Глава 16

Лея

Дени! Точно, короткое, звучное имя.

- Вам не стоило заходить в конюшни, с небольшим укором произнес мужчина.

- Я и не планировала этого делать. Но мелкий паршивец удрал в конюшни, а там так страшно, просто жуть!

- В конюшнях страшно?

- Очень.

- Наверное, просто с лошадьми дел не имели. Хорошие, сильные животные, и совсем не глупые… - хмурится мужчина, прислушиваясь к встревоженным животным. - Чувствуют страх, разбушевались. Козленок там?

- В дальнем стойле, справа. Залез прямиком туда. А там здоровенный конь. Он меня чуть не укусил. Просто ужас какие они страшные! Такие здоровенные челюсти!

Дени ободряюще коснулся моего локтя и задержал пальцы, погладив.

- Все хорошо. Бояться не стоит. Но лошади иногда кусаются. У вас бы точно синяк остался надолго.

- Козленку хана, да? Тот конь точно его придавил своей огромной тушей! Или сожрал…

Дени смеется.

- Нет, кони не едят козлят. Но посмотреть стоит. Позвольте?

- Ааа… Да. Конечно.

Отхожу в сторону и просто падаю на какой-то старый пень, что стоит возле боковой стороны здания. Прислушиваюсь… Кажется, ничего не происходит. Кони так же гогочут, как будто просто надо мной ржут! Но потом становится тише понемногу.

Раздаются шаги. Дени появляется, крепко держа козленка, обмотав веревку вокруг ладони в несколько раз.

- Вот ваш козленок. Живой. Конь его не придавил и даже не пытался этого сделать. Более того, этот козленок даже пытался отвоевать кормушку, - по-доброму усмехнулся Дени, став еще привлекательнее, улыбнувшись.

- Гадкий ты, Камаль! - обратилась я к козленку. - От тебя одни неприятности. Пустить бы тебя на жаркое!

- Нет, худой слишком. Сначала откормить надо! - возражает Дени. - Потом можно зарезать.

Причем, вполне серьезно это говорит! Я возмущенно вскидываю на него взгляд.

- Это была шутка! Я не собираюсь его съедать! - заявляю с жаром.

- Тогда… Кхм… Давайте отведу его вон туда.

- Теперь я сама!

Кажется, мужчина немного смущен моим напористым ответом.

Смотрю на Дени так, словно он прямо сейчас достанет нож из-за спины и прирежет Камаля.

- Вам, Лея, не о чем беспокоиться. Вряд ли у вас получиться справиться со строптивым животным, не имея нужного опыта.

Я же приказываю себе притормозить и немного успокоиться, что крайне сложно: ведь меня так и колотит от пережитого, адреналин никак не уляжется.

- Хорошо. Ладно. Можете его привязать, - соглашаюсь осторожно. - Извините. Просто нервничаю немного.

Дени молча кивает и уводит козленка, который упирается копытцами, поднимая пыль. Может быть, действительно стоит пустить его на мясо? Я же готовила разные мясные блюда… Но теперь мне как-то… жалко, что ли? Он такой маленький и глупый, этот Камаль. И еще вонючий, снова вздыхаю.

Дени возвращается довольно быстро.

- Козленок на привязи. Можете убедиться, если желаете.

- Нет, все хорошо. Я вам верю.

Парень замирает, продолжая осторожно меня разглядывать, легкий ветерок треплет мои волосы, постоянно набрасывая их на лицо. Происходит несколько секунд осторожных переглядываний, прежде чем Дени сообщает.

- Я сниму запачканные сиденья из машины. Так быстрее выветрится.

Злюсь на себя. Мне еще и сиденья отмывать, и салон… Столько работы! Поездила, называется. В столб.

- Принесете мне мыло, щетки… Я все уберу.

Дени отрицательно качает головой.

- Лучше я сам. Люблю эту машину, раньше с отцом часто на ней катались. Помню, как он маму Алию с их первым общим сыном из роддома на ней привез. Старый гелик, но хороший, крепкий…

- Был, - вздыхаю. - Мне так стыдно. Я не хотела портить машину!

- Отремонтируется. Кхм… Если хотите, можете потом пройтись немного, но лучше я сам!

Он почти умоляюще складывает ладони. Наверное, Дени боится, что я еще больше все испорчу и совсем изговнячу дорогую их семье машину.

- Да, совсем забыл. Вон в том здании есть хороший душ и большая ванна. Там можно умыться. Есть и сауна, но мы ее не запускали. Не знали, что Аслан приедет в гости. К тому же не один.

Дени то ли еще не знает, что я прихожусь супругой Аслану, то ли просто сомневается в этом. Интересно, кого они во мне видят? Если даже Зарема кинулась прихорашиваться? Может быть, Аслан поделился с друзьями, что жена была ему навязана? А что, если друг Аслана вообще свою дочь ему в жены обещал?!

Это неожиданно меня волнует большем, чем необходимо. Я медленно направляюсь в сторону нужного здания. От переживаний начинаю теребить и расплетать косу, пропуская волосы между пальцами. Дени наблюдает за моими пальцами, изредка отводит взгляд, но все-таки посматривает на меня постоянно.

- Показать вам тут все? - останавливается у двери.

- Спасибо, но дальше я сама как-нибудь справлюсь. Аслан, может быть, и прожил в глуши большую часть своей жизни, но я хорошо умею обращаться с лейкой для душа! Благодарю за помощь!

Выпалив это, я быстро вбегаю, хлопнув дверью громче, чем нужно, быстро-быстро запираюсь изнутри. Вглубь шагать не решаюсь, здесь все такое чистое, аккуратное. Стаскиваю грязные тряпки прямо у порога, кинув небрежной кучей. Дальше по прохладному кафелю шагаю, будучи уже обнаженной.

От нетерпения поскорее оказаться в теплой воде аж поскуливаю вслух. Бегу торопливо босыми пятками по кафелю, быстро нахожу необходимое. Здесь несколько душевых, все разделено, в одной из комнат стоит большая ванна. На полках расставлены куча средств для мытья, все подобрано женщиной, знающей толк в уходе за собой. Я с небольшой завистью перебираю баночки, не ожидала увидеть хорошие средства здесь, в глуши. Наверное, Алдан очень любит свою жену, если тратится на нее так… Вспоминаю, как от нее пахло, очень приятно, но ненавязчиво, а я… Даже принюхиваться не хочу! Конюшня отдыхает…

Я быстро затыкаю пробкой ванну и включаю воду погорячее, но сначала лезу в душ и долго-долго растираю себя там мочалкой, несколько раз пеню и снова смываю волосы, наслаждаясь тем, что наконец-то могу умыться! Страшно подумать, сколько прошло времени с момента, когда я последний раз мылась хорошенько… Уф, какое облегчение! Я словно заново родилась!

Потом, покинув душ, с удовольствием погружаюсь в ванну, полную горячей воды, попискивая от удовольствия. Вот это кайф… Можно просто уснуть в такой воде, расслабиться и ни о чем не думать.

На несколько минут я забываюсь, просто отключаюсь, выбросив из головы все тревоги, а потом напоминаю себе, что вообще-то я здесь в гостях, но у меня есть еще куча обязанностей и разлеживаться явно не стоит. С большой неохотой покидаю ванну, тщательно просушиваю волосы перед большим зеркалом, слямзив из расставленных средств немного крема-мусса для легкой укладки и блеска волос. Так гораздо лучше. Чисто вымытые волосы просто сияют, как золото, в свете ламп искусственного освещения.

И только потом, накрутившись перед зеркалом вдоволь, я понимаю главное: у меня нет одежды.

Я не взяла запасную одежду. Алия не успела мне принести ничего… Она лишь сказала, что выбрала платья, но из-за дурацкого поступка Камаля не принесла ни одно из них!

Зарема же, которая должна была принести мне одежду, так ничего и не принесла. Разумеется, она же прихорашивается перед Асланом, пока я тут… совсем без ничего!

Остаются только мокрые трусики, которые я постирала руками, и грязные обноски, в которых я пришла. Но я даже на секунду не могу представить, чтобы надевать их на чисто вымытое тело.

Начинаю паниковать немного…

Так, спокойно. Спокойно, Лея! Начинаю думать, как выкрутиться…

Вот, полотенце же есть, которым я вытиралась.

Обмотав полотенце вокруг тела, понимаю, что оно слишком короткое: выше колен, чуть-чуть прикрывает попу! Верхняя часть груди тоже остается на видном месте.

Прошмыгнуть в таком виде до дома?!

Всего на миг представляю подобную картину: как я в полотенце, бегу до дома. Считай, полуголая! Позор… Мало ли кто будет на меня в этот момент смотреть… Допустим, никто не увидит. А дальше что? В чужой дом забегать в таком виде? Бррр… Нет!

Лучше посижу.

Посижу, обо мне вспомнят.

Расхаживаю нервно по банному комплексу.

Проходит время. Я жду!

Никто.

НИ-КО-ГО!

Даже муж обо мне не вспоминает! На него-то я злюсь больше всего…

Мог бы вспомнить о своей жене, что ли… Нет, наверное, он, как и многие мужчины этого края настолько безразличный и невнимательный к обычным девушкам! Может быть, Аслан просто считает, что мне оказали все внимание? Если так, то он заблуждается, и надо дать ему это понять!

Потому что сидеть просто так больше не могу!

Делаю еще один круг по комплексу и, на свое счастье, нахожу в одном из ящиков сложенный банный халат. Маленький размер. Как будто для подростка… Но все же лучше, чем в полотенце, да?

Длиной халат приходится мне чуть ниже колена, так же я нахожу резиновые шлепки. Наверное, для похода в сауну. Решаю, что этого вполне достаточно.

Быстро покидаю здание и оказываюсь на улице. Неугомонный ветерок мгновенно подхватывает мои волосы, распуская их по воздуху.

Чувствую, что на меня смотрят! Откуда-то сбоку… Довольно пристально наблюдают.

Сердце стремительно подскакивает к горлу. Я чувствую себя почти голой! Собственно говоря, я и есть голая под этим халатом. Выстиранные трусики были совсем мокрыми, я не стала их надевать!

Ощущая, как между ног обдувает ветерком, прохладные струи воздуха касаются даже ягодиц!

Стараюсь идти быстро, но так, чтобы не создалось впечатление, будто я бегу.

Из-за быстрой ходьбы и ветра полы просторного халата распахиваются. Приходится придерживать халат на груди. Быстрый рывок входной двери и завихрившийся ветер, кажется, показывают даже больше надо, обнажая ноги выше колен.

Влетев внутрь, прислоняюсь к двери с внутренней стороны с бешено колотящимся сердцем. Всю дорогу до самого дома не покидало ощущение пристального, внимательного взгляда.

За мной наблюдали.

Но теперь я в доме и можно успокоиться. Но вот еще одна проблема: куда идти? Не буду же я шариться в чужом доме!

Прислушиваюсь. В отдалении слышны голоса детей, их повизгивания и смех наполняют воздух особой, дружелюбной атмосферой.

Жду.

Может быть, кто-то выйдет?

Никого.

Меня никто не встречает, поэтому я несколько секунд размышляю, что мне следует делать.

Идти? Но куда? Мне же ничего не показали! Просто сидеть и ждать, пока обратят внимание?

Ох, если бы подобное случилось в доме Умара Джафарова, кое-кому точно бы не поздоровилось. Хотя сравнивать, наверное, не следует! В доме Умара жили несколько семей, всегда есть кому встретить гостя, а здесь всего одна хозяйка…

Куда же идти? Нехорошо бродить по дому, пытаясь найти себе место.

Решение подсказывает отдаленный звук голоса Аслана. Он беседует с кем-то, кажется, из детей, судя по ласковому обращению. Со мной он так ни разу не говорил, думаю с некоторой обидой!

Звук его голоса приводит меня в просторную столовую. Аслан сидит за столом, кругом куча детей. Наверное, в этой семье не очень строго держатся правил, потому что дети елозят всюду, а самые старшие даже сидят за столом вместе с Асланом.

Вокруг стола порхает девушка, примерно того же возраста, что и я. Стройная, темноволосая: на голове небольшая, яркая косынка, платье длинное, но привлекающее взгляд. Голос воркующий, предлагающий дорогому гостю еду.

Не очень-то скромно она себя ведет, болтая между тем, как наполняет глубокую тарелку Аслана ароматным, густым супом.

Не знает, что по правилам молчать нужно, что ли?!

Я замечаю, с каким нескрываемым интересом эта девушка посматривает на мужчину, моего мужа. Он сидит ко мне спиной, поэтому не сразу замечает моего появления. Но девушка точно замечает.

Ее лицо мгновенно меняется, вытягиваясь.

Приветственная улыбка сменяется удивлением и некоторым смятением.

Вот же гадина, думаю с неожиданной злостью! Расточает здесь улыбку чужому супругу! Ууу… От злости потряхивает!

Даже если отбросить в сторону, традиции, которых не все придерживаются, вот так липнуть взглядом к чужому супругу, просто невежливо!

Внутри все клокочет, я не свожу с девушки ревностного взгляда, готовая раскромсать на кусочки.

Аслан - мой супруг. Пусть у меня есть с ним разногласия, но вот уж не стоит разным девкам между нами вклиниваться со своими красиво накрашенными глазами и медовыми улыбками…

Держась прямо, я поднимаю подбородок повыше и осматриваю Зарему с ног до головы. Заставляю себя скользить пристальным взглядом сверху вниз и обратно, как это делала супруга Умара Джафарова, когда смотрела на провинившихся слуг.

Я заканчиваю осмотр на лице девушки, не отводя пристального и пустого взгляда, как будто смотрю сквозь нее.

Темные глазки девушки начинают бегать по сторонам.

- Простите, мне нужно выйти, - извиняется перед Асланом девушка, скользя мне навстречу.

Наверное, она хочет потихонечку замять неловкость, потому что молча показывает мне за спиной Аслана рукой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Но я настроена совершенно иначе. Я делаю вид, будто не замечаю ее, обхожу по дуге и, громко отодвинув стул, занимаю свободное место за столом, напротив Аслана.

Чувствую, как кожа горит, от его удивленного, говорящего взгляда. Не решаюсь сразу же поднять на него глаза.

Проходит несколько секунд напряженной тишины. Вернее, Зарема бормочет что-то, но ее едва слышный голос не способен перебороть молчаливого напряжения между мной и Асланом. От этого звонкого напряжения даже воздух вибрирует. Поняв, что ее никто не слушает, Зарема замолкает и застывает сбоку, нервно теребя платье.

- Лея…

Короткий звук, с которым Аслан позвал меня по имени, пронизывает воздух, ставший, тягучим и густым, как желе.

Осторожно посмотрев в сторону супруга, навязанного мне, я застываю. Слова просто забываются от того, как Аслан на меня смотрит: исподлобья, не отводя темного взгляда. Такой взгляд будоражит и заставляет сердце екать в груди.

- Ты в этом… - недоговаривает Аслан.

Чтобы он не успел подумать ничего дурного, и чтобы мгновенно расставить все точки над i, говорю, как есть.

- Мне не принесли одежду. Вообще. Я прождала достаточно долго, чтобы обо мне вспомнили хозяева дома, но этого не произошло.

- Пошли, - мгновенно поднимается из-за стола и, дотронувшись до локтя, поднимает меня за собой.

Зарема лопочет какие-то извинения, путаясь под ногами. Создается впечатление, что она именно путается! Признает оплошность и невнимательность, но я почему-то знаю, что она сделала это нарочно!

Может быть, думала, что мне не хватит духу выйти неодетой? Хотела, как можно дольше провести время, ухаживая за Асланом и демонстрируя, какая она хорошая хозяйка? И глазки подвести успела, подкрасила так выразительно, думаю с негодованием!

Я так сильно негодую, что даже не замечаю, как под ногами пролетают ступени, и мы оказываемся в одной из комнат. Аслан тяжело и часто дышит, мгновенно прижав меня к стене.

- Объяснись! - требует он. - Что происходит?!

В его голосе просыпаются недовольные нотки, но вместе с этим в его голос прокрадывается что-то еще, те самые интонации, с которыми он шептал мне на ухо, когда мы едва не переспали.

Его рука ложится на бедро, сминая тонкую вафельную ткань.

- На тебе нет даже белья… - замечает хрипло. - И часто ты в таком виде разгуливаешь?