85 глава. Наивность и ее последствия

Диаросаль надоело все время сидеть в комнате. Чувствовала она себя неплохо и позвав служанку отправилась прогуляться по саду. Ей вернули мешочек с браслетами и шнурки, подаренные Соиледиалем. Поплакав, Диаросаль привязала шнурки к браслетам и убрала в мешочек. Она теперь постоянно носила его с собой. Хотя и не понимала, зачем они ей после предательства Грагара. Лучше, если бы она их выкинула и не рвала себе больше сердце, но она не могла, не только потому что на них было благословение духов, но и потому что... Просто не могла и все! Она старалась вообще не думать об орке, стоило начать думать о нем и она начинала плакать, а ей лекарь запретил волноваться, и она не думала, но получалось из рук вон плохо, поэтому она постоянно плакала. Вот опять слезы набежали. Не думать! Утомившись бродить среди пышных цветущих клумб, девушка присела в тени раскидистого дерева на скамеечку и раскрыла книгу, прихваченную ей из комнаты. Она ещё даже страницу не прочитала, когда на нее упала чья-то тень. Девушка подняла голову и подумала, что ей от усталости орки мерещиться начали.

Грагар хмуро рассматривал ее. Он был все такой же большой и красивый. Предатель! Диаросаль моргнула и лицо ее превратилось в непроницаемую маску. Девушка расправила плечи и медленно поднялась на ноги. Перед ним сейчас была гордая эльфийка, дочь владыки Восточных лесов, но Грагар видел её обиженные глаза и подрагивающие розовые губки, поэтому решил не напирать. Будь они в степи он бы уже взвалил ее на плечо и потащил в шатер, доказывать свою любовь. Но они не в степи, поэтому Грагар всего лишь протянул ей небольшую деревянную шкатулочку.

— Это твое, — глухо сказал орк, не спуская с Диаросаль глаз.

— Что это? — холодно спросила девушка, но шкатулку взяла, правда стараясь не касаться его пальцев. Приоткрыла крышку и заглянула внутрь. В следующую секунду, глаза ее расширились от ужаса и она с громким стуком захлопнула шкатулку, размахнувшись, девушка дала орку звонкую пощечину.

Диаросаль накрыло неконтролируемой яростью, обидой и болью. В шкатулке лежало ее украшение.

— Как ты посмел? Принести это... Как посмел прийти сюда? Стоять тут, как ни в чем не бывало? — орала девушка, заливаясь слезами, — Ненавижу! Ненавижу тебя! Обманщик!

Резко развернувшись, Диаросаль подобрала юбку и побежала к себе в комнату, давясь рыданиями. Грагар безропотно стерпел вспышку ее ярости, глядя несчастными глазами на убегающую девушку. Он возлагал большие надежды на свой подарок, но вместо радости, получил по лицу, недооценив степень обиды Диаросаль.

— Кхе, ну все не так плохо, — бодро сказал его отец, подкравшись сзади, он откровенно потешался над сыном всю дорогу до дворца, а когда будущий родственник рассказывал, как нужно ухаживать за эльфийками, Ррагар ржал, как эльфийский тяжеловоз.

— Думаю лучше пока дать Диаросаль немного времени успокоиться, — сказала будущая теща, нервно поглядывая на орка, она, как хорошая мать не могла оставить дочь наедине с мужчиной и вызвалась проводить орка в сад, где гуляла Диаросаль. Грагар понуро кивнул, хотя в душе был совершенно другого мнения. Он не какой-то там эльф, чтобы смиренно сидеть и ждать, он орк, а орки не ждут, они берут то, что считают своим, но спорить и упираться не стал. Ррагар посмеиваясь похлопал сына по плечу и ушел в выделенные ему комнаты, а Грагар пошел искать Эрдериэля, а когда нашел, прижал его к стенке, требуя выдать ему музыкальный инструмент. В план ухаживания входили любовные письма или исполнение любовных баллад, но так как писать Грагар умел только на орочьем языке, решил ограничиться песнями, потому что не был уверен, что Диаросаль разберёт его каракули. Как только на эльфийскую столицу опустилась ночь, он, пошел искать окна, за которыми пряталась его ненаглядная.

Диаросаль наплакавшись, уснула, прижимая к груди коробочку с украшением. Проснулась она уже, когда было совсем темно, от жуткого чувства голода. Позвала служанок, чтобы помогли ей раздеться и принесли поесть. Присев за столик у окна, намытая и переодетая в лёгкое платье для сна, девушка с нетерпением ожилала, когда ей принесут еду. Ела она в последнее время только мясо и сыр. Только от них ее не воротило.

Диаросаль жевала с несчастным видом кусочек сыра. До нее только после сегодняшней встречи с Грагаром дошло, что является причиной и ее плаксивости последнее время, и недомогания, и появление безумных желаний, как, например, нанюхаться конского навоза, которое привело ее в откровенный шок, и конечно нелепого запрета на использование магии. Изменение вкусовых пристрастий у эльфиек происходит на ранних сроках беременности, тогда же начинаются резкие скачки настроения и часто наблюдается повышенная сонливость и общая слабость. А магией, ей запретили пользоваться, чтобы она не узнала о своем положении, видимо отец запретил говорить ей. Осознание коварства самых близких, вызвало в душе горькое чувство обиды. Почему они ей не сказали?

Чтобы быть полностью уверенной в своих подозрениях, Диаросаль приложила руку к животу и проверила таки себя магией, после чего долго плакала, смеялась от счастья и снова плакала, ругая орка и собственную глупость, потому что наивно полагала, раз она не замужем, то и забеременеть не может, хотя как образованный лекарь знает откуда дети берутся.

Успокоившись, девушка вышла на балкон, полюбоваться на звёзды, которых почти не было видно из-за высоких крон деревьев, и подумать, как ей жить дальше. Орк здесь, но она не собирается его прощать. Тем более теперь, когда у нее под сердцем растет малыш. Диаросаль мстительно подумала, что хорошо было бы родить и не сказать Грагару об этом. Пусть мучается! У него есть ребенок, а он об этом никогда не узнает!

— Глупость какая, — всхлипнула Диаросаль. Никогда она так не поступит. Забравшись с ногами в кресло девушка сидела в темноте и слушала, как шумит ветер в кронах деревьев, представляла, какой она будет, когда у нее вырастет большой живот. Гадала на кого будет похож ее малыш.

Но вскоре в ее мысли ворвался странный брякающий звук. Диаросаль поморщилась.

— Кто же так издевается над музыкальным инструментом? — тихо вздохнула девушка.

В следующее мгновение, она поняла кто и волосы на затылке зашевелились от нехорошего предчувствия.