Глава 20. Магия лондонских закоулков.

Виды и запахи подначивали потянуться к амулету и колдануть себе головной пузырь. Но я мужественно терпел. Смрад лондонских подворотен меня поражал, и если маглов я и сам стал считать неразумными малыми, то магам, с их возможностями, такого простить не мог. На стройках ферм, которые уже начались, и, главное, в поместье, ввел ряд правил, поддерживающих чистоту. И магия всех упаси, если я увижу, что кто-то сходил в туалет не в нужник.

Искомая квартирка нашлась в дальнем конце улицы. И, оглядев серые стены общежития, мысленно вздохнул. После родового мэнора Льюису Малфою, должно быть, трудно было переселиться в такое место. Но будем считать, что это позволит мне склонить чашу весов на свою сторону. Стоило подняться на второй этаж, как я уже стучал в деревянную дверь.

— Кто там? — Дверь распахнулась на расстояние внутренней цепи. В просвете появился худощавый мужчина лет тридцати-сорока. Домашний темно-серебристый халат, светлые до плеч волосы убраны в хвост. Внешность не брутального мачо, а скорее утонченного толкиновского эльфа. Голубые глаза просканировали сначала меня, затем Брайна. И, точно уловив, к кому следует обращаться, спросил: — Кто вы и что вам угодно?

— Моё имя Морфин, лорд Гонт. — Представился я, чуть кивнув в приветствии. — Мне нужен Льюис Малфой. Могу я его увидеть?

— Тот самый? Из газеты? — Всё еще хмуро, но уже с изрядной долей удивления уточнил маг. Я молча показал руку с перстнем. — Льюис Малфой — это я.

— Вы позволите войти? Слово дворянина и мага, что не желаю ни вам, ни вашей семье зла.

— Разумеется. — Мужчина закрыл дверь, изнутри послышался щелчок снимаемого затвора. Затем дверь открылась уже без помех. — Прошу в мою скромную обитель. Думаю, на кухне нам будет удобнее.

Я кивнул Брайну, чтобы тот остался за дверью. И да, обитель действительно оказалась скромной. Кухня и комната, задернутая занавеской. Боюсь, что даже ванная и туалет здесь на этаже общие. Так что еще и с телохранителем мы бы сюда не поместились. Я так понимаю, палатку с пространственным расширением он из дома не захватил? Это сложные чары, самим не сделать.

— Чаю, лорд Гонт? — Спросил Льюис, стоило мне присесть за стол. Надо отдать должное, в кухне был порядок.

— Благодарю, не стоит. К тому же, я не люблю ходить вокруг да около. А раз уж я здесь без предварительной совы, уже поздно спасать мои манеры. Опустим беседы о погоде?

— Как скажете, — мужчина позволил себе тонкую улыбку. — Итак, что привело вас ко мне?

— Так вышло, что ко мне попали резюме тех, кто пробовал своё счастье в министерстве, но получил отказ. А мне требуется образованный и умный помощник. Поэтому я хочу предложить вам работать на меня.

— Вы действительно очень прямолинейны, — чуть дернул одну бровь, но быстро вернул себе важный вид. Мне почему-то всегда было смешно смотреть на такие аристократические ужимки, но в чужой монастырь, как говорится. — Я не стану спрашивать, откуда у вас эти документы, но вас, судя по всему, давно не было в стране. В ином случае вы бы знали, что любой, кто будет иметь со мной дело, станет противником моего брата, лорда Малфоя.

— Не переживайте. У меня тоже есть влиятельные друзья. Не думаю, что ваш брат желает крупной конфронтации. — Я просмотрел, чем владеет эта семья и какое место занимает. И в основном бизнес: метлы, вина, мебель. Много связей с французскими и испанскими домами. Но в Англии правят бал священные двадцать восемь. Основатели Британского ковена и, соответственно, нынешнего министерства. Так что даже Малфой не станет связываться с Гонтами и Блэками.

— Если вы уверены, — Льюис и сам мог всё это просчитать. В мыслях вспыхнула надежда. Но заметил я эту эмоцию исключительно за счет поверхностной легилименции. Общим флером. Мысли представителя старого магического семейства действительно были для меня закрыты. Как и говорили боевые мастера, аристократия в разы сильнее ядром. И защита разума выше. — И какую работу вы хотите мне поручить?

В ответ я достал из внутреннего кармана договор. Протянул свиток. Льюис заинтересованно принял и вчитался.

— Поверенный? — Удивления скрыть не удалось. — Вы шутите?

— Я очень рискую, мистер Малфой, доверяя такую должность незнакомцу. К счастью, магические контракты очень сложно обойти. Это и для вас гарантия.

— Щедрая оплата, служебный дом и… домовик?

— О, эльф будет лично вашим.

— Это невозможно, — в движениях и взгляде прорезалась некоторая манерность. Ну прям принц в изгнании. — Да будет вам известно, эльфа невозможно отдать, они…

— Я прекрасно знаю, что их можно призвать, — перебил я, наблюдая, как сползает маска незаинтересованности с налетом снобизма. Ага, есть контакт. Я знал, что этот ритуал может подцепить многих. И, конечно, при его проведении я планирую закрывать круг пентаграммы простынёй. Чем позже этот секрет узнают, тем лучше для меня.

— Папа… — тихий детский голосок, раздавшийся с прохода, заставил обернуться.

Держась одной рукой за ткань ширмы, стоял ребенок. Маленький, белобрысенький и не самый симпатичный. Большие светлые глаза, большой рот, пипка носа. Но я прекрасно знаю, как может поменяться человек с возрастом. И что-то мне подсказывает, что Малфои из породы «гадких утят». И этот платиновый блондин еще себя покажет. Одет в шорты и рубашку маленького джентльмена. Видимо, из старых запасов, так как рукава уже коротки.

— Иди к себе, Абрахамс. — Несколько строго попросил Льюис.

— Привет, малыш. — Я мягко улыбнулся, внутренне снова вспоминая другого ребенка. Когда же я найду Тома? Нравы англичан никогда не были сладкими, а это время далеко до гуманизма. Конвенции по правам человека еще не существует, не говоря уже о правах детей. И я боюсь даже представить, что сейчас испытывает будущий темный маг. — Не стоит, мистер Малфой. Я уже ухожу. Подумайте над моим предложением. Жду вашу сову не позднее послезавтра.

Выходил из квартиры я с полной уверенностью, что нашел себе помощника. И очень хорошего помощника. За образование я уверен, личные качества здесь у всех с оттенком временной парадигмы. Зато! Как аристократ, знает многое о тонкостях магии, внутренней кухни магов; слово дворянина имеет для него вес, а значит, будет соблюдать не букву, а дух договора. Может, это жестокое время, но личная репутация сейчас стоит выше самой жизни.

Я мог сразу трансгрессировать домой, но решил пройтись по узким улочкам магического Лондона. А потом понял, что, так как нахожусь на самой окраине барьера, могу выйти в обычный. Любопытство взыграло и в этот раз, когда я увидел обыкновенную арку через трехэтажный квартирный дом. Однако арка наглухо законопачена кирпичной кладкой, через которую иногда просачиваются люди.

Оглядев себя и Брайна, оценил наши повседневные темные мантии, накинутые на рубашки и простые рабочие брюки. Понятия не имею, как должны выглядеть англичане в этом времени, поэтому накинул на нас отвлечение внимания. Легкое, чисто для простецов.

— Милорд? — Брайн, если и почувствовал заклинание, то позволил мне его наложить.

— Пойдем, прогуляемся. Давно был в магловском мире?

— Давно. До Азкабана, сэр. — Чуть нахмурился. Ему не очень нравилась идея прогулок, это я чувствую через связь. Но он просто слишком серьёзно относится к своей работе.

Свистнув Курта, чтобы он разменял в банке фунты и передал мне их незаметно, я отправился изучать мир. Думал, сейчас выйду и попаду в новый мир. Но нет. Стоило арке остаться за спиной, как увидел ту же грязь, те же узкие улочки и вполне неплохие кирпичные здания. Разве что люди иначе одеты. Не летают совы. И вообще ничего не летает.

Но это не помешало мне взять конку. Как ни странно, кареты, запряженные лошадьми, еще ходили. И это наряду с автомобилями. Затем прокатиться по историческим достопримечательностям. О, а вот здесь уже царили чистота и порядок. До Тауэра не дошли, но Вестминстерский дворец со знаменитыми часами, Букингемский дворец, а также Гайд-парк были осмотрены.

За десять лет Англия только-только восстановилась. Да, многие джентльмены хорошо наварились на прошедшей войне, но сама Британия лишилась большинства колоний и осталась с огроменным долгом. Это сильно ударило по экономике. А вот имперский апломб остался. Я видел это по прохожим. Нищий, грязный, презирающий всех аристократ — вот какой мне представилась Англия в тысяча девятьсот двадцать восьмом году.

К тому же ощущение войны так и не покинуло тесные улицы. Ирландия борется за независимость, и еще не остыли страсти от партизанских войн. Конечно, семь лет назад был подписан мирный договор и образовано Ирландское свободное государство под доминионом Британии. Так же как Австралия или Канада. Но на деле полную независимость они получат лишь после Второй мировой. Сейчас же… уверен, в некоторых из этих приличных английских домиков до сих пор водятся ирландские рабы.

Именно такие мысли меня посещали, пока мы гуляли по рынку. Мне было любопытно взглянуть, чем живет простой народ и чем питается. Но не более. Ничего стоящего я, разбалованный торговыми центрами будущего, не увидел. Кроме, пожалуй…

— О, шестиструнная. — Я с некоторой ностальгией остановился у витрины, разглядывая обыкновенную гитару. Походы, песни у костра или посиделки у кого-то на даче. Как давно это было.

Я всё-таки не удержался и купил инструмент. Я сейчас полностью загружен работой, но порывы души останавливать нельзя. Выйдя из лавки, я вновь накинул на себя отвлечение внимания, которое снимал для продавца.

— Больше здесь делать нечего, — уменьшил гитару вместе с чехлом и положил в карман. — Можно возвращаться.

— Брат, смотри! Там фокусники! — Писклявый детский голосок раздался примерно в десяти метрах от нас. Мы с Брайном недоуменно обернулись.

Тощий мальчонка лет шести, в потрёпанных и слишком легких для мартовской погоды одежках. Темноволосый и смуглый. Одной рукой дергал за рукав старшего брата, второй тыкал в нас пальцем.

— Тихо, — его старший, такой же мелкий шкет, но уже лет восьми-девяти, тут же зажал мелкому рот рукой, с опаской косясь даже не на нас, а на женщину, что шла впереди. Шатенка средних лет, сутулая, в зеленом закрытом платье. Я бы ей дал лет сорок-пятьдесят, но, учитывая возраст детей, вполне возможно, что младше. А она точно их мать, черты лица и цвет глаз похожи.

— Что вы там болтаете? — Женщина строго глянула на мальчишек.

— Ничего, мам. Боб увидел почтальона и удивился. — Не моргнув глазом, соврал ребенок. Я перешел на магическое зрение. Ого, мама магл. А вот детки маги, и не слабые. Папа маг? Или маглорожденные? А бывают так сразу оба брата? Вспомнились братья Криви.

— Держи пенсы, — женщина пошарилась в старом гомонке и протянула ребенку монеты. — Здесь слишком большая очередь, постойте. Я схожу к мистеру Борну и вернусь. Здесь хватит на одну бутыль масла. И, Энтони, Господь тебя упаси, если ты умыкнешь хоть медяшку. Ты меня понял, негодник?

— Да, мама, я всё сделаю. — Мальчонка втянул голову в плечи и принял монетки. И только дождавшись, когда мать скроется из вида, развернулся к брату, влепив ему несильный подзатыльник. — Бл*ть, сколько раз я тебе говорил не нарываться!

— Ну, Энии… — скуксился мелкий.

— Купи бутылку масла, — попросил я Брайна, а сам направился к парочке. Легкое движение руки — и вот на пацанов тоже не обращают внимания. Энтони первый заметил моё приближение. Напрягся, прижал брата, явно раздумывая бежать. Боб смотрел с большим любопытством. Энтони что-то зашептал себе под нос. Я с удивлением разобрал слова молитвы. Даже так?

— Ты правда думаешь, молитва поможет? Я знаю заклинания получше. — По возможности мягко произнес я. — Ну здравствуйте, юные волшебники.

— Драсти, — бесхитростно выдал младший. — А как вы уменьшили ту штуку?

— М-мы не волшебники. — Более благоразумный старший всё пытался утихомирить брата, пока тот не задал еще кучу вопросов.

— Поверьте, молодые люди, вы именно что волшебники. А как я это сделал? — Я достал из кармана один пенс и щелчком отправил монетку в полет. Затем трансфигурировал в небольшую птичку, которая облетела братьев и уселась мелкому на плечо. О, какие у них были взгляды. — С помощью магии, конечно.

— Что вы от нас хотите? — Голос Энтони почти не дрожал. Но выглядел паренек испуганно. — Если матушка узнает, что мы разговаривали с кем-то вроде вас, — нам не поздоровится. Я не верю в магию.

— Ничего. Вы попались мне на глаза случайно. А что до твоей веры… Неужели с тобой и твоим братом не случалось ничего странного? — По глазам вижу, что случалось. Но признаться страшно. Захотелось сделать доброе дело. Я достал из кармана один из порт-ключей. Маленький круглый медальончик на веревочке. Что под руку попалось. Всё баловался с руническими цепочками, и кое-что начало получаться. Подключившись к последней руне, вывел ключ-активатор. — Держи, малыш. Если однажды настанет день, когда захочешь сбежать или будешь в опасности, сожми этот медальон, возьми за руку кого также хочешь спасти, и произнеси вслух: «Я верю в магию».

Повесил порт-ключ ему на шею и накинул еще пару заклинаний. Маглоотталкивающие и от случайной потери. Мальчик не мог ничего ответить, только таращился на меня большими глазенками. Тут подошел Брайн с маслом. Я, понимая, что очередь дети уже упустили, сунул им бутылку, снял с них отвлечение внимания. И вместе со своим телохранителем исчез.

Это не лучшее время для маглорожденных. Надеюсь, в случае реальной опасности порт-ключ им поможет. Я понимаю, что в будущем этих детей может ждать много неприятных событий. Для маглов они «дьявольские» детки. Для магов — грязнокровки. Пусть хоть у этих двоих первое знакомство с магией будет ассоциироваться с чем-то приятным. Маги в первом поколении. Интересно, как они вообще рождаются?

Но пока я общался с детьми, в голову пришла иная мысль. И стоило вернуться в поместье, тут же позвал Рослин. И полтергейст пришла довольно быстро. Учитывая, что у них с Маркусом появилось довольно много работы по подбору кадров.

— Мори, это срочно? — Замерцала подруга. — Ты просил разузнать про веяния в министерстве, досье на каждого члена совета — это та ещё работенка. А еще поиск будущих коллег. Нам с Маркусом не хватает рук.

— Я знаю, но скажи, есть ли новости от тех, кто ищет моего племянника? — Мы не смогли найти ребенка и пока тупо наняли ребят, которые проверяют каждый детский дом в Лондоне и окрестностях.

— Пусто, — покачала головой девушка. — Расширяем радиус. Но пока ничего.

— Тогда стоит попробовать, — кивнул сам себе. — Рослин, кажется, я знаю, как нам найти Тома.