Глава 7.2.

– Мне нельзя появляться в таверне. Мое лицо в этом городе каждая собака знает. Ты должен убедить ее, что я ни в чем не виноват, что сам не опасен и вывести на пляж, где я вас буду ждать и смогу с ней поговорить, – наставлял Артура Лаэрт.

– Ты думаешь это реально?

– Ну-у-у… – Лаэрт критически окинул взглядом лицо и фигуру своего нового друга, – у тебя внешность благородного человека, которому можно доверять.

– Исабель, конечно, девушка еще совсем молодая, но вот наивной или глупой я бы ее не назвал. Думаешь она настолько простушка, что в портовом городе, кишащем всяким сбродом, доверится незнакомому мужчине,только потому, что у него глаза добрые?

– Нет, – нахмурился Лаэрт.

– Тогда придумай что-нибудь получше. Почерк она твой знает?

– Да, конечно. Предлагаешь написать ей записку?

– Само собой, но этого мало. Есть у тебя какая-нибудь личная вещь, которую ты не доверил бы никому?

– Есть и не одна. Кинжал вот, например. Приметный и всегда со мной.

– Отдашь мне. Да не морщись так! Я возьму его на время, просто продемонстрирую Исабель в качестве доказательства: раз ты мне доверяешь, то и она может.

– Единственный вывод, который Исабель сделает из этой демонстрации – ты меня убил.

– Хм-м. И в самом деле. А что тогда?

– Я буду недалеко в каком-нибудь переулке, но закутаюсь в плащ, на лицо завяжу платок и шляпу надвину пониже. Вы выйдете из таверны, пройдете мимо, на это время я покажу ей свое лицо. Дальше вы пойдете вдвоем в сторону порта, а я на некотором отдалении последую за вами.

– Хм-м-м… Может получится, по крайне мере звучит вполне здраво. А тебе в городе быть неопасно?

– У Рамосов на глазах мне быть опасно, а в городе не особо. Ну если только кто-то из прохожих кинется к ним в поместье с радостным известием, что видел вора или в отделение полиции сообщит. Но к тому времени, меня на площади уже не будет. Так что можешь не беспокоиться.

– Да я не особо-то беспокоюсь, вижу, что ты и сам не хрупкая фиалка, – усмехнулся Артур.

3

Вечером в таверне было многолюдно. Артур решил за стол не присаживаться, потому что, во-первых, неизвестно сколько ему придется здесь просидеть в ожидании Исабель, а во-вторых, если она придет одна и сразу направится к нему за стол – это может привлечь к ним лишнее внимание. Артур занял место в дальнем углу за барной стойкой таким образом, чтобы от любопытных глаз его загораживала колонна, но в то же время хорошо просматривался вход. Молодой человек заказал себе пива, кстати, довольно недурственного качества для такого захудалого городишки, и настроился на долгое ожидание.

Но ждать не пришлось. Кружка даже не успела опустеть, как дверь открылась и в таверну вошла Исабель. Все взгляды разом устремились на нее, а разговоры на несколько секунд стихли. Артур мысленно усмехнулся: «Не хотел привлекать к нам лишнего внимания… Ага, как же! Я тут и даром никому не сдался, а вот Исабель, видать, местная знаменитость. Наверняка сплетницы только и делают, что обсуждают каждый ее шаг».

Но Артур их прекрасно понимал. Он и сам не в силах был отвести от девушки глаз. Красивая. Ее внешность была одновременно нежной и при этом какой-то дерзкой, очень изящной, без капли брутальности, женственной, но в то же время в ней чувствовался характер. Яркие губы чуть изгибались в полуулыбке, волевой подбородок добавлял лицу твердости, а взгляд, которым она окинула таверну, был внимательный, цепкий, подмечающий каждую мелочь. В ней совершенно не ощущалось робости, она была сильна, но расслаблена, как львица на своей территории после удачной охоты.

Почти сразу она увидела Артура и узнала. Их глаза встретились, но девушка ему не кивнула и не улыбнулась. Просто задержала взгляд чуть дольше, для того чтобы убедиться, что он ее видит и тоже узнал. Затем прошла к барной стойке, присела и, очаровательно улыбнувшись бармену, произнесла:

– Лукас, сделай мне, пожалуйста, стаканчик фруктовой сангрии. И апельсин возьми красный, выжми туда как следует, ну ты знаешь.

– Конечно, сеньорита Исабель, сейчас все сделаю.

Бармен вернул девушке улыбку и удалился на кухню. Исабель еще раз посмотрела долгим взглядом на Артура. На этот раз в выражении ее лица ему почудился вопрос и нетерпение.

Молодой маг встал со своего места и направился в ее сторону.

– Добрый вечер, – обратился он к ней в столичной манере, – вы одни или кого-то ждете? Я могу присесть? – спросил он с легким поклоном.

– Конечно, присаживайтесь, стулья в таверне - не моя собственность. Вы можете садиться на любой из них, где вам заблагорассудиться, – ответила она с шутливой полуулыбкой.

Артур занял место рядом, и они завели светский разговор на нейтральные темы. Вернулся Лукас. Поставил перед Исабель высокий запотевший стакан, до краев наполненный вином и кусочками фруктов, и отошел справиться не опустели ли кружки с пивом у других посетителей. Предварительно убедившись, что молодой человек рядом со знатной сеньоритой не пьян и ничем ей не докучает.

– Ну что там про Лаэрта? – нетерпеливо спросила Исабель, убедившись, что никто рядом с ними не выказывает интереса ни к ним, ни к их разговору.

Артур в красках, но непроизвольно стараясь выставить себя в выгодном свете, рассказал девушке о том, как попал в плен к дикарям на острове Безмолвия, как его хотели принести в жертву богу солнца, но вмешался ее друг и героически его спас. Потом Артур долго и горячо расписывал непричастность Лаэрта к краже семейной реликвии.

Он видел, что Исабель ему верит. Люди с легкостью верят в то, во что хотят верить. А у нее в голове и без доводов Артура уже роились тысячи оправданий для своего друга, ее нужно было лишь немного к ним подтолкнуть.

– Лаэрт ждет тебя на улице и хочет сам тебе все объяснить. Я прошу тебя всего лишь выслушать. Выводы ты сделаешь сама, но просто дай ему возможность оправдаться.

Девушка, помедлив, кивнула и спросила:

– А где он? Где я могу его увидеть? И почему я должна вам верить? Кто или что выступит гарантом вашей искренности?

– Я же показывал записку, написанную его почерком. И к тому же он здесь совсем недалеко, сами увидите, а потом выйдем к океану, и вы сможете поговорить на пляже без лишних глаз и ушей.

– Ну ладно, – после недолгой паузы согласилась Исабель, – проводите меня к Лаэрту.

Вдруг дверь в таверну в очередной раз открылась и в зал вошел широкоплечий мужчина средних лет. Он остановился у входа, вертя головой по сторонам, явно кого-то высматривая. Увидев Артура, мужчина улыбнулся и сразу же направился к нему.

– Добрый вечер, Артур! Я знал что найду вас здесь, – произнес он с широкой улыбкой. Наклонил голову в знак приветствия Исабель и протянул руку магу.

– Здравствуйте, Адриан Скотт, какая неожиданная встреча, – удивленно пробормотал маг. – Я не ждал вас до завтрашнего утра.

– Да. Так получилось, что я прибыл на день раньше. Не сказать чтобы я зашел в таверну случайно, надеялся разыскать вас и не ошибся. А кто эта прекрасная сеньорита? – Адриан перевел взгляд на Исабель.

– Исабель Рамос, – представилась девушка, внимательно осматривая незнакомца. Как только он вошел в таверну, ей показалось в нем что-то знакомое, но нет, этого человека девушка видела впервые. Разве что ростом, фигурой и манерами слегка напоминал ей Лаэрта.

– Очень приятно! – вежливо улыбнулся ей незнакомец и повернулся к Артуру. – Раз уж мы с вами встретились, то зачем откладывать разговор и тянуть время? Все бумаги у меня с собой, и я могу уже сейчас их показать и всё объяснить.

– Но не в таверне же? – удивился Артур. – Здесь слишком шумно, да и чужие уши нам ни к чему. Давайте лучше пройдем на арендованное мной судно. Оно в порту, может, видели? «Черепаха». Там в каюте все спокойно и обсудим. К тому же мне надо проводить в порт сеньориту. Совместим в один букет всех зайцев. Как вы на это смотрите?

– Отличная идея, – согласился Адриан.

– А вы Исабель?

– Как вам будет угодно, – равнодушно проговорила девушка. – Проводите меня к моему другу и больше не смею вас задерживать.

– Что же. Прекрасно, – Артур поднялся из-за барной стойки, положил на нее несколько золотых монет, жестом подозвал бармена. Убедился, что тот заметил деньги, взял лежащую на столе шляпу, подал руку Исабель, помогая ей встать с высокого стула и, пропуская девушку вперед, направился к выходу. Адриан Скотт последовал за ними.