Глава 6. Тая

Губы жжёт после поцелуев этого монстра. Магия бурлит, закипает внутри, разливаясь по венам. Рвётся навстречу Бергу, толкая меня в его объятия. Спина царапается о кору дерева, а мужские пальцы до боли сжимаю ягодицы.

Кажется, что тело в сплошной синяк завтра превратится. Если дожить смогу. Но такие же отметины на оборотне оставляю. Кусаю, царапаюсь, стараюсь его оттолкнуть от себя. А впечатление такое, что мое поведение его сильнее заводит.

Целует, рычит, алой радужкой сверкает.

В переулке он совсем другим был. Так же властно целовал, шансов отказать не давая. Но тягуче, медленно, кислород из лёгких выдавливая. Сейчас это похоже на борьбу. Короткие укусы, руки шарящие по телу.

— Ты не можешь! Не можешь…

Я его возбуждение чувствую, желание. Толкается в меня, всё ещё в одежде, но меня простреливает. Остро, чувственно. Замираю в страхе, что сейчас действительно возьмёт.

Вот так — среди леса, когда за незримой границей моя семья осталась.

В плечи широкие упираюсь, стараюсь мужчину утихомирить. План выстроить, как подальше от него оказаться. А после кровь вижу. Берга.

Взгляд затуманенный переводит с меня на ладонь, укрытую алым. Чужой кровью, которая непонятно откуда взялась.

Берг меня на ноги опускает, но руку на шее оставляет. Удерживает, не давая шага ступить. Дышит рвано, в тишину леса вслушивается.

— Откуда у тебя кровь?

— Твои ведьмы постарались. Ранили они, а отвечать будешь ты, поняла?

— Ничего я не буду! Ты сам себе что-то решил! Я с тобой не буду, и твоей не буду. Я тебя не приму, понял?

— Понял!

Рычит, в лицо мне слово выплевывая. Едва клыками не щелкает. А затем мир мой переворачивает. Точнее меня, на плечо закидывая. Как тушку какую-то, вниз головой свесив.

— Поставь меня! Дикарь, чудовище!

— Продолжай, куколка. Тренируй легкие перед ночью. Но учти, что за каждое оскорбление наказание получишь.

— А ты только силой решаешь? Болью?

— Если ты по-другому не понимаешь, то я доходчиво объясню.

Конечно, чего ещё ожидать от чудовища? Понимания, разговоров? Да легче с бревном договориться, чем с этим Бергом. Тащит меня на плече, не обращая внимания на порез. Шагает бодро, остальных догоняет.

— Нет, стой! Там мой кулон остался! Мне он нужен!

Истерикой затапливает, когда Берг отдаляется от места, где подарок матери остаётся. Кажется, даже блеск замечаю. Не могу его потерять, последнее, что от семьи осталось. Напоминание, что у меня не только клан был, родные где-то.

— Вела бы себя хорошо, получила бы побрякушку.

— Это не побрякушка. Это кулон ма… Он мне нужен.

Верховная повторяла, что я не самая умная среди ведьм. Потому что единственное, на что меня хватает, край куртки мужской дернуть. И в бок, который цел, зубами вцепиться.

— Блять, ты дурная или да?

— Или.

Визжу неприлично, когда мужчина меня подбрасывает. Встряхнул, свою силу доказывая. И ладонь сильнее на заднице сжал, ногтями короткими впиваясь. Сукин сын!

Геката, дай мне капельку сил и я прокляну этого мудака.

Но моя Богиня не слышит, приходится самой справляться. Колотить по спине, царапаться и матом покрывать. Неприлично, но из свидетелей только двое мужчин, с Бергом на мою свадьбу заявившиеся. Если они приличий не соблюдают, то я тоже не собираюсь.

Вдруг Берг решит, что ему такая невоспитанная девушка не нужна?

— Сука, где ж я в прошлой жизни так нагрешил, что мне ты досталась?

— А я не просилась. Поставь меня и разойдёмся. Дальше будешь грешить, как хочешь.

— Ещё вяк, куколка, и я реально воспитывать посреди улицы начну. Поверь, тебе не понравится.

Замолкаю, потому что лестницу к дому вижу. Теплу и цивилизации. Отогреться можно будет, дух перевести. А затем подальше бежать. Мы не долго шли, минут десять от силы. Мне бы столько форы получить и нестись на скорости обратно.

Я не представляю, что мне теперь делать. Верховная плана не предлагала на такой случай. Мне всегда казалось, что предназначенный мне монстр никогда не доберётся. Где-то далеко, за горами, в другой жизни. Мы не пересечемся, у меня своя жизнь будет.

А теперь этот монстр посреди комнаты опускает. Сжимает плечи, нависает, пока я обстановку рассматриваю. Голого парня замечаю, который травы смешивает.

Я в логове оборотней. Под их контролем, наблюдением.

— Влад, тебя тоже задело? — Берг обращается к одному из мужчин, у которого кофта вся в крови. — Сильно?

— Терпимо. Тебя?

— Пустяк. Не заметил бы, если бы куколка не нащупала.

— А вы уже щупали друг друга?

Ржут без стеснения, меня рассматривая. Дикари! Мне хочется чем-то запустить в них. Потоком магии, вещами ближайшими. Чтобы хоть на минуту замолкли, перестали куклой считать.

Возможно, во мне магии сейчас нет. И не особо будет даже несколько дней спустя. Слабая магия, иногда бывает. Только этим «иногда» припечатало именно меня. Но даже без магии и клана я могу за себя постоять. Не позволю кому-то меня таскать и под себя прогибать.

И этот Берг, который решил, что имеет право меня воспитывать и удерживать, ещё пожалеет.

Кухня на улей похожа. Меня к углу оттесняют, под надзором охотника. Крэг курит в окно, участия не принимая. Может, когда он отвернётся, в окно смогу выпрыгнуть? Хотя бы к людям добраться, не станут же представление устраивать. Такси поймать, в город сбежать.

Вариантов много, надо лишь один в жизнь воплотить.

Оборотень, которого Владом называли, рычит и вскидывается. Его настоем поят, волчьими ягодами рану поливают. Не представляю, насколько это больно.

Волчья ягода была и лекарством, и ядом одновременно. Проклятье, которым мой клан шибанул, этой ягодой снималось. Только боль адская, на себе проверяла.

Случайно когда-то под поток попала, два дня не могла дышать. Выворачивало от ягод и трав, пока Верховная магию крови не применила. Элементарный способ, который действенным оказался. Проклятье легче всего снять с помощью того, кто и наложил.

Не могу на чьи-то мучения смотреть, даже если это монстра касается. Нож на столе нахожу, недальновидно без присмотра оставленный. Будто Берг действительно убедился, что себя убить не смогу. В прошлый раз рука дрогнула, но время меняет людей.

— Что ты делаешь? — Влад следит, как в его раствор несколько капель крови добавляю. Отвар темнеет, искрами отдает, потоки магии поднимает.

— То, о чём пожалею. Магия ведьмы наложила проклятье, она и снимет. Рана не затянется, но дальше не пойдёт.

Передо мной монстр, но война у нас с Бергом. Никто другой не должен страдать из-за этого. И я тоже не должна, жизнь чертовски несправедлива!

— А меня не залатаешь, Тая? — мой Истинный усмехается недобро.

— Могу добить.

Берг кидается ко мне, сокращая расстояние.