Глава 23

Глава 23. Духи древности

Она вышла из тени, как сон, который стал явью.

Высокая. Белая, как мел. Волосы — не седые, а прозрачные, будто сотканные из света, который погас. Глаза — два колодца тьмы, в которых не отражалось ничего. На лбу — символ, которого не было ни в одной книге. Три перечёркнутых луны. Знак отрицания.

— Ты спала слишком долго, сестра, — сказала Ведьма Хаоса. Её голос был тихим, но каждый звук дробил камни в стенах источника. — Я ждала.

— Я знаю, — ответила я. — И пришла закончить это.

— Ты пришла умирать, — она улыбнулась. Улыбка была красивой и страшной одновременно. Как закат перед катастрофой. — Ты отдала почти всю свою силу, чтобы спасти эту жалкую девчонку. — Она кивнула на Нику, лежащую без сознания на полу. — Чем ты собираешься сражаться? Своим серебряным огоньком?

Я подняла руку. Свет вспыхнул — слабый, бледный, едва тлеющий.

Она была права.

Я отдала слишком много.

— Жалко, — вздохнула Ведьма Хаоса. — Я помнила тебя великой. А ты стала никем.

Она взмахнула рукой.

Тьма ударила меня в грудь, отбросила к стене. Я врезалась в камень, сползла на пол. В ушах зазвенело, во рту — вкус крови.

— Алиса! — крикнула Мурка, прыгая ко мне. — Вставай!

— Не могу, — прошептала я. — Силы нет.

— Вспомни! — Мурка ткнулась носом в мою щёку. — Ты — Ведьма Миров. Ты создавала реальности. Ты — не только свет. Ты — всё. Свет и тьма. Жизнь и смерть. Начало и конец.

— Я не помню…

— Вспомни!

Я закрыла глаза.

И в этот момент дверь источника взорвалась.

Ксавьер ворвался в зал, как ураган.

Его тени клубились вокруг, живые, голодные, готовые убивать. В руках — кинжал с драконом, тот самый, которым когда-то убили сестру. В глазах — ярость, которую я никогда не видела.

— Алиса! — Он увидел меня у стены, бросился ко мне. — Ты жива?

— Пока да, — я попыталась улыбнуться. — Ты не должен был входить. Запрет…

— К чёрту запрет, — он прижал меня к себе. — Я чувствовал, что ты умираешь. Я не мог оставаться снаружи.

— Какая трогательная сцена, — Ведьма Хаоса склонила голову. — Принц теней и Ведьма Миров. Вы думаете, ваша любовь что-то значит перед лицом вечности?

— Она значит всё, — сказал Ксавьер, вставая между мной и ею. — А ты — всего лишь призрак прошлого, который боится умереть по-настоящему.

Тьма Ведьмы ударила в него.

Ксавьер выставил руку — его тени сплелись в щит. Удар расколол камень под его ногами, но он устоял.

— Сильный, — признала Ведьма. — Но недостаточно.

Она ударила снова. И снова. И снова.

Ксавьер блокировал, уклонялся, падал, вставал. Но я видела: он устаёт. Его тени тускнеют. Ещё минута — и он упадёт.

— Хватит! — закричала я.

Я встала. Ноги дрожали. В груди горело — не серебром, а чем-то другим. Чем-то, что Мурка назвала «всем».

— Ты хотела великую, — сказала я, делая шаг вперёд. — Получи.

Я подняла руки.

И вспомнила.

Не всё. Не сразу. Но достаточно.

Я вспомнила первый мир, который создала. Он был маленьким и несовершенным. Одна звезда, одна планета, один океан. Но он был живым. Я чувствовала его дыхание.

Я вспомнила вторую Ведьму — ту, с рыжими волосами. Она научила меня смеяться. Она назвала меня сестрой.

Я вспомнила войну. Тьму, которая поглотила троих. Боль, когда я запечатывала Хаос. Усталость, когда я решила уйти на покой.

Я вспомнила, кто я.

Не Алиса. Не Лиаран. Не Чума.

Я — первая. Я — начало. Я — та, кто была до того, как появилось слово «было».

— Проснись, — прошептала я себе.

И мир взорвался светом.

Он был не серебряным.

Он был всем.

Всеми цветами, которых нет. Всеми звуками, которых не слышало человеческое ухо. Всеми чувствами, которые не помещаются в одно тело.

Свет вырвался из меня и ударил в Ведьму Хаоса.

Она закричала — впервые не насмешливо, а испуганно.

— Этого не может быть! Ты была пуста! Я чувствовала!

— Ты чувствовала мою усталость, — ответила я. — Не мою силу.

Я шагнула к ней. Свет клубился вокруг меня, как плащ.

— Ты проиграла, сестра. Ещё тогда, тысячи лет назад. Ты просто не хотела признавать.

— Я не проиграла! — Она взмахнула руками, и тьма ударила в ответ. — Я уничтожу тебя! Я уничтожу этот мир! Я уничтожу всё!

— Не уничтожишь, — раздался голос сбоку.

Ника.

Она стояла на коленях, опираясь на руку. Бледная, слабая, но живая. В её глазах больше не было пустоты. В них был огонь.

— Я помогу тебе, Алиса, — сказала она. — Я должна.

— Ты не сможешь, — покачала я головой. — Ты слишком слаба.

— Тогда я сделаю то, что умею лучше всего. — Ника усмехнулась. — Я буду отвлекать.

Она подняла руку и выпустила в Ведьму Хаоса слабый, почти невидимый луч тьмы. Не чтобы ранить. Чтобы разозлить.

Ведьма отвлеклась.

На секунду. Всего на секунду.

Но мне хватило.

— Ксавьер! — крикнула я. — Сейчас!

Он понял без слов.

Тени ударили с двух сторон — мои и его. Свет и тьма сплелись в один поток, ударили в Ведьму Хаоса, сбили её с ног.

Она упала на алтарь.

— Это не убьёт её, — сказала я. — Но задержит.

— Что нам делать? — спросил Ксавьер.

— Нам — ничего, — ответила я. — А мне — вспомнить ещё кое-что.

Я закрыла глаза.

И позвала.

— Духи древности, те, кто были со мной в начале. Я — ваша создательница. Я — та, кто дала вам форму и имя. Я призываю вас. Придите. Защитите этот мир. Как вы защищали его тысячи лет назад.

Тишина.

А потом земля под ногами задрожала.

Они выходили из стен, из пола, из воздуха.

Прозрачные фигуры, сотканные из света и памяти. Великаны и карлики. Звери с крыльями и люди без лиц. Они были разными, но в каждом я узнавала свою руку.

— Мы помним, — сказал один из них. Голос его звучал, как шум моря. — Ты дала нам жизнь. Мы отдадим её за тебя.

— Не надо умирать, — покачала я головой. — Просто задержите её. Пока я не закончу.

Духи окружили Ведьму Хаоса.

Она закричала, пытаясь вырваться, но они держали её. Светлые руки, тёмные руки, руки из ветра, рук из камня — они смыкались вокруг неё клеткой.

— Ты не посмеешь! — крикнула она мне. — Если ты запечатаешь меня снова, ты потеряешь свою силу! Ты снова станешь никем! Ты снова забудешь всё!

— Знаю, — ответила я. — Но лучше быть никем в мире, который жив, чем всем в мире, который сгорел.

Я подошла к ней.

Положила руку на её лоб — туда, где горел знак отрицания.

— Прощай, сестра, — сказала я. — Мы могли быть великими вместе. Но ты выбрала тьму. А я выбрала жизнь.

Свет вырвался из моей ладони.

Ведьма Хаоса закричала.

А потом исчезла.

Втянулась в свой знак, сжалась в точку, погасла.

И стало тихо.

Я упала на колени.

Сила уходила из меня, как песок сквозь пальцы. Я чувствовала, как воспоминания тают. Как мир становится плоским. Как я снова становлюсь просто Алисой.

— Алиса! — Ксавьер подхватил меня, не давая упасть.

— Я в порядке, — прошептала я. — Просто… устала.

— Ты снова всё отдала, — сказал он. — Снова.

— Привычка, — я попыталась улыбнуться. — Плохая.

Рядом опустилась Ника. Она выглядела лучше — цвет лица вернулся, глаза сияли.

— Ты спасла меня, — сказала она. — И мир. И всех. Зачем?

— Потому что ты заслуживала второго шанса, — ответила я. — Мы все заслуживаем.

Ника заплакала.

В этот раз — не от боли, а от облегчения.

Мурка прыгнула мне на колени.

— Ты была великолепна, — сказала кошка. — Как в старые времена.

— Я ничего не помню, — призналась я.

— И не надо, — ответила Мурка. — Ты создала новые воспоминания. Лучше, чем старые.

Мы сидели в разрушенном зале, среди осколков камня и угасающих духов. Духи таяли, возвращаясь в стены, из которых пришли.

— Что теперь? — спросил Ксавьер.

— Теперь — домой, — сказала я. — Я хочу домой.

— В какой? — спросил он. — В Москву или в академию?

Я посмотрела на него. На Нику. На Мурку. На свои руки — чужие и одновременно свои.

— В оба, — ответила я. — Наверное.

Ксавьер поцеловал меня в лоб.

— Тогда пойдём, — сказал он. — Я провожу.

Мы пошли наверх.

Выходя из источника, я оглянулась. В глубине, там, где когда-то стоял алтарь, теперь было пусто. Тьма рассеялась. Свет угас.

Всё кончилось.

Или только начиналось?

Я не знала.

Но впервые за долгое время я была готова это узнать.