ГЛАВА 11

Тамир Удар! Удар! Ещё удар! Утробно рычу, продолжая лупить по груше. Чувствую, как от напряжения гудят мышцы, а по спине струится пот, но остановиться не могу. В зеркальных панелях на стенах тренировочного зала ловлю отражение моей ярости. Оскал, сведённые брови, потемневший взгляд. Я вкладываю в каждый удар свою ненависть. Удар! Удар! Ещё удар! На месте груши каждую тренировку вижу образ человека, виновного в гибели моего отца. Жаль, что этот образ размыт настолько, что узнать этого шакала невозможно. Но когда-нибудь я узнаю кто он. И отомщу! Удар! Удар! Ещё удар! Лёгкие начинают гореть, дыхания не хватает и, обессилев, я замираю. Накрывает опустошение… Опускаюсь на мат и, потянувшись за бутылкой воды, жадно пью большими глотками, после выливая остатки влаги прямо на голову. Зажмуриваюсь и, сконцентрировавшись, заставляю себя успокоиться. Такие тренировки, как физические, так и моральные, последние несколько лет стали значимой частью моей жизни. Даже сейчас, в свой законный выходной, я продолжаю выкладываться в спортзале. Когда отца не стало, мне ещё и двадцати не было, а младшим сёстрам всего одиннадцать и пять лет. Гордость родителей, долговязый парень, зацикленный на учёбе и успешном будущем. В одночасье став главой семьи, я быстро нарастил броню. Мышечную, в том числе. Учебники сменил на спортзал и, вложив всю злость и неутихающее горе в тренировки, через год превратился в машину. Закалённый и заточенный механизм, направленный лишь на одну цель. Поиск убийцы отца и его уничтожение. То, что смерть отца была неслучайна, выяснилось почти сразу же. После его похорон на нашем пороге появились серьёзные люди с не менее серьёзными претензиями и планами. Бизнес отца мы потеряли, как и часть имущества и почти все деньги, скоплённые им за жизнь. Скоплённые на наше образование, на наше будущее, на безбедную старость. Тогда мне не хватило сил, хватки и возможностей выяснить личность виновника гибели отца и наших потерь. Нужны были связи и деньги. И если со связями мне, вчерашнему пацану было туго, то способ заработать деньги я нашёл быстро. Первые пробные бои прошли легко. Появилась эйфория от ощущения победы и легко доставшихся денег. Немалых денег для нашего небольшого городка в Чеченской республике. Меня сразу же заметили и предложили биться за большие гонорары. Сменился тренер, а ставки значительно выросли. Мама плакала, просила, требовала всё бросить, но на тот момент я мог заботиться о ней и сёстрах только таким способом. Я убеждал её, что всё это временно, обещал остановиться, как только заработаю достаточно денег для открытия своего бизнеса и наращу приличную финансовую подушку безопасности. Так прошло более пяти лет. Травмы были, но без этого никак… Зато появились связи и возможности раскрутить клубок тайн вокруг истории гибели отца. Появились финансы для оплаты обучения сестёр. Пока на пороге не возник ещё один кредитор отца из прошлого. Подтвердив свои претензии документально, он потребовал возврат долга. Но не деньгами, хотя такой суммы на тот момент у меня и не было. Он потребовал отдать ему мою сестру Самиру, которой тогда едва исполнилось семнадцать. Дав нам время на раздумья до её совершеннолетия, мужчина исчез, продолжая напоминать о себе лишь изредка. В качестве неоднозначных намёков Самира получала от него письма и подарки, а потом подолгу ревела в своей комнате, а я закипал от бессилия. До истечения оговорённого срока оставалось всего полгода, когда на меня вышел необычный заказчик. Он не планировал купить мои бойцовские навыки и заслуги, а хотел внедрить меня в семью его врага с целью сбора информации. Я отказался даже не раздумывая, но, когда он озвучил гонорар, половину которого был готов перечислить немедленно, я задумался. Последним доводом дать согласие, стала судьба сестры. Самира замкнулась в себе, похудела, часто плакала, думая, что никто этого не видит. Я сдался… Согласился на постыдную роль, чтобы спасти сестру от ненавистного брака. Убеждал себя, что всё это временно, и что человек, к которому я буду внедрён, является именно таким, как мне его обрисовал заказчик – беспринципный монстр, рушащий судьбы. Иллюзии спасительного самообмана рассыпались быстро… Мой «объект» Алишер оказался очень умным, порядочным и принципиальным человеком. Будучи старше меня всего года на два или три, он управлял огромной корпорацией, доставшейся ему после трагической гибели родителей. Я не планировал прикипать к нему, как к другу, но… Чем больше его узнавал, тем сложнее мне было сливать информацию о его планах и действиях моему заказчику. Выход нашёл тоже быстро. Передаваемые сведения стал искажать, что-то скрывать или трансформировать таким образом, чтобы не навредить Алишеру. Параллельно рыл информацию на самого заказчика Дамира, который по странному стечению обстоятельств оказался дядей «объекта». Помимо гонорара, часть которого уже была на моих счетах, я получал приличную зарплату, которую почти полностью пересылал матери. Она радовалась, но не верила, что я завязал с боями и работаю обычным охранником. То, что по совместительству я ещё и телохранитель благоразумно умолчал. Но она чувствовала. Оглядевшись, потянулся за телефоном и набрал самый важный номер. – Здравствуй, мама. Как ты? Как Самира и Аиша? – Здравствуй, сынок, – проворковала мама и, насторожившись, уточнила: – Почему так тяжело дышишь? Не заболел ли? – На тренировке, – усмехнулся я. – Вот перерыв сделал. – А-а-а, – уже расслабленно выдохнула мама и привычно заворчала: – Опять эти твои тренировки. К бою готовишься? – Ма-а-ам, – протянул нараспев и хохотнув, напомнил: – Просто поддерживаю форму, не переживай. Не болеешь? Как там сестры? – Я в порядке, Аиша тоже, а вот Самира… – Что не так? – выпалил напряжённо. – Отказывается в колледж поступать, – вздохнула мама и, помолчав, добавила: – Смирилась, наверное, что скоро замуж заберут. – Не допущу, – едва сдерживаясь, прорычал я и тут же попросил: – Не настаивай. Пусть год дома побудет. Мне так спокойней. – Переживаю просто, – созналась она и, заговорив тише, поделилась: – Совсем замкнулась, я же вижу. – Потерпи, – повторил терпеливо. – Я вернусь месяца через три, может, четыре. Всё будет иначе, я обещаю. – Скорей бы, – вздохнула мама. – Ты береги себя, сынок. – И ты, – попросил и ласково добавил: – Сестрёнкам привет. Едва отложил телефон, как в зал заглянул Валид. Он работал в другой смене, но в свой перерыв частенько составлял мне компанию в зале. Вернее, просил поднатаскать его в боксе, чему я был только рад. И практика, и более или менее сносный партнёр. Оглядев помещение, Валид нашёл меня взглядом и хмыкнул. – Так и знал, что ты тут. На пробежку пойдёшь? – Да, – кивнул я и, встав, направился к двери. – Идём. С грушей на сегодня достаточно. Выйдя из зала, мы прошли через всю террасу, огибающую виллу с двух сторон. Уже дошли до лестницы, ведущей на пляж, как к главному входу подъехала машина Алишера, а следом ещё две сопровождения. Такой эскорт хозяин использовал крайне редко. Подойдя ближе, мы с Валидом остановились, наблюдая, как помощник Алишера открывает и придерживает для него дверь автомобиля. Обычно он так не делал, но причина стала ясна, когда из салона выбрался Алишер с девушкой на руках. Спящая или без сознания, красивая блондинка не шевелилась. Алишер бережно занёс её в дом, а мы с Валидом переглянулись. – Кто это? – в удивлении вскинув брови, поинтересовался я. – Его одержимость, – усмехнувшись, ответил он и, повернувшись, пошёл к лестнице, поясняя уже на ходу: – Он несколько лет её выслеживал. Заманил, поймал… Теперь не отпустит. Нахмурившись, я зашагал вслед за Валидом, гадая, не ошибся ли я, укрывая информацию об «объекте» от своего заказчика. * * * Историю Алишера и его одержимости вы можете прочитать в романе "Контракт на плен"