ГЛАВА 14

Тамир Мой персональный голубоглазый и белокурый наркотик стал настоящим наваждением. Не помню, что вообще когда-либо так западал и пропадал. А пропал я с первого взгляда и, похоже, безвозвратно. Держаться в стороне оказалось невыносимой и невыполнимой задачей. Прекрасно понимал, что девочке порядком досталось, а тут ещё и я со своими взглядами и улыбками. Смотрела она на меня как ёжик, с недоверием и любопытством одновременно. То есть вроде и интересно, но очень страшно. На мою удачу, необходимость держаться в стороне отпала в тот же день. Алишер нашёл свою драгоценную пропажу и выхаживал её после последствий неудачного побега. Целыми днями пропадал в своей комнате, выходя только по очень важным делам, опять-таки касающимся здоровья его избранной. Амина тоже больше хлопотала около будущей хозяйки, а за безопасность и комфорт спасённых подруг вдруг поручили отвечать мне. Совсем случайно… Я просто помогал Амине относить еду в комнаты девушек, и когда её срочно позвал доктор, осматривающий невесту хозяина, она сама попросила проследить. А я обалдел от счастья. В комнаты к девушкам заходить в одиночку охранникам, конечно же, было запрещено, но зато я постоянно был рядом, перебазировав свой пост в коридор, где располагались комнаты девушек. Дня три видел Тасю только украдкой, но и этому был рад. Не представлял, как в условиях моей работы мог познакомиться с ней поближе и поговорить о личном. И о будущем тоже… Узнай Алишер о моих мыслях и планах, уволил бы, не раздумывая. Или как минимум отослал бы на пост охраны у ворот территории виллы. Так рисковать я не мог, поэтому вёл себя максимально сдержанно и просто ждал удобного случая, чтобы заявить о своих намерениях. В первую очередь необходимо было поговорить с хозяином виллы, а только потом, если он не будет возражать, искать подход к Настене. Из комнат девушкам выходить не запрещали, но они и сами не особо стремились. Каждое утро Тася бежала в комнату к подруге, и весь день они проводили вместе. Второй девушке, похоже, досталось больше, и она до сих пор ни с кем не разговаривала, на вопросы не отвечала, на контакт не шла. Доктор разводил руками, прописывая полный покой, хороший уход и минимум контактов. Страшно даже представить, чему её подвергли торговцы живым товаром. На их допрос меня не допустили, но это даже к лучшему. Вспоминая, как вызволял Тасю из багажника, мечтал порвать голыми руками всех причастных к этому. Причём без суда и следствия… И без допроса, поскольку, оправдания подобным действиям мой разум не находил. Дня через три, когда Юле стало значительно лучше, Алишер сам распорядился привести девушек на террасу. Его, уже теперь жена, как раз отдыхала там в компании Амины, а я, сходив за девушками вместе с одной из служанок, сопроводил их на прогулку, естественно, оставшись рядом. Тася очень обрадовалась прогулке, но выпорхнув на террасу, первым делом тут же сдёрнула с себя платок, который ей настойчиво во всех смыслах навязала служанка. – Ой, как вы это носите? – возмущённо затараторила она и, сморщив курносый носик, выпалила: – В такую жару ещё и кутаться. Кстати, я Тася… – Настя? – переспросила улыбающаяся хозяйка и, похлопав ладонью рядом с собой, позвала: – Иди сюда. Я Юля. – Лучше Тася, – прищурившись попросила моя куколка и, обернувшись в сторону пляжа, жалобно попросила: – А можно, я погуляю? Итак, несколько дней из комнаты не выпускали. – Тамир, проследи, – тихо рассмеявшись, попросила Амина, а я с трудом сдержался, чтобы не расплыться в довольной улыбке. Сдержанно кивнул, давая понять, что задание принято и устремился за упорхнувшим ангелом. Настя, сбежав по ступенькам лестницы, ведущей с террасы на пляж, помчалась в сторону воды, размахивая над головой сдёрнутым платком. Пока, не торопясь, шёл за ней, невольно любовался. Светлые кудри, развивающиеся на ветру и переливающиеся золотом на солнце. Мелькающие из-под платья розовые пятки, так как лёгкие сандалии она скинула ещё у лестницы. А ещё… Несмотря на просторное длинное платье, ветер колыхал лёгкую ткань, заставляя обнимать Настино тело, обрисовывая узкую талию и округлые бёдра. Сам не заметил, как, лаская эти изгибы взглядом, задышал чаще. Мой ангелок вместо того, чтобы спокойно прогуляться по кромке воды в сторону живописной скалистой гряды, почему-то рванула в сторону узкой полоски пляжа, упирающейся в высокий сплошной забор. И хоть до границы территории было почти два километра, я насторожился. Прибавив шаг, поспешил за ней и, обогнав, встал на пути, покачав головой. – Что? – насупилась она и, оглянувшись на виллу и более просторную часть пляжа, пожаловалась: – И тут запреты? Там я уже всё видела. Отстань, дай погулять. Снова покачал головой и кивнул в сторону, откуда мы только что пришли. Тася фыркнула и, гордо задрав подбородок, нахмурилась. Поняв, что я не шучу, отмахнулась и, повернувшись, побрела назад, постепенно подходя к линии прибоя. – Вот ведь навязался на мою голову, – пиная песок и мелкие камушки, ворчала малышка и, кинув пару тоскливых взглядов на ворота, добавила: – Как теперь разведку устраивать? Хорошо, что ты по-русски не говоришь, а как тебя обмануть я придумаю. С трудом сдержал смех, внезапно осознав, что при ней я ни разу не говорил на русском или арабском языках. С Аминой общался на чеченском, а чтобы дать понять Настене, что знаю язык, повода просто не было. Приняв максимально серьёзный вид, шёл вслед за ней, размышляя, как могу использовать своё случайное преимущество. Но Тася подсказала сама… – Мне всего лишь надо понять, как отсюда выезжают машины, – бубня под нос, рассуждала она и, зайдя по щиколотку в воду, оглянулась на ворота, продолжая размышлять: – Сколько там охранников… Досматривают ли машины. Прислушиваясь к её ворчанию, понял, что Настена замышляет побег, но виду не показал. Зашёл в воду и, встав рядом с ней, показал рукой вдаль, где на волнах качалась красивая белоснежная яхта. – Ну кораблик, и что? – фыркнуло моё чудо и, подобрав начинающий намокать подол платья, проворчала: – Такой вариант мы даже не рассматриваем. Мало ли кто там плавает. Очередные богачи, наподобие тех, что нас с Дарей заказали. Вскинул брови, пытаясь изобразить полное непонимание смысла выдаваемой ею информации, а она, приняв мои эмоции, как надо, протяжно вздохнула. – Игрушку им подавай, – начала жаловаться в пустоту, не воспринимая меня как объект, способный поддержать диалог. Закусила губу и, судорожно вздохнув, скривилась: – Как вещь бездушную купили. Ещё и девственниц им подавай. Представь? А я и не целовалась толком. Посмотрел на неё с улыбкой, пытаясь хоть немного скрыть свои эмоции. По груди разлилось приятное тепло, а в горле защипало. Маленькая девочка, светлый невинный ангел, стоящий передо мной, – она не понимала, насколько приятно мне было слышать такие подробности. Предполагал, что позже мне влетит от неё за невольное посвящение в эти девчачьи секреты, но разоблачаться не стал. – А там что? – вытянув шею, нахмурилась Тася и, ловко обогнув меня, пошла глубже. Остановить не успел. Задрав подол платья ещё выше, она прошла несколько шагов и, хихикнув, взобралась на скрытый под водой валун. Закатив глаза, поцокал языком и, покачав головой, направился к ней. Протянул руки, но она лишь попятилась, упрямо насупившись. – И сюда нельзя? – для пущей важности топнула ножкой и сбивчиво затараторила: – Я не ребёнок. Может, я купаться хочу, и ты мне не запретишь и вообще… Договорить она не успела, а я не успел среагировать. Возможно, она поскользнулась или просто не устояла под напором накатившей волны, уже не важно… В следующую секунду, неловко взмахнув руками, Тася начала падать спиной в воду. Взвизгнув, скрылась с головой под водой, а я, борясь с очередной волной, нырнул вслед за ней.