6

Начальство дает добро – но только на разовые поступления. И чтобы в платежных поручениях предприятий было указано, для каких целей предназначены деньги. Разместить реквизиты фонда в нашем объявлении нам запрещают.

– Понимаешь, Варя, – оправдывается Катя, – некоторые граждане сто рублей перечислят, а потом нервов на миллион вымотают. Требуют, чтобы мы показали, куда их деньги пошли. Это правильно, не спорю, но и совесть тоже надо иметь. У нас в фонде заработную плату только два человека получают – директор и бухгалтер. Все остальные работают на общественных началах. Хорошо, что у нас есть спонсоры. К тому же, мы стараемся участвовать в самых разных грантовых конкурсах. А ты знаешь, сколько всяких отчетов мы составляем? Нет, если мы собираем деньги на какие-то конкретные проекты, то обязательно размещаем информацию о расходах на нашем сайте. Пожалуйста – если ты перечислил средства, то можно выяснить, куда они пошли. Но некоторым этого мало – им нужно еще устное подтверждение. Собственно, мы перестали широко собирать средства после одной скандальной истории. Фонд выделил деньги для покупки дорогих лекарств одному мальчику. А семья мальчика потом эти лекарства стала продавать другим пациентам той же больницы. Выяснилось, что они мальчику не так уж и нужны были – ему подходили и гораздо более дешевые отечественные аналоги. Там в этой схеме и врач замешан был – именно он выписал дорогостоящие препараты, зная, что фонд готов их оплатить. Журналисты целую историю из этого раздули – думали, что директор фонда от родителей мальчика откат получил. У нас тогда каких только проверок ни было. Но мы же не могли знать, что это – мошенничество. Ладно, что теперь говорить.