Глава 13. Тая

— Даже не рыпайся, куколка.

Берг реагирует мгновенно, стоит лишь пошевелиться.

Мне снилось, что я несусь по лесу и никак не могу найти, что искала. Проснулась резко, когда во сне свалилась в овраг. На улице ещё ночь, а в комнате светло из-за тусклой лампы. Достаточно, чтобы не мешало спать, недостаточно, чтобы вернулись кошмары.

Святая Геката, могла ведь вообще проспать всё. Настолько горячо в объятиях Берга. Особенно после того, как он пробрался под одеяло и нагло уложил ладонь на мой живот, вжимая в себя.

— Не убежишь, — Берг словно читает мои мысли и планы. Я же не настолько предсказуема? — Поэтому спи, куколка.

— Не пыталась я сбежать. Просто хотела перевернуться.

— Ну переворачивайся.

От насмешливых интонаций хочется рычать. Берг приподнимает руку, позволяя развернуться на другой бок. И сразу понимаю, какую ошибку совершила. Теперь оказалась лицом к лицу с этим нахалом, ещё и утыкаюсь в его шею.

Будь я оборотнем, смогла бы вцепиться в выступающую венку и закончить свои страдания. Но у ведьм магия, а не клыки. Может, в следующий раз стоит прихватить с собой ножик в кровать, тогда будет шанс.

— Тая, спи. Хватит вертеться.

— Мне неудобно. Давай я сниму отдельный номер? Честное пионерское, никуда не сбегу.

— И клятву дашь?

Обрываюсь, потому что клятвы — это серьезно. А ещё приправленные магией — нерушимые. Либо выполнишь обещание, либо будешь медленно умирать.

А такую власть над собой я никому не собираюсь давать. У Берга и так силы хватает, а с моей клятвой — добро пожаловать в окончательный плен.

— Магией нельзя разбрасываться.

— Истинными тоже. Поэтому я не буду тебе снимать другой номер, ясно?

— Я могу сама снять. У меня…

Обрываюсь, потому что денег у меня с собой нет. Даже вещей не осталось. Всё, что на мне — принадлежит мужчине. Чувствую себя нищенкой, хоя во всём виноват исключительно Берг.

— Нет денег, нет разговора.

— Дай телефон. Через пять минут у меня будут деньги. Сниму номер, куплю одежду и всё остальное.

— Дану своему позвонишь?

Бергу даже напрягаться не нужно, чтобы опрокинуть меня на спину и нависнуть сверху. С горящими глазами и недовольно поджатыми губами. Упирается коленом между моих ног. Ещё немного выше и упрётся прямо в…

— Что ты творишь, Берг?! Ты хотел спать, вот и спи. Не смей меня трогать. Или ты решил, что я должна покоряться каждому твоему слову? Обойдёшься.

Какая же я молодец. Думала, как бы убедить мужчину в своей покорности. Отлично получается, так, что Берг скалится и наклоняется ко мне.

— Бесишь, куколка. Начнешь когда-то думать?

— А ты начнешь когда-то мои желания учитывать? Или только ты один значения имеешь?

Берг рычит, но отпускает меня. Падает рядом, так, что несчастная кровать тихо скрипит. Смотрит в потолок, ворча. Ну, мне кажется, что это ворчание, я пока не научилась понимать звериное рычание. И не собираюсь.

Но лежу, замерев. Лучше сбежать подальше, а после продолжать злить мужчину. Сейчас я в слишком уязвимом положении. Не особо причина для смирения, но я, почему-то, себя одёргиваю.

— Ты не пойдешь в отдельный номер, — продолжает гнуть свою линию. — Особенно за деньги Дана.

— Да при чем он тут вообще? Я даже не заикалась о Дане. Или ты считаешь, что я сама заработать не в состоянии?

— И как же ты зарабатывала, если всё время в клане была? О, или в ту ночь в баре как раз работу искала?

— Ну ты и мудак!

Подрываюсь, но тут же оказываюсь прижатой к кровати мужской рукой. Берг не двигается, просто давит, укладывая обратно. И даже головы ко мне не разворачивает.

— Не рыпайся, куколка. Ничего такого я не сказал. Просто интересно, как ведьма может в обход клана зарабатывать.

— Так важно? Я… Дай слово Альфы, что никогда об этом не расскажешь!

Верховная говорила, что Дан обещал ей защиту для меня. И слово Альфы считается нерушимым. Почти как магическая клятва.

— Как минимум, ни мой клан, ни Дан и его стая. Я… Это не самый лучший способ, и мне влетит от Верховной, если она узнает. И не только мне.

— Ша.

Берг переворачивается, накрывая ладонью моё лицо. Мешает дальше тараторить и запутывать словами. Непонятно с чего вообще перед ним отчитываюсь. Мужчина убирает руку, напоследок проводя большим пальцем по контуру губ. И оставляет ладонь на щеке, заставляя смотреть на него.

— Во-первых, куколка, четче и по делу. Не знай, что ты девственница, решил бы, что телом зарабатываешь. Я не сказал, что ты такая! — рычаньем прерывает мои возмущения. — Во-вторых, ты теперь часть моей семьи и не под руководством Верховной. В-третьих…

— И много ещё доводов?

— Это последний. В-третьих, я не собираюсь ничего рассказывать, что тебе навредит. Достаточно ясно?

— Я продавала разные обереги.

— Вроде того, что был на тебе, чтобы отбить запахи?

— Ага.

— И что в этом криминального?

— Конечно, тебе не понять. Я продавала магию, это неправильно.

Геката, конечно, не наказывала меня за такое. Вряд ли её вообще волновали подобные мелочи. И Верховная сама ворчала, что многие ведьмы поступали подобным способом. Низко и неправильно.

Но Соня удивительно хорошо заговаривала браслеты. Я таскала к ней травы, в обход Верховной, что тоже можно было считать предательством. Но ведь Соня была грустной и потерянной, а это поднимало ей настроение.

— И это вся тайна? Что ты приторговывала браслетами? И много хоть заработала, чтобы так переживать?

— На номер хватит.

— Все номера забронированы, свободных нет.

— Ты ведь лжешь.

— Лгу. Но ты от меня никуда не денешься, куколка.

И что-то мне подсказывает, разум, наверное, что Берг говорит не только о сегодняшней ночи и ближайшем времени.

— Если не хочешь спать, значит, собирайся.

— Куда?!

— Домой.

— Мой дом на территории клана. Решил вернуть? Ещё успеваешь, четырнадцать дней не прошло.

— Твой дом, куколка, теперь там, где я.

— В окружении других таких же оборотней?

— Нет.

Берг встает с кровати и улыбается широко. Только в этой улыбке ни капли теплоты или нежности. Словно насмешка и обещание, что ответ мне не понравится.

— Мы будем только вдвоем, куколка.