Глава 25
Ирина далеко не сразу поняла, что происходит. Алкоголь капитально затормаживал реакцию. Да и элемент неожиданности сделал свое черное дело. Вот и застыла, точно пришибленная, изумленно уставившись на совершенно обнаглевшего парня. Секунда. Другая. Сознание прояснялось.
И в душе вскипела небывалая злоба. Зашипев, подобно ядовитой гадюке, она отчаянно дернулась, предпринимая более мощную попытку вырваться из его стальных клешней. Но, увы! Евгений удерживал крепко, продолжая настойчиво терзать ее своим влажным слюнявым ртом.
«Ну, че? — костерила себя, на чем свет стоит. — Хотела первого встречного? Получай!»
Естественно, на поцелуй Ира не отвечала, от слова совсем. Настырно сжимала губы в тонкую линию, и активно вертела головой вправо-влево, уклоняясь от навязчивой нежеланной ласки. Парень своим напором не пробуждал в ней ничего, кроме сильнейших рвотных позывов.
Ее действительно тошнило от него. И мерзко было. До дрожи во всем теле.
— Слышь, прекращай ерепениться! — не добившись ни взаимности, ни послушания, Женя рассвирепел, и сжал ее так сильно, что буквально затрещали нежные девичьи косточки. А Ира едва не лишилась чувств от боли и нехватки кислорода. — Тоже мне, гребаная королева выискалась!
— Лучше по-хорошему меня отпусти! — сурово отчеканила, испепеляя обидчика ненавистным взглядом. — Целее будешь! Иначе, попрошу Юрку — того коренастого парня, с которым я только что общалась — вернуться, и накостылять тебе, как следует! А он у меня боксер, между прочим! Понял?
Молодой человек мгновенно ослабил хватку и отстранился.
Но лишь для того, чтобы развязно усмехнувшись сообщить:
— Ой, я прямо дрожу от страха! Сюда иди, шкура!
Чувствуя вседозволенность, Евгений поймал лицо девушки в ловушку из своих ладоней. Предупреждающе стиснул, причиняя зверский дискомфорт.
И зафиксировал в таком положении, что уклониться теперь она не смогла бы, при всем желании. Разве только, свернув себе шею.
— Нет! — завопила, когда парень демонстративно подался вперед, намереваясь вновь поцеловать ее. Но уже по-настоящему. — Не прикасайся!
Не отдавая отчета собственным действиям, Ирина что было сил, резко ударила противника ладонями в грудь. Он скривился, пробормотав себе под нос грязное ругательство, но из рук не выпустил. Напротив, намеренно стиснул пальцы на щеках девушки столь сильно, что у той заломили зубы.
— Ай! Больно!
— Я кому сказал, не дер…
Договорить Евгений не успел. Музыка играла чуть приглушенно, так как заканчивался один трек, и начинался другой. Только благодаря этому факту, оба смогли расслышать характерный звон разбившегося стекла, раздавшийся где-то поблизости. Парень резво отстранился, и напряженно вздрогнул будто преступник, пойманный с поличным на месте преступления. Так уж вышло, что на звук они развернулись рефлекторно, и почти одновременно.
На расстоянии четырех-пяти метров каменной глыбой замерла Белова. Брызги и крупные осколки у ее ног — все, что осталось от свежего коктейля, который та прихватила с собой на танцпол. Бокал, наверняка, выскользнул из ослабевших пальцев, когда она узрела близких людей в столь паскудной, компрометирующей по всем пунктам «ситуации». Сомнений не оставалось: Ленка видела все! Видела, и пришла к единственному возможному выводу.
Ибо Ирина не тешила себя напрасными надеждами и прекрасно осознавала, как вся эта расчудесная сцена выглядела со стороны. Особенно после ее неосторожных слов, относительно своих наиглупейших планов на ночь.
«Господи! Какая же я дура!»
Ее бросало то в жар, то в холод. Цепенея от стыда, и первобытного ужаса, она виновато взирала на подругу, широко распахнутыми глазами.
Все мысли безвозвратно испарились из головы. Там стало пусто.
— Все…все не так! — промямлила, взволнованно прижимая дрожащие ладони к груди. Осторожно подбирая слова. — Клянусь, Лена! Леночка…
Белова ее, явно, не слушала. И ни на что не реагировала. Совсем. Точно в глубочайший транс впала сиюсекундно. Тяжело дыша, пыталась справиться с обрушившимися на нее эмоциями, но получалось…плохо. Чертовски плохо. Она беззвучно рыдала. Глотала горькие слезы, взирая куда-то сквозь них.
Не мигая. На лице подруги отпечаталась какая-то паническая безнадега, с нотками боли и отчаяния. Словом, та еще гремучая смесь. Но Ленкино смятение длилось совсем недолго. Отрицательно замотав головой, будто пытаясь стереть из памяти представшую взору картину, девушка медленно попятилась назад. Тут уже из образа статуи вышла Синицына, и ринулась за ней следом. Вернее, попыталась. Женя не позволил. Отвлек. Остановил.
Напал со спины, сжимая в кольце своих рук и блокируя ее движения.
Белова тем временем, шустро юркнула в беснующуюся толпу, окончательно растворяясь среди танцующих людей. Ира, вдруг, с запоздалым раскаянием поняла, что потеряла подругу из вида. А возможно и…вообще потеряла подругу, по вине этого урода. И данная неприятность оказалась для нее последней каплей. Последним рубиконом. Последним ударом по натянутым нервам. Последним сдерживающим механизмом, рухнувшем под напором обстоятельств. Собрав волю в кулак, закричала, надрывая связки:
— Лена!
— Не ори! Пускай валит на все четыре стороны неженка-недотрога!
— Отцепись!
— Она нам не нужна!
— Это ты нам не нужен!
Обезумев от злости, девушка мстительно вдавила острую шпильку своей обуви прямо в стопу крепко обнимающего ее парня. И одновременно, испытывая невероятное удовольствие, что было мочи вцепилась зубами в его руку там, где смогла дотянуться. А где не смогла, просто полоснула кожу своими отросшими острыми коготками. Парень взвыл от боли, совершенно не ожидая от нее подобной выходки. Отпустил мгновенно.
— Ах ты тварь! — разразился гневной тирадой, разворачивая Ирину к себе лицом. — Получай, сука!
В следующий миг щеку ошпарило, точно огнем. Евгений отвесил ей такую сильную пощечину, что девушка великим чудом удержала равновесие, не распластавшись безвольно на полу. Голова дернулась назад по инерции, шея громко хрустнула. Все еще не веря в реальность происходящего, она машинально прикоснулась ко рту, отчетливо чувствуя на языке металлический привкус. Так и есть. Губа рассечена.
На пальцах отпечатался багровый кровяной след.
— Еще раз позволишь себе нечто подобное, — продолжал быковать молодой человек, нависая над ней, подобно скале, — я тебе зубы выбью! Поняла?
Разум отключился вместе с инстинктом самосохранения. Выброс адреналина в кровь казался запредельным. В душе клокотала столь примитивная ярость, что стало плевать на последствия. Страх испарился.
«Если мне суждено умереть здесь, от рук этого ублюдка…что ж, так тому и быть! Но умру я, сражаясь! С гордо поднятой головой!»
Кивнув самой себе, уподобляясь животному, Синицына угрожающе зарычала, до онемения пальцев стискивая кулаки. Шагнула вперед, намереваясь как минимум заехать обидчику коленом в пах, или до крови расцарапать его наглые зенки, и…и застыла, заметив боковым зрением какое-то странное движение. Чувствуя угрозу каждой клеточкой своего естества, развернулась лицом к источнику мнимой агрессии. К тому, что увидела, оказалась совершенно не готова. Воздух с шумом покинул легкие, перед глазами поплыло. Она понятия не имела, откуда он здесь взялся, и как много успел увидеть, но со второго уровня «Колизея» к ним стремительно приближался Красницкий.
За его столиком в компании трех ослепительно красивых девушек восседал Макаров, собственной персоной. Экс-физрук напряженно следил за младшим братом, но не останавливал его и не вмешивался. Нервно сглотнув, Ирина попятилась. Потому что, наблюдая перекошенное гневом лицо Славика, реально испугалась за свою жизнь. Даже по спине холодок прошелся, пронзая кожу, точно острыми иглами. Ее затрясло, как в лихорадке.
«Вот сейчас мне точно свернут шею! — промелькнула в сознании тревожная мысль. — Не знаю, за что…но, обязательно свернут!»
Впрочем, опасения оказались беспочвенными, ведь злился парень явно не на нее. Достигнув цели, Красный решительно встал между ними. Спиной к Жене. Лицом к ней. Будто живым щитом отгородил от целого мира.
Он был бледен, как больничная простыня. И чертовски сильно напуган.
«Неужели, из-за меня? Да, нет! Не может быть!»
Скользя по лицу девушки ошалевшим малярийным взглядом, бывший одноклассник осторожно…трепетно сжал ее подбородок, чуть разворачивая к свету, для лучшего обзора. А когда увидел на губе Ирины рассечение и кровь…Боже! Она могла поклясться, что слышала скрежет его зубов. Молодого человека буквально заколотило в приступе безграничного примитивного бешенства.
— Уходи! — бросил глухо, отнимая руку. — Живее!
— А?
— Слышь, — издевательски протянул Евгений, — она со мной вообще-то!
Казалось, его присутствия Вячеслав даже не замечал. Или попросту игнорировал, сосредоточив внимание исключительно на Ире:
— Давай, Синичка! Топай!
— Ты попутался, что ли? — не унимался новый знакомый. — Я ее не отпускал!
— Славик…
— Я сказал: пошла вон отсюда! — рявкнул он, окончательно теряя терпение.
— Но Ленка…
— Выбежала на улицу! — на лице парня отразилась кривая усмешка. — А теперь, будь хорошей девочкой — последуй ее примеру! Свали!