Эпилог

Спустя несколько лет, накануне Нового года

Оля

– Мамочка, а можно я? Я, я хочу Красную Шапочку на веточку посадить! Можно?

– Можно, Ладушка, конечно, можно, – я, рассмеялась, целуя нежную мягкую щёчку.

Дочка пахла ванилью и молоком, и мне всегда хотелось зацеловать свою малышку от макушки до нежных розовых пяточек.

– Лада, давай я тебе помогу! Ты вот на лавку залазь, я тебя буду держать, а ты вон туда, повыше, её зацепи! – а наш старшенький, Ярден, такой деловой не по годам, и всегда готов прийти сестрёнке на помощь.

Весь в отца. Смотрю иной раз, ну просто уменьшенная копия Аррдена – такой же светлый, глазки, как два голубых топаза, а серьёзный, ну, просто жуть!

Хотя… кто-то же в доме должен быть серьёзным и сдерживать младшеньких, у которых одно мягкое место вечно ищет приключений.

Ведь кроме Лады, моей сладкой принцессы, которая, кстати, легко превращается в настоящую разбойницу, у нас тут ещё имеется взрывоопасный комплект из двух мелких, шустрых, рыжих и совершенно неуправляемых близнецов.

Нет, вообще-то Агрид и Дан не всегда похожи на лесной пожар. В присутствии Ильда они вовсе шёлковые – отец для них самый авторитетный авторитет.

И, кстати, если мальчиков занять чем-то полезным, то они тоже ведут себя вполне сносно. Однако чаще кипучая энергия рыжиков не даёт им усидеть на месте и выплёскивается так хаотично, что непременно страдает княжеское имущество.

Мы с Аррденом, разумеется, великодушно прощаем эти шалости. Дети – это же дети. Не стоит гасить в них искру жизни.

Сейчас мы как раз все были заняты очень важным и увлекательным делом – наряжали ёлку.

Вообще-то до моего появления здесь, подобных традиций в Зимени не было.

Но я подумала, а почему бы… да!

В конце концов, если бы не Новый год – у меня бы не было вот этого всего – Аррдена, моей второй половинки, моего Предначертанного, моих сладких деток – Ярдена и Лады, моих верных друзей Ильда и Малы, с которыми мы уже давно были как одна большая семья.

Вот я и решила, что будет у нас тут на Зимнее Солнцестояние отныне праздник с ёлкой, игрушками и новогодним столом с обязательными пельмешками.

Игрушки мне подарил Аррден, и это было настоящее произведение искусства. Наслушавшись от меня, как у нас украшают ёлку, он заказал у одного ремесленника коллекцию фигурок из стекла и дерева, изукрашенные серебром, золотом и полудрагоценными камнями. Теперь я хранила эти сокровища в настоящем сундуке, и лишь раз в год открывала тяжёлую крышку и выпускала на волю подлинное волшебство.

При этом каждый раз я вспоминала бабушку и её коробку с игрушками, и радовалась тому, что у нас теперь есть такая чудесная традиция. Может, однажды и мои внуки будут вспоминать эту шкатулку, ёлку и новогодние праздники у бабушки Хельги.

Ёлку Ард на пару с Ильдом притащил из леса. Вернее, это была не ёлка, а пихта с мягкими, пахучими иголками, дабы мы свои нежные пальчики не кололи.

Деревце посадили в большую кадку, и теперь оно поселилось в нашем замке и украшало круглый год трапезный зал. А в праздник уже мы с детками украшали эту самую пихту, создавая заветное новогоднее настроение.

Пельмешки к празднику лепили все вместе, тоже особенные – делали с разной начинкой и загадывали, что значит мясо, что капуста, что репа, что ягоды. А потом устраивали шуточные гадания на тему «Что ждёт меня в новом году».

Наш семейный праздник потихоньку обрастал всё новыми и новыми традициями, но главным и неизменным оставалось то, что в этот день мы непременно собирались все вместе за уютным домашним столом, дарили друг другу маленькие свитки с пожеланиями – этакий аналог открыток, наслаждались вкусняшками и душевными разговорами.

И чувствовали, что мы – семья, мы есть друг у друга, и это всегда будет так.

– Ой, а мы вот что нашли! Снежинки, снежинки! – близнецы подскочили ко мне сразу с двух сторон, словно два рыжих огонька, демонстрируя выловленные из сундука блестящие стеклянные игрушки. – Это мы повесим, да?

– Конечно, все должны по очереди игрушечку повесить и желание загадать, – подбодрила я малышей.

– А моя вот какая, беленькая, как настоящая снежинка, – покрутил своё сокровище Агрид.

– А моя зато… золотая! – не отстал Дан.

– Так это тогда не снежинка, а звёздочка, – степенно поправил наш сын. – Звёздочку надо повыше повесить… Вон туда, к Красной Шапочке.

– Нет, Яр, – раздался у меня над ухом голос Аррдена и тёплые руки легли на плечи, пробуждая во всем теле сладкую истому. – Рядом с Красной Шапочкой будет Снежный Волк. Он же её охранять должен.

И мой ярл, выудив из сундука заветную фигурку, повесил её на почётное место.

– А звёздочку тогда куда? – развела маленькими ручками Лада.

– А звёздочку вот сюда, на самую макушку! – Ильд подхватил сына на руки и поднял над головой. – Вешай, Дан!

Малыш старательно стал цеплять игрушку практически на самую вершину праздничного деревца, но слегка поторопился, и гладкое стекло выскользнуло из крохотных пальчиков.

Шмякнувшись о каменный пол, звёздочка разлетелась на тысячу золотых блёсток.

Все ахнули, замерли, глядя на осколки. Дан скуксился, готовый зареветь, у Ладушки тоже слёзки заблестели…

Все почему-то смотрели на меня, будто от моего слова сейчас зависело, а быть ли вообще празднику, или разбитая игрушка грозила тем, что Новый год больше никогда не наступит.

– Ничего, Дан, всё в порядке! Знаешь, у всех случаются неприятности… – улыбнулась я. – Главное, не вешать нос! Там у нас где-то ещё одна звёздочка была… Мала, найди-ка, пожалуйста!

Мала мгновенно выудила из сундука другую золотую звёздочку и подала сынишке.

С предельной осторожностью Дан взял игрушку, потянулся к ветке… Ильд на всякий случай подстраховал его, подставив широкую ладонь.

И вот наконец-то звезда засияла на зелёных ветках.

– А… как же? – Мала расстроено поглядела на золотые осколки.

– А это… – Аррден снова обнял меня со спины, прижал к себе нежно, – это на счастье, как говорит моя любимая ярла. На счастье… – он коснулся губами моей щеки, улыбнулся и добавил: – У нас теперь всё… всегда… на счастье!