Глава 15

— Проходи. Что скажешь? Недавно ремонт сделал.

— Это твоя квартира?

— Да. А что тебя так удивляет? Купил в прошлом году. Здесь раньше жила прекрасная пожилая пара. У них куча правнуков. И даже один праправнук есть.

— А где они сами? — удивилась я.

— Так они вторую сотню недавно разменяли. Купили дом за городом, кур завели. Спасибо им за всё. У них был прекрасный ремонт. Пока расплачивался по кредиту за квартиру — неплохо себя чувствовал в семейном интерьере. До сих пор с их правнуками тесно общаюсь. Они рады, что квартиру купил хороший человек.

Макар хитро улыбнулся, а я пошатнулась. Температура набирала обороты, а мои нервы «играли» от тембра его голоса.

— Значит, хороший?

— Ну конечно. А то ты меня уже записала в отпетые мошенники и хулиганы. Так что скажешь? Как ремонт? Я много чего сам придумал. Вот подсветку своими руками сделал.

Я снова… не узнавала его. Как и в машине, когда он в дороге бросал на меня заботливые и ласковые взгляды. Варшавского будто подменили.

— Круто! А я вот совсем не разбираюсь в электрике.

— Я тебя научу. Это просто на самом деле.

— Спасибо. Ну что я могу сказать: нейтральным этот интерьер точно не назовёшь. Чёрные стены… Я бы не решилась. Никогда бы не подумала, что это будет так стильно смотреться. Мне нравится и это сочетание: дерево и отражающие поверхности.

Брутальная квартира-студия, несмотря на тёмные стены, получилось яркой. Кожаная мягкая мебель в тёплых бежевых тонах и разные функциональные детали интерьера — вроде красной подставки для зонтика — вводили в заблуждение. Эта квартира отражала противоречивость мажора. Выходит, хулиган любит домашний уют. И вместе с тем голая кирпичная кладка подчёркивает его серьёзность и ответственность.

— Смотри, у меня есть мини-спортзал.

— Интересно.

Макар несмело дотронулся до меня. В его глазах промелькнуло волнение.

— Тебе нужен врач.

— Я справлюсь. Ноябрь, вирусы атакуют. Тебе не стоило меня приглашать к себе. Можешь тоже заразиться.

— Вот ещё скажешь… — проворчал он и крепко прижал к себе. — Это не обсуждается.

Любимая фраза Варшавского. Он всё и всегда решает только сам.

— Уххх… Ты вся горишь. Давай-ка, малыш, в постельку.

Он переместил шторку по потолочному карнизу, и моему взгляду открылись гардеробная и… вместительная кровать. Достаточно вместительная, чтобы переночевать, при необходимости, даже втроём.

— Запрыгивай, Настенька.

Он мягко подтолкнул меня, а я не стала сопротивляться. Сняла только толстовку. Джинсы не решилась, залезла на кровать прямо в них.

С удовольствием устроилась на его многочисленных подушках — кто бы мог подумать, какая неженка этот Варшавский! — и натянула до подбородка одеяло. Хотелось согреться, мои руки и ноги стали совсем ледяными.

Когда мы встретились взглядами, я заметила, как он с трудом сглотнул. В этом резком движении кадыка было столько интимности, что я невольно зажмурилась. Макар сейчас подумает, что я дура малолетняя. Никогда парня так близко не видела.

— Я сейчас сделаю чай! Отдыхай, — его тихий голос мягко зашуршал, но глаза открыть я не решилась.

Когда услышала, что шаги Макара отдаляются, полностью вытянула ноги и расслабилась. И не заметила, как провалилась в тревожный сон.

Проснулась от того, что кто-то тряс меня за плечо. Долго не могла понять, где я нахожусь. Но спустя несколько секунд я сфокусировала взгляд и увидела перед собой тревожное лицо Жени:

— Давай, давай, просыпайся. Как дела, Настя?

К моему спутанному сознанию добавилась сильная боль в горле, так что я с трудом смогла проговорить:

— Не самый лучший день, наверное.

— Ясно. У тебя ангина. Открой рот, я посмотрю.

Только сейчас я заметила, что Макар стоит рядом… с ложкой и странным выражением лица, значение которого я пока для себя не определила.

— Прости, я испугался за тебя.

Я выполнила всё, что просил меня делать Женя, лишь бы поскорее от меня отстали. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Как жучок под микроскопом. Две пары внимательных глаз буквально впивались в меня, высасывая последнюю, так нужную мне энергию.

Потом Женя захотел послушать меня стетоскопом, даже потянул за майку, но я не разрешила этого сделать. Вот ещё. Сейчас один будет слушать, а второй ревновать. Или пялиться на мою грудь.

Я даже мысленно рассмеялась: лежу в его постели, а думаю о том, что он заметит что-то лишнее. Но всё равно. Не дам. Ибо нефиг!

Они наблюдали за мной, а я за ними. Что-то совсем они на друзей не похожи. Женя хмурится, а Макар стоит весь какой-то взъерошенный. Как выпавший птенец из гнезда. Так и сцепятся друг с другом от одного моего неправильного движения.

— Так. Ангины нет. И это уже хорошо. Но у тебя так и не спала температура. Надо выпить лекарство.

— Давай. Выпью, — я приподнялась на локтях.

— Макар, принеси воды.

Варшавский не сразу оставил нас. Сначала прошёлся по нам своим сканером, тёмными сердитыми глазами, потом громко вздохнул и исчез за перегородкой в зоне кухни.

— Ты зачем с ним поехала? — одними губами спросил Женя.

— Пфф… Я не должна перед тобой отчитываться.

— Тоже голову потеряла? И что вы все в нём находите?

— Что за лекарство? — перебила я его.

Не хватало ещё одной драки. Женя, видимо, забыл, где находится и кто его сюда позвал.

Когда Макар вернулся, я попыталась по его взгляду понять, что он слышал. Но он молча протянул мне стакан с водой и даже улыбнулся уголками губ. Плохой знак, он злится.

— Спасибо, Жень! Я благодарен тебе за помощь. Уже поздно, тебе пора.

Действительно, за окном стало темно. Надо же, это сколько времени я проспала?

Хотела уточнить, но удержалась. Сейчас же просто заискрит между ними. Шёл бы уже этот Женя, если честно…

— Если что, звоните мне в любое время, — обратился он к нам, а я облегчённо выдохнула.

— Спасибо, — сухо ответил Макар. — Я тебя провожу.

Я не стала дожидаться, пока Варшавский закроет входную дверь. Юркнула в ванную. Умылась и привела себя в порядок. Да, видок у меня ещё тот. Одни глаза остались.

Вышла, а Варшавский уже поджидал меня:

— Ужинать будешь?

— Не хочется.

— Ладно, — с трудом согласился он, очевидно, что ответ ему совсем не понравился. — А что будешь?

— Спать.

Я не врала. Сейчас это было моим единственным желанием.

— Отлично.

Он стянул с себя футболку и следом снял штаны. Кажется, моя температура скакнула ещё на пару делений. Варшавский и бордовые боксёры. То ещё зрелище.

Макар с невозмутимым видом запрыгнул на кровать, откинул одеяло и похлопал ладонью рядом с собой.