= 17 =

Ярослава не ожидала такого внезапного нападения. Но мужской поцелуй отрезвил. Василий не вёл себя, как Игнат. Целовал напористо, умело сминая губы девушки, жадно исследуя её рот языком. Рука твёрдо и со знанием дела зафиксировала затылок девушки, чтобы ему было удобно её целовать. Вторая рука медленно провела по талии, сжала, а после поднялась вверх.

Ярослава дёрнулась, понимая, что мужчина лёгкими опытными движениями ощупывает её. Мужские прикосновения, в которых чувствовалось явное плотское желание, смущало Ярославу. Но думать в такой ситуации было очень сложно, когда настойчивые мужские губы с таким упоением терзали, почти атаковали её рот.

Ярослава никогда бы не подумала, что Василий решится на такую дерзость. Ведь прежде он всегда вёл себя с ней очень сдержанно. Прямо такой себе настоящий джентльмен.

Кажется, отпускать он её не планировал. Лишь сильнее прижимал к себе и проталкивал язык в её рот. Словно нарочно пресекал всякий протест со стороны девушки.

Она упёрлась руками в напряжённые мужские плечи, чувствуя, как перекатываются под пальчиками тугие мускулы. Даже страшно находиться наедине с таким мужчиной: зрелым, сильным, мощным, ещё и настолько бесцеремонно наглым.

Ярослава и сама не поняла в какой именно момент ей самой уже не захотелось прерывать поцелуй. Она сделала для себя открытие: сложно выстоять перед бешеным сексуальным напором такого мужчины. Василий целовал с жаром, жадно, словно пытался сожрать девушку. Не оставил ей ни единой возможности для отступления. Но при этом она его не боялась.

Близость Василия вынуждала Ярославу испытывать странные ощущения. Кромвель не вёл себя, как Игнат. В Игнате всё же были замашки мальчишки. Василий же буквально задавливал своей бешеной энергией: зрелой, взрослой.

Стон протеста, вырвавшийся из горла Яры в мужской рот, отрезвил. Василий нехотя оторвался от девушки, прерывая поцелуй.

Какая же она… даже лучше, чем он себе представлял.

Приготовился выслушать претензии, упрёки или даже по физиономии получить. Но Ярослава молчала, едва дышала. Замерла в его руках и не шевелилась. Смотрела на мужчину.

Василий посмотрел в её сверкающие глаза, после на раскрасневшиеся щёки и припухшие губки, не сдержался, давая волю рукам.

Рука Василия отпустила затылок девушки и сместилась на её шейку, нежно поглаживая. Большой палец как бы случайно задел подпухшую нижнюю губу Ярославы и лёг на покрасневшую щёку.

Девушка ощутила лёгкий рой мурашек вдоль позвоночника от интимности данного момента.

Василий смотрел прямо ей в лицо. Чаще задышал, а она не выдержала такого напористого мужского взгляда. Опустила вниз голову, остановила взгляд на сильной мужской руке с синими тяжами вен. Подмечая, что пальцы у него сильные и цепкие. Да и весь мужчина мощный, жилистый. Хотя прежде Василий всегда казался Ярославе худощавым. Но сейчас её пальчики сумели оценить крепость мускулов, скрытых под одеждой мужчины.

Ярослава знала: не должна позволять Кромвелю распускать руки, тем более губы, но ловила себя на мысли, что ей понравились его прикосновения и поцелуй. Сначала Василий набросился на неё, беря полностью инициативу на себя, но после отстранился.

Теперь вот лишь слегка прикасается к её шее и лицу самыми кончиками пальцев. И девушка точно видела по его взгляду, что он её больше не тронет. Словно чувствует ту черту, которую переходить нельзя.

С Игнатом Ярослава не могла чувствовать себя так спокойно. Если Игнат начинал её целовать, то обязательно вскоре норовил переместиться в сторону кровати, не зная тормозов. Если бы Ярослава сама не останавливала парня, уже давно стала бы одной из многих его девок, которых он имел удовольствие пропустить через себя.

Игнат как бушующий вулкан, который необходимо всё время контролировать и ни на секунду не позволять себе расслабиться рядом с ним.

С Василием же было такое чувство, что в его объятиях можно уснуть и отключиться, ни о чём не думать и быть уверенной: он не тронет.

Василий обхватил ладонями лицо девушки. Посмотрел прямо в глаза, пытаясь понять о чём он думает. Мужчине было важно понять, что Яра не боится его. Пусть будет естественной, говорит то, что думает. Неприятна была даже сама мысль, что девушка не решается высказать ему, какой он засранец, потому что полагает, что в таком случае он откажется организовать ей свидание с отцом.

Василий медленно склонил голову, едва прикоснулся к её губам снова.

- Вась, отпусти меня, - тихо произнесла, опаляя жаром дыхания мужские губы.

Кромвель не спешил исполнять её просьбу, но и не целовал. Лишь едва заметно прикасался к её губам своими.

- Почему? Тебе понравился поцелуй? Я ведь знаю, что понравился.

Ярослава не знала куда себя деть. Мужчина её смущал. Держал её голову фиксируя, не позволяя отодвинуться. Она вцепилась ручками в его руки, чтобы хоть так ощутить твёрдую опору.

- Вась, не будь таким настырным.

- Ответь на вопрос?

- Неплохо.

- Неплохо? Это как? Мне кажется, что ты не определилась. Я помогу тебе точно понять, - ответил наглец, снова накрывая её губы своими. На этот раз целовал более сдержанно, нежно, полностью контролируя ситуацию и настроение девушки. Почувствовав, как её пальчики с силой сжали его руку, Василий отпустил девушку, полностью убирая от неё свои руки.

- Лучше бы я тебя не целовал. Только всё усложнил! – внезапно произнёс, - я же теперь не смогу без этих поцелуев жить, Ярослава. Они необходимы мне, как новая доза. Ты поможешь мне с этой проблемой?

- Ого, лейтенант! А не слишком ли быстро у тебя развилось привыкание?

Василий усмехнулся, мотнув головой. Знала бы она, как быстро…, ведь более полутора лет уже прошло. Поцелуй лишь подогрел и распалил из искры настоящее пламя.

- А разве ты себя настолько недооцениваешь? Привыкание к такой женщине, как ты развивается очень быстро, Ярослава, уж поверь.

Яре резануло по ушам, когда он назвал её женщиной. Себя она чувствовала почти девчонкой. И уж точно полагала, что до женщины ей ещё расти и расти. Лейтенант Кромвель, кажется, её мнения в этом совершенно не разделял.

- Вась, я опоздаю на пары.

- Ты мне так и не ответила.

- Василий, а тебе не говорили, что ты слишком бесцеремонный.

- А ещё беспардонный, наглый и… да много ещё самого разного слышал о себе. Такой уж я есть. Но всё эти эпитеты, милая Ярослава, не мешают мне тебя любить.

- Любить?

- Я люблю тебя, Ярослава. Или ты думаешь, что я просто от делать нечего предлагал тебе быть моей женщиной? Для того, чтобы просто провести приятно время можно ведь и любую девушку найти. А мне нужна именно ты.

- А я ответила тебе, что мы будем общаться, как друзья, - неловко напомнила.

- Ну, я как-то верил, что ты пересмотрела варианты ответа на этот вопрос.

- Вась, ты сильно напираешь.

- Разве? С Игнатом ты встречалась меньше трёх месяцев и дело дошло до свадьбы. Скорости развития таких отношения можно лишь позавидовать.

Василий отвёл в сторону взгляд и прикусил себе язык. Хорошо так прикусил. Прямо до боли.

Ведь едва сдержался, чтобы не спросить у девушки, чем Славский заслужил такое стремительное развитие их отношений?

Интересно, на какой день их свиданий она позволила ему её поцеловать?

На какой день легла под Игната?

И сам не заметил, как от гнева глаза засверкали. Ревность то ещё мерзкое чувство. Василий винил себя. Не уехал бы, девочку бы не проворонил. Но больше он не допустит появления в жизни Ярославы ни одного другого мужчины.

Она думает, что он слишком наглый и беспардонный… Пусть попытается закрутить роман с другим и тогда Василий покажет ей истинную наглость и беспардонность.

- Вась, что с тобой? – она положила руку ему на плечо, - извини, я не хотела тебя расстраивать. Ты мне нравишься. Правда. Ты очень хороший. Давай попробуем встречаться. Только если у нас ничего не выйдет, мы не расстанемся врагами, хорошо?

- Хорошо, - произнёс, поднимая на неё взгляд, - но я уверяю тебя, по собственной воле ты ни за что не пожелаешь со мной расстаться.