дурацкой привычки качаться на стуле.
– Может, отдать тебе почку? Серьезно, Рит, у меня их целых две. Спрячешь её в морозильник, вдруг, когда в жизни тебе понадобится почка? А ты мне за это поможешь заполучить Виктора. А то слишком он уж серьёзный и на мои намёки даже не отреагировал.
– Оставь себе свою почку, – ответила ей с оскалом, – а вот сердце твоё чёрное с удовольствием заберу.
– Ты что! Оно у меня единственное и в мире подобных больше нету! – хохотнула подруга. – Любой другой орган выбирай…
– Прекрати нести чушь, – отмахнулась от неё. – Виктора не отдам. А Филипп уже нашёл себе партию – Клару.
Ксюша сделала страшные глаза и закатила их к потолку, и в этот момент она качнулась слишком сильно, и стул полетел спинкой на пол. Вместе с Ксюшей.
Я даже и бровью не повела.
А грохот случился жуткий.
На кухню тут же прискакали граф с бароном и помогли ахающей и охающей Ксюне подняться и сесть на другой стул.
– Ты сломала мой стул, купишь мне новый, – заявила я строго.
В ответ получила рожицу и высунутый язык.
– Мальчики, кажется, я ногу подвернула. Лодыжку. И кисть… похоже я её сломала… Не посмотрите?
Мужчины как истинные джентльмены тут же принялись скакать вокруг неё, а я многозначительно закатила глаза к потолку и проворчала:
– Ещё проверьте её голову. Кажется, в её черепной коробке отверстие, через которое её мозг сбежал.