Глава 28.

– Вить, яблоки и апельсины забыли купить, – восклицает мама, выбегая на крыльцо в одном платье и домашних шлепанцах.

– Да кому они нужны? – отмахивается отчим, загружая багажник машины алкоголем.

– Как это, кому?..

Я подаю ему две бутылки шампанского и возвращаюсь к крыльцу за красным и белым вином.

– Мам, простынешь, зайди в дом.

– Сашка, беги в магазин к Антоновым, у них должны быть фрукты! – говорит мама решительно и взмахом руки зовет меня в дом.

Вынимает наличку из кошелька и сует в руки объемную сумку.

– На всякий случай еще салфеток бумажных купи пару упаковок, в кафе постоянно их не хватает.

– Хорошо.

Застегиваю куртку, шапку надеваю и проверяю, в кармане ли перчатки.

У нас в Кочеренково гораздо холоднее, чем в городе, и зима приходит стабильно на две недели раньше, а уходит, соответственно, позже. Но зато воздух чище, и деревья выше, и время не летит, как сдуревшее.

Выбежав за ворота, прикрываю калитку и торопливо шагаю по вычищенной от снега тропинке к узкой дороге, на которой зимой действует только одна полоса.

– Здравствуйте, теть Вера! – подняв руку, кричу соседке через дорогу.

Глядя на меня поверх невысокой калитки, она сначала пытается рассмотреть, кто с ней здоровается, а затем активно кивает головой. Узнала.

– Шур, ты, что ли? Не признала сначала, – толкает калитку и выходит за ограду, – на юбилей приехала?

– Ага, – отвечаю, не останавливаясь.

Времени на разговоры совсем нет. Через час в кафе уже начнут собираться гости, а мне еще в магазин успеть надо и переодеться к празднику.

– А ты… это… – выходит к дороге и словно намеревается меня догнать, – чего спросить-то хотела? Как дела твои… в городе?..

Сощуренные маленькие глазки блестят любопытством, и меня внезапно осеняет. Она в курсе тех слухов, что обо мне Даня пустил.

– Все отлично, тетя Вера! Работаю! – стучу ладонью по своему запястью и извиняюще улыбаюсь, – тороплюсь очень!.. Завтра поболтаем, хорошо?

– А, ну, хорошо!.. – останавливается у обочины, – забегай, поболтаем.

Иду вдоль дороги, ускоряя шаг, сворачиваю в узкий проход между участками и оказываюсь на главной улице, протянувшейся вдоль федеральной трассы. Пробегаю еще метров триста и подхожу к местному магазинчику «Людмила». Звякнувший над дверью колокольчик привлекает внимание хозяйки заведения, тети Люды Антоновой.

– Здрасти, теть Люд, яблоки и апельсины есть?

– Ой, Сашка! Привет! Приехала, что ль, на праздник?

Когда-то и у моей мамы был небольшой продуктовый магазинчик. Дядя Витя пошел на поводу ее желания – построил его во дворе нашего дома и даже заказал в городе красивую вывеску с маминым именем на ней – «Надежда». Поначалу дела шли неплохо. Народ шел, и отчим наладил поставку самых необходимых продуктов раз в неделю.

Однако примерно через год Антоновы тоже открыли магазин с более удачным расположением у федеральной трассы. Наша «Надежда» не выдержала конкуренции и закрылась. Но отношения, не смотря на это, с тетей Людой у мамы не испортились.

– Да,– киваю я, – мама фрукты забыла купить…

– Сейчас… подожди, – подмигивает она и разворачивается в сторону подсобки, – я тебе самых свежих взвешу.

Пока она набирает яблоки и апельсины, дверь за моей спиной открывается и пропускает еще покупателей. Со всеми здороваюсь, коротко отвечаю на стандартные вопросы. Обещаю отчиму поздравления передать.

– Как дела-то?.. Кем работаешь в городе? – спрашивает одна из покупательниц.

– Медсестрой, – отвечаю, улыбаясь.

Та, послав второй посетительнице ироничный взгляд, хмыкает в кулак. Я не дура, сразу понимаю подтекст ее вопроса, но рекции не даю. Когда я ехала домой, твердо решила, что ни перед кем оправдываться не стану. Те, кто знают меня достаточно хорошо и кто с уважением относится к моей семье, таким слухам никогда не поверят.

– Хорошая лаборатория, – дополняет тетя Люда, складывая мои покупки в пакет, – ее рекламу постоянно по телевизору крутят.

Забираю тяжелую ношу и, попрощавшись, выхожу из магазина. Правду мама сказала, вся деревня теперь шепчется, что я в городе не пойми чем на жизнь зарабатываю. Даня все еще злится на меня и продолжает распространять слухи.

Празднование юбилея отчима проходит тут же, на центральной улице, в кафе «Созвездие». Приглашенных человек пятьдесят. В основном, это местные, коллеги и его немногочисленные родственники, но приехали и несколько гостей из города – родная сестра дяди Вити с семьей и двоюродный брат с женой.

Тетя Света, мама Данила, тоже здесь. Мама сказала, что не смогла ее не пригласить, хотя и позаботилась о том, чтобы мы с ней сидели на разных концах стола.

– Я вчера видела, как Данька Маринку на своей машине вез, – проникает в ухо шепот Лены, племянницы дяди Вити.

– Ну и пусть, – веду плечом, в душе радуясь, что Даня не стал терять времени.

Эта Марина, его одноклассница, давно по нему вздыхала. Видимо, настал ее счастливый час.

– Говорят, их часто вместе теперь видят, – добавляет таинственным тоном.

– Я за них рада.

На несколько минут, на время, пока звучат тосты, поздравления, и вручаются подарки, Лена от меня отстает. Но едва все снова усаживаются за столы, тут же атакует мои уши.

– У тебя что нового? Я слышала, вы с Данькой по твоей инициативе расстались?

– Да, расстались, – отвечаю без конкретики.

Она двигает стул ближе и прижимается ко мне упитанным боком. Разбалтывая в бокале красное вино, склоняется так, что моей щеки касается ее теплое дыхание.

– Дядя Витя говорит, у тебя ухажер городской?..

Я нервно облизываю губы и ловлю на себе напряженный мамин взгляд. Недовольно поджав губы, она смотрит то на меня, то на Лену. Ободряюще улыбаюсь.

– Да, он верно говорит.

Ерзая на стуле, она жмется еще ближе, склоняет голову и пытается загляднуть в мои глаза.

– Достойный?.. Симпатичный?.. С нами знакомиться привезешь его?..

– Вряд ли…

– Слушай, давай воздухом подышать выйдем и поболтаем, – предлагает, заметив прицел маминых глаз.

Взглядом заверив маму,что все в порядке, поднимаюсь из-за стола и иду за Леной на выход. Разбивая своей массивной фигурой толпу, она движется по залу как ледокол. Я семеню за ней.

Накидываем куртки в гардеробе и выходим на мороз. На улице людно. Мужская половина гостей дяди Вити, молодежь из основного зала.

Вынув из кармана пачку сигарет, выбивает из нее одну и прикуривает от зажигалки.

– Ты же не куришь?.. – спрашивает, убирая сигареты в карман.

– Нет.

– Правильно… Там, в городе, говорят в моде сейчас здоровый образ жизни.

Зажав сигарету губами, застегивает куртку под горло и надевает капюшон. А затем, выпустив дым изо рта, цепко на меня смотрит.

Она неплохая. Возможно, грубовата бывает, но не подлая и за спиной сплетни разводить не станет. А за родственников своих и вовсе глаза выцарапает.

– Что за парень? Тетя Надя сказала, вроде, знает его.

– Да… он из той деревни, в которой мы раньше жили. Из Еловки…

– Деревенский, что ли?..

– Нееет, – смеясь, кручу головой, – уже давно нет…

Видела бы она его!

В этот момент на площадку перед кафе лихо залетает серебристый седан и, визжа покрышками, резко останавливается прямо перед нами.

– Ммм… а вот и брошенка наш приехал, – бормочет Лена, делая очередную затяжку.