Глава 33. Безумие

Вдоль длинных насыщенно-красных прядей волос Рагорна скользнули вихри пламени. Его кожа буквально нагрелась от ощутимой вспышки внутри него. Мужчина загорелся как спичка, и разбушевавшийся огонь перекинулся и на меня.

В медных глазах промелькнуло нечто такое дикое и первобытное, что я почти была уверена, что он сейчас на меня набросится. Но в этом и была разница между Рагорном и Тассаларом. Генерал сдержал свои эмоции и с едва заметной игривой ухмылкой потянулся к завязкам своей рубашки. Одним ловким движением он стянул ее через голову и с растрепанной копной на макушке красноречиво покосился на мое платье.

Видимо, пришла моя очередь. Маг хотел «зуб за зуб».

Я приняла правила его игры и, закусив губу, завела руки за спину и дернула свою завязку. Корсет не поддавался, и внутри вспыхнуло нетерпеливое раздражение. Недовольная таким положением дел магия испустила синие вихри, что мгновенно разрешили проблему.

В редкие моменты нашей гармонии я ощущала себя настолько легко и свободно, что на какие-то мгновения даже задумывалась, что в этом мире не так и плохо, как кажется на первый взгляд. Когда наши с силой желания и цели совпадают, позади меня словно раскрываются крылья. Какой бы счастливой, могущественной и самодостаточной я бы была, живи мы с ней в мире и спокойствии…

Рагорн жадно проследил за тем, как нежная ткань платья соскальзывает вниз, оголяя верх и собираясь вокруг бедер. Твердых горошин сосков коснулся легкий ветерок, доносимый из приоткрытого окна — единственное, что не давало мне полностью сгореть.

Я смущенно опустила глаза, вдруг вспомнив, что стою почти голая перед практически незнакомым мужчиной. Но, вопреки всему, жгучее желание растеклось по венам и остановилось меж бедер, где сейчас было так пусто и горячо.

Замечая, как я переминаюсь с ноги на ногу, генерал пылко скосил глаза на мои еще скрытые бедра и приблизился. Сильная рука неторопливо приподнялась и коснулась складок платья у талии, после чего резко дернула его вниз и скинула ко мне в ноги.

Я рвано вздохнула и прикрыла глаза. Вместе со стыдом по телу прокатилась дрожь сумасшедшего возбуждения.

Пускай никто из нас в этом не признавался даже сам себе, мы так долго ждали этого момента. Это было необходимостью, навязчивой идеей, желанной мечтой. И не имеет значения, естественна ли эта жажда или навязана извращенным ритуалом. Уже на протяжении долгих дней она беспощадно бурлит в разуме, душе и теле. И возможно… Возможно, если мы это выпустим, нам действительно станет легче.

Пока я неловко прикрывалась руками и бегала глазами по полу, мужчина полностью разделся вслед за мной и приблизился. Воздух между нами нагрелся и потяжелел. Я была уверена, протяни спичку — и она загорится сама по себе.

От легкого прикосновения шероховатых пальцев я вздрогнула. Рагорн мягко, но настойчиво обхватил мои кисти и развел руки в стороны, раскрывая меня всю для себя. Я рвано вздохнула и откинула голову, когда он наклонился и провел носом по бьющейся жилке на шее.

— Так сладко пахнешь… — Он жадно вздохнул и провел дорожку меж грудью к пупку, после чего остановился. Полыхающие медные глаза взглянули на меня с порочным озорством. — Хочу попробовать.

Я непонимающе нахмурилась. А когда генерал встал на колени, обхватил пальцами мою ногу и закинул ее себе на плечо, широко распахнула глаза.

— Разве так честно — ты меня уже пробовала, а я тебя нет. — Хмыкнув, проговорил он и прикусил нежную кожу бедер.

Я шумно вздохнула и ухватилась за его волосы.

— Подожди! — сдавленно пискнула, неуверенная, чего вообще хочу.

Слишком резко, слишком настойчиво, слишком неожиданно. Там много и так сразу… Легкие не успевали генерировать вдохи и выдохи. А от импульсов нетерпения магии в груди, похоти и смущения горела кожа.

Ждать огненный не стал. Он крепче сжал бедра и торопливо провел языком по влажным складкам. В мозгу закоротило, и я мучительно простонала, не имея ни малейшего понятия, как еще держусь. Эта страсть вышибала все здравомыслие, высасывала все силы и отдавала бразды правления над телом чему-то сумасшедшему, дикому и примитивному.

Рагорн что-то тихо проворчал и, ухватившись руками за талию, практически посадил меня к себе на лицо, после чего опустил спиной на кровать и продолжил свое наступление. Контраст разгоряченной крови внутри и прохладных простыней снаружи вызвал табун мурашек. Доведенная до беспамятства, я до боли тянула свои же волосы и кусала губы.

— Невозможно терпеть… Это чертово проклятье, — тихо ругался генерал, впиваясь пальцами в мои ноги.

А когда все внизу напряглось и сжалось, почти доводя меня до края, он скользнул вдоль моего тела выше и навалился сверху. Длинные красные пряди разметались по моей груди, щекоча чувствительные горошины сосков.

Я распахнула затуманенные глаза и встретилась с диким взглядом огненного. Он жадно куснул встопорщенную вершинку и толкнулся внутрь, вынуждая меня судорожно схватиться руками за сильные плечи и снова закрыть глаза. Каждый нерв во мне натянулся и заныл, напоминая чувство, граничащее с щекоткой и болью. Как падение вниз, как катание на качелях. Спираль в животе закрутилась, а средоточие желания запульсировало в такт горячей мужской плоти.

Рагорн шумно выдохнул и тихо простонал, утыкаясь носом в мою шею. Я вцепилась в него, как в спасательный круг, и нетерпеливо толкнулась бедрами навстречу. Помимо бури эмоций, меня вдруг наполнила такая сила, что, казалось, мне не нужна никакая ведьма, чтобы завоевать трон Дакарда. Я могла пойти и сделать это прямо сейчас. Моя магия пела и урчала, и безумная улыбка медленно расползлась по моему лицу.

Генерал навалился еще сильнее, вдавливая меня в кровать, но бережно стискивая в сильных руках. Я поддалась дикому порыву и царапнула широкую спину, вместе с тем оставляя на влажной шее укусы.

Это ощущалось как мощнейший возбудитель. Еще никогда в жизни я не чувствовала себя так… остро, на грани во всех смыслах. Не было ни звуков за окном, ни прохлады ветра, ни постели подо мной. Все исчезло, оставляя лишь рваные вздохи, торопливые движения рук, извивание потных тел и жидкое пламя, пропитавшее каждый сантиметр кожи.

В какой-то момент я вдруг ощутила едва заметные перемены в пространстве. Что-то темное, густое и тяжелое. Словно появился кто-то еще, но не чужой и не опасный. Но волна наслаждения, пронзившая нас обоих, смела все посторонние чувства и ощущения прочь, оставляя за собой полнейшее блаженство и умиротворение.

Я пьяно взглянула в посветлевшие медные глаза и глубоко вздохнула родной уютный аромат Рагорна.

Сила, расплывшись по обмякшему телу, молчала.