Глава шестнадцатая

— Максим, они думают, что я причастна к серьезным преступлениям, — всплакнула Соня.

Следователь пожал руку Роману. Максим понял, что они знают друг друга.

— Это Максим Александрович. Мой зять и по совместительству потерпевший.

— Знаю. Ваш адвокат, скрупулезно читал документы и вынес мне весь мозг, — сообщил следователь. — Я выйду на минутку и вернусь, — сказал он и вышел из кабинета.

— Куда он ушел? — спросила Соня, переводя взгляд с Романа на Максима.

— Ты знаешь, кто я такой? — спросил Роман, присел на край стола и скрестил ноги в лодыжках. Максим остался стоять у стены.

Она покачала головой и посмотрела на Максима, ища у него поддержки.

— Я брат той девушки, которую ты заказала, — произнес он так, будто говорил о ничего не значащем деле.

— Я ничего не понимаю…

— Соня, — вмешался Максим, — просто расскажи нам кто стоит за всем этим делом.

— Я не понимаю.

Роман осмотрел потолок и все четыре угла кабинета на наличие видеокамер, перевел взгляд на Соню.

— Я догадываюсь, что ты кому-то рассказала про мои земли.

— Максим, я…

Она начала дрожать, нервно потирая руки об колени.

— Я не буду говорить без своего адвоката, — заявила Соня, глядя снизу вверх на Максима.

Неожиданно Максим сорвался с места, схватил ее за горло здоровой рукой и поднял на ноги. Соня обеими руками ухватилась за его руку у горла.

— Полегче, — предупредил его Роман.

— Я устал от всего!

Соня покраснела. На глазах выступили слезы.

— Ты настоящая дрянь! Кто стоит за всем этим?!

— Ослабь хватку, — сказал Роман.

— Ладно, я скажу, — прохрипела Соня.

Он отпустил ее, отчего она качнулась и упала на стул.

— Это Егор. Твой друг.

Наступила мертвая тишина. Максим нахмурился и перевел взгляд на Романа. Роман посмотрел на Соню. Та, в свою очередь, склонив голову, рассматривала невидимую пылинку на джинах.

— Егор не мог так поступить. Я его много лет знаю, — пробормотал Максим, не веря тому, что услышал.

Действие обезболивающего лекарства заканчивалось, и раненая рука давала о себе знать.

— Рассказывай, — произнес Максим и сел на ближайший стул.

— Нечего рассказывать. Он хочет твои земли и решил найти документы на них, чтобы переоформить. Егор нашел человека, который разбирается в этом…

— Подожди, — остановил ее Максим, — Он хотел их оформить на себя и думал, что я об этом не узнаю?

— Нет, не на себя, а на другого человека. Егор бы получил за них хорошую сумму.

— Ты спишь с ним? — спросил Максим.

Она кивнула.

— Моя сестра здесь причем? — спросил Роман.

Она не ответила.

— Тоже Егор?

Она отрицательно покачала головой.

Неожиданно дверь открылась, и вошел хозяин кабинета. Он опустился на свое место и сказал:

— Ваш адвокат уже едет. Пока что вы задержаны для выяснений обстоятельств по делу, — сказал он Соне.

Когда Соню вывели из кабинета для разговора с ее адвокатом, Максим рассказал следователю про разговор с Соней.

— Будем работать. Дело сдвинулось с мертвой точки. Вашего Егора сейчас доставим сюда, — произнес следователь и на прощание пожал им руки.

— Не знал, что ты дружишь со следователем, — сказал Максим, когда садился в машину.

— Я бы не назвал это дружбой, — ответил Роман. — Я теперь должен буду достать ему новые запчасти для его автомобиля. Она быстро раскололась, — сказал он после небольшой паузы. — Что-то здесь не так. Нутром чую.

— Егор сейчас должен быть на рабочем месте, — произнес Максим, задумавшись.

Роман и так вел машину к итальянскому ресторану. Было около трех часов дня, когда они припарковались у входа и вышли из машины.

— Поговорим с твоим другом и в аптеку. Вид у тебя такой, будто помирать собрался.

— Рука ноет, — ответил Максим и двинулся к входу.

Максим по знакомой дороге шел первым и через кухню приблизился к кабинету Егора. Работники ресторана, удивленно смотрели на них и перешептывались. Максим открыл дверь и вошел в кабинет. Егор сидел за столом, склонившись над бумагами.

— Дружище, заходи. Чего такой вид угрюмый? Я сегодня заезжал в больницу, но мне сказали, что ты уехал, — удивленно произнес Егор и посмотрел на Максима, который закрыл дверь и повернул торчащий из замочной скважины ключ два раза.

Он перепроверил, заперта ли дверь, повернулся к хозяину ресторана и ударил его кулаком в челюсть. Егор отлетел в сторону и ударился головой об стену.

— Ты в своем уме?! — держась за голову, закричал Егор. — Охрану сюда! Живо!

Было слышно, как на кухне засуетились работники.

— Для раненого удар у тебя отличный, — прошептал ему сзади Роман.

Кто-то лихорадочно пытался открыть дверь.

— Мы звоним в полицию, — сказал кто-то из работников.

— Не нужно никуда звонить! — подал голос Егор. — Сами разберемся.

— То есть ты понял из-за чего я здесь? — спросил Максим.

— Понял. Ты уже развелся с ней. Если я иногда провожу с ней время, это не говорит о том…

— Плевать я хотел на нее! Ты решил прибрать к рукам мои земли!

— О чем ты говоришь?!

— Мы сегодня говорили с Соней. Она уже в полиции и дает показания, — вмешался в разговор Роман.

— Шеф, с вами все хорошо? — спросил работник за дверью.

— Я в порядке! — крикнул Егор и потер ушибленную челюсть. — Как я это жене объясню?

— Не уходи от темы.

— Я не имею отношения к твоим землям.

Максим слегка качнулся и почувствовал сильную слабость. Роман придержал его за локоть.

— Ты на днях интересовался у меня документами на землю, — продолжил он, стараясь не думать о руке.

— Я помню, — вздохнул он. — К твоим землям я никакого отношения не имею. Клянусь.

— А похищение моей сестры?

Егор округлил глаза и спросил:

— Будем на меня теперь всех собак вешать?

— Полиция! Откройте дверь!

— Я же просил не вызывать их, — сквозь зубы произнес Егор.

Роман открыл дверь и пропустил сотрудников полиции в кабинет.

— И ты здесь? — усмехнулся полицейский Роману.

— Я еще успею тебе присниться, — ответил Роман и отошел в сторону.

— Волынский Егор Геннадьевич?

— Да.

Сотрудник полиции назвал свою, должность, звание и фамилию, показал удостоверение, проверил его паспорт и попросил его поехать с ними в отделение для выяснения обстоятельств по уголовному делу.

— Мне нужен адвокат, — сообщил он серьезным тоном и стал надевать куртку.

— Да хоть два адвоката, — буркнул один из полицейских.

На глазах у удивленных поваров они вышли на улицу, сели в полицейский автомобиль и уехали.

Роман отвез его в ближайшую аптеку, купил выписанные врачом лекарства и детское фруктовое пюре в маленьких баночках.

— Детское питание? — удивился Максим.

— Да, — засмеялся Роман и снова завел машину. — Я обещал врачу, что ты это съешь. Так что приступай. Пластмассовая ложка на дне пакета.

— Ты сейчас забавляешься? — спросил Максим, достал еще одну банку и прочитал надпись. — Кролик с овощами.

— Ты еще брокколи не пробовал, — захохотал он. — Предупреждаю, там нет соли и сахара. На вкус гадость, но полезная.

— А ты откуда знаешь?

— Мне иногда приходилось кормить Настю и Льва. Чтобы показать им пример, пришлось, есть пюре и делать вид, что нравится.

Максим понимал, что выбора у него нет, и открыл банку с пюре. Он попробовал ложку и чуть не выплюнул. Роман еле-еле сдерживал смех и старался не отвлекаться от дороги, пока вел машину до отделения полиции.

— Смейся уже, терпеть вредно, — произнес Максим.

Через секунду они оба расхохотались. Проезжающий мимо них автомобиль просигналили им, когда Роман случайно вильнул в сторону. Максим съел две банки пюре и выпил воду с лекарством.

— Ты наелся?

— На всю жизнь хватит.

Чтобы снова подняться в кабинет следователя, им пришлось вывернуть карманы и показать документы. Когда они подошли к кабинету следователя, то услышали голос Егора, который утверждал, что не причастен к преступлениям. Роман сочувственно посмотрел на Максима и покачал головой. В конце коридора их окликнул Семен Семенович, подошел к ним и сказал:

— Мужчина, который вчера похитил Игнатьеву Марию, сознался во всем. Сейчас только от него иду. Он назовет имена всех соучастников.

— Отлично, — удовлетворенно произнес Максим.

— Почему он так быстро раскололся? — поинтересовался Роман.

— Чтобы ему смягчили наказание, — ответил адвокат и поправил очки. — Там Волынский?

— Да. Соня сказала, что он охотился за документами на землю для передачи их третьим лицам, — ответил Максим.

— С Соней я тоже разговаривал. Она признала, что обманула тебя, — сказал адвокат Максиму. — Егор не причастен к этим делам.

— А кто тогда? — Максим непонимающе уставился на адвоката.

— Там не все так просто. Во всех преступлениях замешаны несколько человек, которые даже не подозревали друг о друге, — сказал Семен Семенович.

— Как это?

— Видишь ли, — продолжил адвокат, — твоими землями интересовался твой сослуживец Андрей, частный детектив, которого ты нанял для охраны Марии Андреевны. Это он узнал о землях через Соню и через некоторое время решил приложить к ним руку. Полицейские сейчас и его доставят.

— А если Соня врет? — вмешался Роман.

— Не врет. Она поняла, что тонет и решила потянуть за собой остальных.

Они снова услышали голос Егора, который перешел на нецензурную брань.

— А насчет наезда и похищения моей сестры? Это Соня заказала?

— Да. Причина — женская зависть, попытку вернуть былые отношения и так далее. Ей светит хороший тюремный срок. К этому руку приложил Андрей. Это он финансировал все.

— А поджог в магазине?

— А вот здесь она упорно молчит, — ответил адвокат. — Сказала, что скажет об этом только тебе.

Мужчины переглянулись между собой.

— Она сейчас сидит внизу и ждет тебя, — сообщил адвокат. — Иди и поговори с ней. Получишь ответ и на этот вопрос.

— Вытащите Егора оттуда, — попросил Максим, когда направлялся вниз.

Лекарство делали свое дело, и он перестал чувствовать боль. Появилась небольшая бодрость. Максим спустился вниз и спросил у полицейского про местоположение Сони. Когда он вошел в кабинет, она разговаривала с адвокатом, женщиной лет пятидесяти. Лицо Сони было чуть опухшей от выплаканных слез. Он поздоровался и сообщил, что хочет поговорить с ней. Адвокат после кивка Сони, оставила их одних и прикрыла дверь.

— Ты хотела меня видеть?

— Я насчет поджога магазина, — начала она. — Сначала обещай мне, что ничего не сделаешь ему.

— Ему, это кому?

Было видно, что разговор дается ей с большим трудом. Максим решил не торопить ее. Он ждал ответа.

— Моему папе. Обещай, что ничего не сделаешь ему. У него больное сердце.

Максим не мог поверить в то, что слышал. Он пытался найти в ее лице признаки обмана, но не нашел.

— Зачем он это сделал?

— По моей просьбе. Я его дочь, которую ты бросил…

— Ты сама решила уйти, — напомнил он ей. — Хотя, после случая в клинике, я и так собирался развестись.

— Я бы все отдала, чтобы вернуть все назад, — сообщила она и высморкалась в салфетку.

— А я бы нет, — признался Максим и понял, как повезло ему. — Если бы тогда ты не ушла и прошла все процедуры, то я бы не познакомился с ней. Может быть, я не узнал бы о своих детях. Все эти дела с поджогом магазина и документами — ерунда.

— Когда закрывается одна дверь, то открывается другая, — понимающе произнесла Соня и слегка улыбнулась. — Прости меня, если сможешь простить. Я только сейчас понимаю, что я наделала. Какой слепой была…

— Поверь мне, это я был слепым, потому что не смог в тебе разглядеть гниль. Я бы постарался махнуть на все, если бы дело ограничивалось только этими проклятыми документами, но попытка похищения и убийства Маши, это перебор. Она ни в чем не виновата.

— Я знаю. Прости, я…

— Сейчас нет смысла заливаться слезами, Соня. Насчет своего отца, будь спокойна. К нему я никаких претензий предъявлять не буду. Мужик он неплохой.

Соня полушепотом произнесла «Спасибо».

— Она какая? — тихо спросила Соня.

— Настоящая, честная, умная, добрая. Я могу до бесконечности перечислять ее качества. Удовлетворена?

Соня кивнула, сжав губы. Максим поднялся на ноги. Она тоже встала.

— От кого ты узнала про Машу и детей? — задал он вопрос, который мучил его с самого начала.

— Просто проследила за тобой,

когда ты направлялся в клинику. Далее после твоего ухода, решила поговорить с одной медсестрой из клиники и все узнала. Купила ее данные. А дальше ты уже все знаешь.

— Я догадывался.

— Мы теперь не увидимся больше, — тихо добавила Соня.

— Самая лучшая новость за сегодня, — произнес Максим и покинул помещение.

Навстречу к нему шел Егор, злой и уверенным шагом приближался к Максиму.

— Где эта сука?! — спросил Егор.

— Успокойся, она свое скоро получит.

— Сначала она получит от меня!

Максим удержал его на месте и произнес:

— Не забывай, где ты находишься. Ты собрался ей побои наносить?

Слова подействовали на него успокаивающе и он сказал:

— Всегда завидовал твоему умению думать головой в подобных ситуациях.

Егор выдохнул и прислонился к стене. На скуле уже красовалась гематома. Максим посмотрел на друга и произнес:

— За удар по лицу извини.

Егор махнул рукой и ответил:

— Главное, что выяснили правду. Тебе повезло, что ты ранен, иначе я бы тоже врезал тебе.

— Я рад, что ты не замешан в этом деле. Не хотелось бы терять такого друга, как ты.

— Скажи еще что-нибудь, чтобы у меня нимб над башкой ярче засветился и крылья выросли, — произнес Егор.

К ним подошли адвокат с Романом.

— Дальше я сам закончу все дела здесь. Андрея задержали в аэропорту и уже везут сюда. У тебя еще будет возможность увидеть его. До суда времени много, — сказал Семен Семенович, обращаясь к Максиму. — Возвращайся в больницу и покажись им. Даже я знаю, что с огнестрельными ранениями шутки плохи.

Семен Семенович достал документы и стал их изучать, делая записи в блокноте. Роман рукой указал в сторону выхода, и они втроем вышли из отделения.

— Мне надо вернуться в ресторан и восстанавливать свою репутацию, — сказал Егор и с упреком посмотрел на Максима.

— Могу подбросить тебя до ресторана, — сказал Роман и достал ключи от машины.

Всю дорогу они обсуждали ситуацию вокруг этих преступлений. Максим в основном молчал и думал о Маше. Он хотел быть подальше от этой суеты и оказаться рядом с любимой. Максим вспомнил позавчерашнюю ночь с ней. Больше всего ему хотелось увидеться с детьми.

— Максим, ты слушаешь нас?

— Да слушаю, — ответил он Роману. — Подбрось меня домой к Маше. А потом отвези его в ресторан.

Роман свернул на повороте и через некоторое время высадил его около подъезда. Максим стоял около подъезда и вспомнил когда был здесь в первый раз. Сколько событий произошло после их встречи? Он поднял глаза на третий этаж и встретился с Машей взглядом. Она помахала ему рукой и исчезла. Через полминуты дверь подъезда открылась и без лишних слов она осторожно обняла его и прижалась к груди.

— Люблю тебя, — сказала Маша.

— Знаю. Чувствую твою любовь, — ответил Максим и поцеловал ее в губы. — Я тебя еще больше, — добавил он через секунду, — Пошли к детям.

***

Через три дня в новостях показали репортаж о похищении девушки, о «безумном братце», стрельбе в лесу и ранении двух человек. Максим смотрел новости у себя дома на планшете, лежа в кровати. Рука начала заживать и меньше беспокоить. Днем ему позвонил адвокат и сообщил, что все фигуранты уголовного дела получили арест на два месяца и до суда будут находиться в СИЗО.

Он вздрогнул от прикосновения Маши. Она провела по его груди рукой и спросила:

— Который час?

— Почти пять утра.

— Дети проснутся в восемь часов. Еще три часа тишины, — сонно пробормотала Маша. — Рука не болит?

— Нет. Я недавно был в детской. Спят попой к верху.

Два дня назад он нанял бригаду рабочих, которые привели детскую комнату в порядок и установили там детскую мебель. По совету одного из рабочих, на все окна в квартире поставил решетки. Конечно, теперь их квартира на седьмом этаже снаружи отличалась от остальных квартир, но это необходимо было для безопасности детей.

— Не три часа тишины, а три часа свободного времени, — сказал Максим, отложил планшет в сторону, притянул ее к себе, накрыл рукой грудь и нежно поцеловал.