Глава 10
Сергей.
Твою ж мать. Моя маленькая девочка, мой лисенок, которая все свое детство прыгала у меня на коленях и заставляла меня таскать ее на плечах, сейчас просто ломает во мне мужика. Я могу справиться с чем угодно, что касается физической силы. Я даже могу бороться с постоянным возбуждением возле нее. Пока еще могу. Но эта девчонка ломает мне мозг, забирается глубоко под кожу и раздирает изнутри. Трясет. Трясет словно мальчишку. Ловлю каждый ее взгляд, мечтая, чтобы он был мой, ловлю каждый вздох, желая им наполнить свои легкие. А аромат ее – это афродизиак для моего тела, которое я перестаю контролировать рядом с ней.
Она ушла, гордо хлопнув дверью за спиной, а сидел и улыбался ей вслед как последний кретин. Вот как вывернула все. Ткнула меня носом в проклятые принципы словно желторотого юнца. Я, значит, все порчу? Да я беспринципным зверем становлюсь рядом с ней. Мог напрочь перестает работать, так как работает уже другая часть тела. И я боюсь, что как-нибудь вообще потеряю себя стоит ей лишь попросить.
Я сегодня чуть не ударил того придурка прямо у нее на глазах. Только потому, что он решил, что может говорить с моей малышкой, может смотреть на мою… МОЮ.
Даже в голову она залезла, выедая последние капли сопротивления. Сам не знаю, как, но теплое касание ее руки привело меня в чувства, не позволив сделать непоправимое.
Я вру себе, что мне достаточно знать, что она счастлива и любима. Вру потому что, до боли в груди хочу быть тем, кто сделает ее счастливой. Тем, кто поцелуями будет будить ее по утрам, тем, кто будет носить ее на руках и замирать, любуясь ее улыбкой. Я мечтаю по утрам вдыхать аромат ее тела, и мчатся домой, желая сделать это снова.
Я резко вскочил с расстеленного мата и направился к спортивным снарядам. Вот, что мне надо было сейчас. Надо было успокоить зверя внутри себя, который просто орал, оглушая меня, заставляя взять то, чего требовало мое тело. Если бы только тело. Малышка уверенно забиралась в мою душу.
Удар.
Еще один.
Еще.
Не смей трогать ее.
Я колотил грушу, наказывая себя за то, что посмел. Посмел думать о ней. Ей словно было мало тех ублюдков, что испортили ей жизнь. Что я позволил себе желать ее. Чем же я тогда лучше их? Такая же тварь.
Глухие удары отбивались в моей голове затуманивая мысли о ней.
- Сергей Германович, вот перчатки. – Возле меня стоял парнишка лет двадцати в майке с логотипом клуба.
- Что?
- Ваши руки.
Я перевел взгляд на сжатые в кулаки руки, наблюдая, как из разбитых в мясо костяшек стекает кровь. Затем вновь на паренька. Новенький. Те, кто знает меня не посмели бы сейчас и на шаг подойти. Повел взглядом выше, за спину этого смертника и мои губы растянулись, обнажая зубы. Парни, которых я лично натаскивал, стоят за спиной паренька ожидая моей реакции. Им то знаком гнев Волка. Не раз на своей шкуре испытали. Поэтому и лучшие в своем деле.
- Какого хрена, тут цирк устроили, - заорал я на своих парней.
- Серый, ты чего, - послышалось из толпы.
- Да пошли вы все.
Я развернулся и направился в свой кабинет. Захлопнув за собой дверь, я подошел к бару. Взял первую попавшуюся бутылку и выплеснул ее содержимое на разбитые руки. Наконец боль. Жгучая, невыносимая, заставляет сцепить зубы, сдерживая стон. Это отрезвляет. Возвращает в реальный мир, выкидывая из сказки где все могло быть по-другому.
Я потянулся к бутылке, рассматривая плескавшуюся жидкость на дне. Жалкое осознание то, что моя жизнь теперь не будет прежней ворвалось в мой мозг. А все было почти идеально. Почти. Сейчас я уже осознавал, чего мне не хватало, и, от этого осознания легче не становилось.
- Сергей Германович, - в дверь тихонько постучали, - вы просили не беспокоить, но ваш телефон звонит не переставая.
- Хорошо. Давай сюда. – Я протянул руку и взял телефон. – Слушаю?
- Серый, ты вообще где пропадаешь? – Я услышал в трубке голос лучшего друга, и на душе вмиг стало так грязно, даже мерзко, оттого, что я посмел желать то, на что я просто не имею права. Между нами не только расстояние в виде большого количества лет, там еще огромная пропасть в том, какой эта жизнь была. Мне никогда ничего не давалось легко. Я выгрызал зубами, жадно вырывал каждый свой миллиметр под солнцем, прежде чем стать тем, кем я являюсь сейчас. И мне нечем гордиться в моей прошлой жизни. Иногда я хочу забыть то время как страшный сон, но от себя не убежишь. Я утопаю в этой грязи. И дело даже не в том, что мои руки, хоть и не по локоть, но все-таки в крови. Все дело в том, что я не испытываю никакого раскаяния. И я не имею права замарать ее в этом дерьме. Она этого не достойна. Алиса светлое пятнышко в моей темной душе, и я не дам этой тьме поглотить ее. – Эй, Волков ты там живой?
- Да, просто задумался, - ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенней.
- Короче, сегодня жду тебя на ужин. Машка с детьми укатила к родителям, так что в тесной мужской компании можем обсудить кое-какие дела.
- Отлично. К шести буду. – Быстро сказал я и сбросил вызов.
Дом Яр встретил меня тишиной и спокойствием. Я часто приезжал сюда и даже жил некоторое время в его доме. Я любил это место. Оно дарило мне некий покой и ощущение нормальной жизни, которая должна быть у каждого человека. Наверное, и у меня тоже. Хотя нет. Мой путь уже определен. Череда однотипных красоток, лица которых я не могу воспроизвести в памяти уже к утру, и окутанная глубоким одиночеством холостяцкая квартира в элитном районе города, которую я ненавидел до определенного времени. А точнее до того, пока в соседней квартире не появилась она. Теперь я как одержимый мчусь домой, только чтобы знать, что где-то там, за стеной спит она.
- Серый, ты как раз вовремя. – Услышал я голос друга, и прихватив с собой бутылку виски, направился в глубь сада. – Вижу ты подготовился. – Усмехнулся Яр, увидев бутылку в моих руках.
- Так намечался же мужской разговор. – Улыбнулся я в ответ.
- А это что? – Показал на мои сбитые руки. – Тяжелый день?
- Тяжелая жизнь, – усмехнулся я в ответ.
- Расскажешь?
- Нет Яр, пока нет.
- Серый, если что, ты знаешь, я всегда помогу тебе. Если какие проблемы…
- Не забивай себе голову, друг. Просто показывал своим мальцам кто главный. А ты чего тут устроил? – Кивнул на горящий мангал.
- Устал от работы и душа просит покоя. И еще давно тебя не видел. Ты куда пропал? Неужели влюбился? Или не можешь выползти из кровати очередной красотки?
- Да ладно. Яр, ты же знаешь, что я волк-одиночка. Такие не умеют любить.
- Знаю, что ты идиот. – Устало ответил мне друг. – Но, надеюсь, что когда-то в твоей жизни появиться женщина, которая заставит тебя передумать. Уж очень хочется насладиться тем моментом. Поверь мне, я точно его не пропущу.
- Будешь мстить мне за то, что я был свидетелем твоих соплей по Маше? – подколол я друга.
- Подожди. Ты еще не знаешь, что такое карма. Затянет тебя по самые яйца так, что пикнуть не успеешь.
- Нет, друг, это не про меня.
- Ага, я тоже так раньше считал. А теперь сам видишь.
- Только без подробностей о том, как ты превратился в подкаблучника.
- Я жду момента, когда твоя судьба доберется до тебя. И поверь, я буду сидеть зрителем в первом ряду наслаждаясь каждым моментом.
- Если такое случится, я сам куплю тебе билет.
- Идет. Но ладно об этом. Серый, я к тебе вообще с просьбой.
- Что случилось?
- Если честно, то пока ничего. Неспокойно как-то мне. За мелкую свою переживаю. Ты же знаешь, насколько она мне дорога. Но я все равно наступил себе на горло и позволил ей этой долбаной самостоятельности. Представляешь, выдрала с меня обещание не следить за ней.
- Яр, Алиса не твой ребенок. Прими то, что она уже выросла.
- Да все я понимаю. Только ты лучше меня помнишь ее тогда, после того случая. Пойми, она не перенесет нечто подобное. Нет, я конечно понимаю, что закрыть ее от всего мира у меня не получится. Прошу только приглядывай там за ней иногда.
- Ты всегда можешь на меня рассчитывать. – Ответил я другу, ясно осознавая, что наибольшей опасность для нее являюсь я сам.
Дальше наш разговор перекинулся на совместные дела.
Домой меня отвез парень из охраны. Я сам лично натаскивал Алексея, заметив в нем некий стержень. И не ошибся. Ни разу меня еще не подвел. Поэтому и предложил ему работу у Яра.
- Сергей Германович, контейнеры не забудьте, - кивнул парень на заднее сидение.
А я уже и забыл про аккуратно упакованный пирог, который Антонина, попросила передать своей любимице. Я, конечно же, клятвенно обещал доставить все в целости и сохранности. Наверное, правильней было бы позвонить в дверь, как все нормальные люди, но, я подумал об этом, только оказавшись в своей квартире. Ладно, зайду как обычно, через балкон. Хотя, если честно, пора завязывать с этой привычкой, а то в последнее время заметил за собой, что уже зависаю, уставившись во все глаза на балконную дверь, в надежде увидеть ее там.
Даже не переодевшись отправился к ней. Я скучал. Мне до жути хотелось ее увидеть. Узнать, чем занималась эта вздорная малышка в мое отсутствие, и еще больше хотелось узнать, что она тоже скучала по мне, простив то, что было утром. Но едва я переступил порог ее квартиры передо мной предстала такая картина, что вся моя железная выдержка, которой я так славился уже много лет, дала не просто трещину. Она разверзлась словно огромный цунами промчался передо мной, свергая все на своем пути.