70

Когда-то я была им чертовски увлечена. Молодой красивый следователь приезжал к соседке, Анфисе Александровне, по поводу убийства кота. Она считала, кто-то отравил несчастное животное, написала заявление, а меня вызвали в качестве понятой.

Наш дом тогда только строился, я приехала на участок посмотреть, как идёт работа. А Даниловский вынужденно заменял коллегу — это было не его дело.

Так мы и познакомились. Он только развёлся, я — недавно потеряла ребёнка. Он в раздрае, я — с незаживающей раной в сердце. В то время мне казалось, что я осталась со своим горем один на один: у Нестерова было столько работы, а может, это был его повод справляться с потерей. Тогда я была на десять лет моложе и глупее — мне было непонятно его поведение, казалось, он на меня злится, ведь я не сберегла его сына, отгородился, отстранился, не желает меня лишний раз видеть.

Может, это было правдой, может, нет, но я была одинока и несчастна, и Даниловский тоже.

Наверное, это нас и сблизило. А потом как-то закрутилось.

Нет, до постели не дошло — даже десять лет назад я была не настолько легкомысленна. Но пришло время выбирать, принимать решение. Бесконечно это продолжаться не могло. Нужно было или уходить и разводиться, или говорить Даниловскому окончательное нет.

И я выбрала мужа.

Вот и вся история.

Потом мы как-то столкнулись с Даниловским, не знаю, случайно ли. И решили, что в принципе, можем, иногда встречаться. Общаться. Проводить вместе какое-то время. Короткое, незначительное, хоть обеденный перерыв, но не терять друг друга окончательно.

Я знала, что Нестеров, конечно, будет против, но считала, иногда мужу не стоит рассказывать всё. У каждого человека должны быть своя жизнь и свои маленькие тайны. Быть праведной скучно. Но собой за это не гордилась.

Как мимо меня проскользнул помощник Нестерова, вернее его зам, Матвей Пономарёв, и когда Нестеров разрешил ему приехать, понятия не имею, но в палате я застала именно его.

И разговор, конечно, шёл о работе.

Они, кажется, даже не заметили врача. Тот отдал выписку мне и ушёл.

— Матвей, прости, — вмешалась я, перебив зама на полуслове. — Жень, мы едем? Бумаги у меня. И палату, наверное, надо освобождать.

— Оль, я поеду с Матвеем, — встал Нестеров. — Спасибо за помощь. Ты поезжай отдохни. Я на работу.

Я развела руками. Что я могла сказать? Хорошо, работай, конечно.

И глупая мысль, но со вчерашнего дня я уже несколько раз подумала: как сложилась бы моя жизнь, если бы я выбрала не его.

Если бы выбрала Даниловского? Или просто ушла в никуда?

Выбрала себя, как сейчас говорят. Правда, когда женщина уходит от мужа с двумя маленькими детьми — о себе говорить не приходится. Дети сами себя не накормят, не оденут, в школу не запишут, в поликлинику не отведут.

Если бы я ушла десять лет назад, так бы и было. Но сейчас… сейчас совсем другое дело.

— Тём, — позвонила я сыну из машины. — Вы уже добрались?

— Да, а что? — удивился он.

— Папа поехал на работу, у меня тоже дела. Будь добр, загляни в сейф.

— В сейф?

— Да, в сейф. Проверь, там всё на месте. Ты же знаешь шифр?

— Конечно, — скрипнула кровать. Я его, наверное, разбудила.

Артём перезвонил минут через пять. Я, как обычно, стояла в пробке.

А жила бы рядом, ходила на работу пешком.

Через парк. Я посмотрела, там такой красивый парк.

— Проверил. Вроде всё на месте. По крайней мере, деньги лежат. Коробка с твоими серьгами и бриллиантовым колье тоже.

— Ну что ж, ладно, — вздохнула я.

Даже не знаю, из-за чего я расстроилась бы больше: что всё цело, или что нет.

Я отзвонилась Даниловскому, что новых зацепок у нас не появилось, и навигатор отправил меня прямиком к выбранному дому.