Полина

Оперативник Лисин позвонил Двигунову ночью, а тот, конечно, не стал дожидаться утра и тут же набрал номер Каргополовой.

Полина выбралась из постели, чтобы не разбудить спавшего рядом Льва, и на цыпочках прошмыгнула в ванную, включила воду и проговорила в трубку:

— Да, я слушаю.

— Полина Дмитриевна, извините, что ночью, — раздался приглушенный голос Двигунова. — Звонил Лисин. Компания расположилась с комфортом, весь вечер жарили шашлыки, напились, теперь спят. Он потихоньку обшарил одну из машин, которая на сигнализации не стояла…

Повисла пауза, и Полина ощутила, как от напряжения все дрожит внутри:

— Ну?!

— Что — ну? В багажнике обрез, в стволе следы пороховой гари.

— Погодите… но в деле фигурируют два пистолета, про обрез речи не было.

— А где-то стоит запрет преступникам поменять оружие по ходу дела? — возразил Двигунов. — Вообще даже странно, что они столько раз с одними и теми же пистолетами на дело выходили, сразу видно — дилетанты.

— Ну да, а мы этих дилетантов год поймать не можем, — вздохнула Полина. — И что-то мне подсказывает, что и на базе отдыха тоже не те, кто нам нужен. Обрез, конечно, улика серьезная, но…

— Так что, мы проверять не будем?

— А основания? Я прокурору что скажу?

— Да прокурор от радости зайдется — сами же говорите, год ищем, а тут шанс, — не отставал Двигунов.

«Разумеется. Не ты же потом будешь отговариваться за ошибочно проведенный обыск и задержания», — раздраженно подумала Полина, понимая, что отделаться от оперативника не сможет и придется получать санкцию, заказывать ОМОН и ехать на базу отдыха. И делать все это надо сейчас, потому что все-таки есть вероятность, что отдыхающие на базе люди могут оказаться теми, кого они ищут.

— Хорошо, — сдалась она. — Я сейчас соберусь и буду звонить.

— Может, за вами подскочить? — предложил Двигунов.

— Нет, спасибо, я на своей, — отказалась она. — Встретимся в отделе.

Закончив разговор, Полина встала под холодный душ, надеясь, что процесс пробуждения как-то ускорится. Она всегда просыпалась с трудом, могла разговаривать по телефону, но при этом организм все еще находился в полудремотном состоянии, и только вода заставляла его взбодриться и начать функционировать наравне с головой.

Лев посмеивался над такой особенностью ее организма, говоря, что это даже хорошо — тело продолжает отдыхать, хотя голова уже напрягается.

Сегодня это умение оказалось совсем некстати, Полина никак не могла заставить себя выйти из душа и хотя бы сварить кофе. Хотелось обратно в постель, под одеяло, а не на улицу, где пробрасывал мокрый снег.

«Когда уже зима закончится?» — думала она, шмякнув на конфорку джезву и бросив в окно тоскливый взгляд.

Март выдался снежный, не хуже декабря, снег то и дело укрывал все вокруг, а потом таял почти до основания, оставляя грязные лужи, через пару дней внезапно превращавшиеся в миниатюрные катки, образовывавшиеся за ночь на морозе. Такая погода не добавляла оптимизма, уже хотелось весны и солнца, а их все никак не было.

Бросив взгляд на часы, Полина подумала, что можно уже и позвонить начальнику — тот как раз в это время выходил на утреннюю прогулку с собакой, так что нарушить сон она не боялась. Зато хорошо представляла реакцию, если вдруг окажется, что обыск на базе отдыха проведен зря.

— Ладно, выбора все равно нет, — пробормотала она негромко и взяла телефон.

Уладив все формальности и выслушав напутственную речь, содержавшую разные пожелания и — внезапно — просьбу «поберечь себя и не переть на рожон», Полина допила кофе и пошла в гардеробную, на ходу пытаясь решить, в чем удобнее ехать. Форму она не любила, чувствовала себя в ней какой-то слишком официальной, даже говорить начинала иначе, да и перспектива мерзнуть весь день в сапогах и колготках склонила чашу выбора к брюкам и свитеру с высоким горлом.

— Перчатки возьми, — раздалось за спиной, когда она уже застегивала теплый длинный пуховик в прихожей.

— Что? — Она обернулась и увидела мужа, стоявшего в шаге от нее с перчатками в руках.

— Перчатки, говорю, возьми и шапку тоже надень.

— Я на машине.

— Ну и что? Там не будешь из машины выходить, что ли? Не лето еще.

Возражать дальше смысла не имело, потому Полина взяла протянутые перчатки и даже вынула с полки вязаную шапку, которую натянула по самые брови.

— Так годится?

— Вполне, — рассмеялся Лев и шагнул к ней, притянул и поцеловал: — Теперь совсем хорошо. Мы тебе не звоним, но ты, если задерживаешься…

— …обязательно позвоню, — закончила она и взялась за дверную ручку. — Детей поцелуй, спроси у Инки про уроки.

— Ей сегодня в школу еще, — напомнил Лев, и Полина, хлопнув себя по лбу, сказала:

— Точно… суббота же… как замечательно работать без выходных… Все, Лева, я побежала.

Пока прогревалась машина, Полина успела еще раз позвонить Двигунову. Тот уже ждал ее у здания Следкома, о чем, конечно же, сообщил недовольным тоном:

— Я, между прочим, дежурил с четверга на пятницу, мне бы поспать.

— Ну, так не мне вас учить — пока ждете, есть время прикорнуть, — не осталась в долгу Полина. — Я буду минут через двадцать. Вам кофе привезти или что-то на перекус? У меня в доме хорошая кофейня, она уже работает.

— Тогда… что-нибудь с мясом и кофе самый большой, — сменил гнев на милость оперативник. — И сигарет, если где-то ларек попадется. — Он назвал марку, и Каргополова хмыкнула:

— Ну, это я знаю, не первый день знакомы. Хорошо. ОМОН перехватим по дороге, сегодня Якутов дежурит, договорились, что возле поста ГИБДД встретимся.

— В общем, шевелитесь, Полина Дмитриевна. — Двигунов зевнул так громко, что Полине даже показалось, будто она слышит хруст челюстных суставов.

Она выбралась из машины и поспешила в кофейню — маленькое уютное заведение, которое открывалось ровно в семь утра каждый день без выходных.

Девушка за прилавком улыбнулась, приветствуя раннюю покупательницу:

— Доброе утро! Вам кофе, чай, какао?

— Мне два больших черных с собой, четыре «улитки» с мясом, четыре пирожка с абрикосовым джемом и… — Полина на секунду замерла, оглядывая витрину с выпечкой. — А, вот, четыре слойки с творогом.

Девушка быстро упаковала в пакет ее заказ, сварила кофе и перелила его в большие стаканы с фирменной этикеткой, поставила в специальный поднос с углублениями:

— Хорошего дня!

«Вот это вряд ли», — подумала Полина, забирая заказ, но вслух поблагодарила:

— Спасибо! И вам.

Основательно подготовившись к встрече с Двигуновым, она выехала с парковки и направилась в центр.

— О господи, вот оно, счастье… — пробормотал капитан с набитым ртом, держа в руке надкушенную «улитку». — Умеют же люди…

— Вы ешьте, пока теплые, — заметила Полина, отпивая кофе.

Они расположились с завтраком в ее кабинете, ожидая звонка майора Якутова, командира ОМОНа, который волшебным образом оказывался дежурным именно в тот день, когда Полина собиралась сама выехать на задержание. Над этим странным совпадением уже давно подшучивали все в Следкоме — мол, Якутов просчитывает ходы Каргополовой на три месяца вперед, потому дежурства берет только пару раз и никогда не ошибается.

На самом деле Полина была знакома с Александром очень давно, они жили в одном дворе, и Якутов даже пытался за ней ухаживать, а она, пользуясь тем, что с сестрой Виталиной они были просто одно лицо, частенько водила будущего омоновца за нос, назначая свидания и отправляя на них Витку. Когда же Александр наконец догадался об этом, то страшно обиделся и несколько лет вообще игнорировал коварную Полину. Однако спустя годы они помирились, и теперь, когда выпадало работать вместе, оба были довольны, потому что доверяли и хорошо понимали друг друга.

Двигунов наелся и совершенно откровенно клевал носом, сидя на диване. Полина посмотрела на его серое от недосыпа лицо и подумала, что одинокий Вадим совершенно не следит за собой в плане отдыха и питания, так и заболеть недолго.

Они общались строго на «вы» и по имени-отчеству и с большим трудом преодолели возникшую с первого дня неприязнь. Двигунов терпеть не мог женщин-следователей, а Полина не любила, когда ее профессиональные способности ставили под сомнение из-за половой принадлежности. Но со временем они смогли наладить какое-никакое общение и начать уважать друг в друге профессионализм. Если отбросить эмоциональную сторону, то Полина даже рада была работать с группой Двигунова, на него можно было надеяться и не нужно было проверять и подпинывать, а это снимало многие вопросы в ходе расследования.

Ее телефон зазвонил в сумке, и Полина, вытащив его, сразу сняла с вешалки куртку — звонил Якутов:

— Привет, Дмитриевна, мы выдвинулись, догоняй.

— Хорошо. На посту встречаемся, мы тоже поехали.

На слове «поехали» Двигунов открыл один глаз и потянулся:

— Уже?

— Да, просыпайтесь, Вадим Григорьевич. Предлагаю ехать на моей машине, чтобы две не гнать. — Она уже надела куртку и сняла с зарядки пауэрбанк.

— Не хватало еще! — вмиг проснулся окончательно капитан. — Я что, смертник, в одной машине с вами ехать?

— А что не так с моей машиной? — открывая дверь кабинета, поинтересовалась Полина.

— С машиной вашей все так, меня водитель смущает.

— Ну, так сами ведите, я ж не против, — пожала плечами Каргополова, вставляя ключ в замок и дожидаясь, пока оперативник выйдет в коридор. — Сразу не предложила, потому что подумала — вы устали, спать хотите, а ехать за город.

Двигунов внимательно оглядел ее с ног до головы и спросил:

— Я чего-то не понимаю — подвох в чем?

— Никакого подвоха. Если хотите за руль — вот ключи.

Полина протянула ему ключ от машины, но Двигунов, помедлив, отрицательно покачал головой:

— Похоже, вы правы… не надо бы мне за руль, усну еще, чего доброго… Вырубает на ходу прямо. Может, посплю, пока едем…

«А тобой не так сложно управлять, если знать, на какие кнопки давить, — ухмыльнулась про себя Полина. — Маленькая женская хитрость — и получаешь то, что хочешь. Удивительно, что я так долго шла к этой простой мысли».

Двигунов действительно забрался на заднее сиденье, скинул куртку и, свернув ее, подложил под голову, скрючившись в неудобной позе. К моменту, когда Полина вырулила на центральную улицу, он уже крепко спал.

До поста ГИБДД, где должен был ждать микроавтобус с омоновцами, было около тридцати километров, но дорога оказалась свободна, потому доехала Полина довольно быстро. Якутов в бронежилете под расстегнутой форменной курткой и задранной на макушку балаклаве курил с начальником поста у входа в здание, кто-то из его подчиненных разговаривал с сотрудниками, кто-то просто разминался — словом, вели себя расслабленно, и это в который уже раз удивило Полину. Как будто люди совершенно не придавали значения тому, куда и зачем едут и что может произойти. Просто такая работа, на которой могут и ранить, и убить, но думать об этом перед заданием никто не хотел.

Заметив ее машину, Якутов бросил окурок в урну и поспешил навстречу. Полина припарковалась и вышла, оглянувшись на даже не шелохнувшегося Двигунова.

— Привет, — еще раз поздоровался Александр. — Опера твои где?

— Двое на месте, начальник в машине вон спит, — кивнула она назад. — Саша, на базе, кроме обреза в машине, может быть другое огнестрельное оружие, имейте в виду. Лисин видел только обрез, но это ничего не значит. Если это те, кого мы ищем, у них наверняка есть что-то еще.

— В каком смысле — «если это те»? — переспросил Якутов, щурясь.

— Я в этом не уверена, — вздохнула Полина. — Но не проверить мы не можем, там один подходит под описание, данное выжившим дальнобоем… ну, как — «под описание»… он же говорить толком не мог, когда мы его нашли, только вот про шрам на голове и сказал да про девушку.

— То есть мы едем потрошить людей только потому, что кого-то из них когда-то по башке огрели так, что шрам остался? — уточнил Якутов с улыбкой.

— Что, скажи, тебя так веселит? — вдруг разозлилась Каргополова. — Я бы тоже туда не поехала — на шрам и обрез, но ты ведь понимаешь — меня за горло взяли, шесть эпизодов, куча трупов… Может, это и правильно, лучше перебдеть… Ой, короче! — отмахнулась она. — Поехали, там разберемся. Если что — извинюсь, не расстреляют.

— Не дай бог, — вдруг серьезно произнес Якутов. — Ты это, Полька… не лезь там никуда, поняла?

— Когда я лезла? — все еще раздраженно отозвалась она. — Все, заканчивайте. Я вперед, вы за мной. — И пошла к своей машине.

— И это называлось «когда я лезла», — глядя ей вслед, покачал головой Якутов и заорал своим: — По коням! Поехали!