Глава 10. Раздрай

В покои советника мы вернулись в мрачном молчании. По лицу Тассалара было сложно что-то прочесть, я же всеми силами пыталась скрыть свой нешуточный испуг. Так и шли, закрывшись друг от друга на три двери.

Не верить магу смысла не было — беседа с Маей и ее реакция подтверждали правдивость его слов. Но то, как он преподнес мне правду, вместе с ужасом вызвало и острое раздражение. Я ничего ему не сделала, к тому же, оказалась в замке по его милости. Мог бы быть помягче. Хотя, чего это я… Этому мужчине такое понятие вряд ли известно.

И снова я томилась из-за возникшего внутри раздрая. Советник обладал редким, выводящим из себя умением вызывать самые противоречивые чувства. Я жутко на него злилась. Особенно за вечную истину в его речах.

Эти жесткие сухие ответы вызывали панику, ужас, недовольство и возмущение, но всегда попадали в точку. Он ткнул меня лицом в правду, как непослушного котенка, и пускай внутренне я признавала, что это довольно действенный и быстрый метод донести до меня необходимое, все же не могла избавиться от по-искренне детской обиды.

Тассалар не умел сочувствовать, а это именно то, чего мне сейчас так остро не хватало. И, по иронии судьбы нового мира, он являлся единственным моим компаньоном на ближайшее время.

Вместе с обидой и незнакомым пугающем ворчанием чужой силы, в душе плескалась жгучая ярость. На мир, в котором случайно оказалась, на ведьму, что призвала меня сюда неизвестным ритуалом, на короля, из-за приказа которого еще не скоро смогу избавиться от компании самого невыносимого мага Дакарда. И этот коктейль эмоций выпивал из меня всю энергию, оставляя место лишь усталости и приближающейся апатии.

За два дня я побывала в темнице, где наслушалась о тысяче и одном способе умереть, потешила народ на площади своей неудавшейся кончиной, познакомилась с королем и открыла для себя неприятную правду о своей нынешней жизни. Все, чего сейчас хотелось — забыться крепким сном. Некоторые вещи нужно только переспать. Или процедить сквозь пьяную легкую голову. Но вряд ли зануда в плаще позволит мне такую роскошь.

Войдя в уже хорошо знакомую холодную темную гостиную, остановилась за спинкой дивана и напряженно взглянула исподлобья на своего горе-учителя.

Тассалар замер в дверном проеме и задумчиво осмотрелся. Его отсутствующий взгляд принес долгожданное облегчение, и я выдохнула, расслабляясь. Внимание этого мужчины было слишком подавляющим. Мне нравилось, когда он вот так ограждался от меня, невольно игнорируя.

Снова, словно из-ниоткуда, выпорхнул крупный черный ворон и ловко спланировал на потухший камин. Рубиновые глаза зловеще блеснули в полумраке. Склонив голову, он деловито осмотрел мага с головы до ног.

А я, схватившись за грудь, тихо успокаивала мечущееся сердцебиение. Эта птица меня когда-нибудь доведет.

— Как король? — поинтересовался Дильфагор, наполняя гостиную грубым каркающим звучанием своего инфернального голоса.

Советник вынырнул из глубокой задумчивости и поднял голову. Медленно моргнул и многозначительно хмыкнул.

— А ты как думаешь?

Мужчина протянул руку назад и закрыл за собой дверь, но с места не сдвинулся. Он по-прежнему меня игнорировал и просто смотрел на ворона с нечитаемым выражением.

— Вижу, ты в скверном настроении, — хмыкнула уже птица.

А разве бывает по-другому?

Мысленно язвительно фыркая, тихо наблюдала за, казалось бы, не замечающими меня существами.

С одной стороны, то, что для всех в этом замке я равна предмету интерьера, меня ужасно раздражало. Но с другой, более здравой и возникшей благодаря инстинкту самосохранения, была этим даже довольна. Не будут воспринимать всерьез — возможно, смогу вырваться. Вылечу правителя, а там уже подамся куда-нибудь. Попробую отыскать способ вернуться домой, где меня никто не ждет, но, хотя бы, не пытается убить или ущемить, а если не выйдет — посмотрю мир и найду себе ту самую спокойную уютную норку, в которой спрячусь от всего злого чужого мира.

Одно мне претило в этом плане… Слова Тассалара стучали в висках набатом. Колдовская сила… Еще вчера я бы ни за что не поверила в то, что какие-то фокусы могут меня изменить до того, что стану способна навредить невинным. Но уже сегодня эта зараза внутри ощутимо начала себя проявлять. Ее недовольство моим решением удерживать саму же себя в рамках все еще бурлило в нагревшихся венах.

Я боюсь того, во что могу превратиться. Именно потому, если не отыщу способа вернуться в свой мир, попробую выгрызть для себя хорошее место во дворце. Странствие по неизвестному миру — последний и крайний план. Здесь мне смогут помочь. Тот же Тассалар, хоть и неприятный тип, но о своем народе заботится. Он остановит. Я не хочу становиться убийцей — хватает и того, что теперь являюсь изгоем в теле изгоя.

Славный сорвала джек-пот, ничего не скажешь.

— Мягко сказано, — сухо кинул маг и странно на меня покосился.

От его тяжелого взгляда мысли в голове разбежались испуганными тараканами, и я напряженно замерла в ожидании.

— Дай угадаю… Тебе поручили роль няньки. — Дильфагор откровенно забавлялся.

Советник раздраженно взглянул на него исподлобья и поджал губы.

— Мне поручили привязку.

Птица закашлялась и совсем по-человечески прижала к клюву крыло, почти ужасаясь.

— С ней? Привязать ее к себе? — неверяще прокаркал ворон. — Зачем — догадываюсь. Почему ты — понятно. Но он видел ее резерв? Сила в ней закипает. Тебя может не хватить.

Тассалар взбесился еще сильнее и стиснул челюсть.

— Смотрю, ты осведомлен в этом много больше моего. Отлично. Обучение на тебе. Мне нужно, чтобы она как можно скорее совладала со своей магией и исцелила короля. Как можно скорее, Гор, — многозначительно добавил, припечатав тяжелым предупреждающим взглядом.

Мужчина откровенно игнорировал слова и реакцию своего крылатого друга. Тот же, видимо уже привыкнув, снова посерьезнел и будто нахмурился.

— Ожидаемо, — мрачно буркнул он и вздохнул. — Обучу, обучу. Ты девчонке мозги так смешаешь, что весь город придется эвакуировать, так что здесь обсуждать нечего. Меня больше волнует привязка…

— Не начинай, — прервал его Тассалар, скривившись.

Он нетерпеливо потоптался на месте и покосился на дверь. Черный плащ покачнулся, палы распахнулись, открывая вид на взбесившийся вихрь темной магии, плотно окутавший массивное тело..

— Начну, Алар. Это не игра. Аданит не мог не знать… Кто второй?

— Не будет второго, — процедил сквозь зубы маг.

— Надежда умирает последней, — хмыкнул ворон. — Рагорн, да?

Советник зарычал, как озверевшее животное, и рывком распахнул дверь.

— Свою задачу ты понял. Занимайся, — глухо кинул он напоследок и вылетел из комнаты.

От грохота захлопнувшейся двери содрогнулись стены.

Я подскочила на месте и, хлопая округленными глазами, перевела взгляд на Дильфагора.

Не знаю, кто такой Рагорн, но надеюсь, что он не понадобится. Представить себе не могу, что будет, если нас троих свяжут. Это же как между молотом и наковальней… Особенно, если загадочный генерал характером не отстает от своего раздражительного друга.

И что, вообще, значит эта привязка?

Набрала в грудь побольше воздуха и открыла рот, собираясь вылить все вопросы на ворона. Он единственный относился ко мне лояльно и обладал знаниями на уровне правителя Дакарда. Но птица внезапно предупреждающе приподняла крыло, выставляя перед собой.

— Все вопросы потом. Уже давно глубокая ночь. Иди спать. Сегодня был тяжелый день, но завтра будет еще тяжелее.

Мягкий низкий голос успокаивающе обволакивал, убеждая.

Кивая, почти захныкала.

Еще тяжелее?..