Глава 21

Никаких «Вы». Она всегда переходила на «ты», когда была под эмоциями. И сейчас она поглощена ими, хоть и не показывала. Знал, что на её душе бушует шторм, который погасить будет тяжело.

— Думала, ты способен хоть что-то чувствовать. Оправился после той потери. Может, был готов впустить в свою жизнь кого-то ещё. Ошиблась. Ты — не человек, раз не умеешь чувствовать. Разве ты не считаешь себя предателем, который отдал ребёнка, к которому сам проникся? Она вела себя спокойно только с тобой, хоть и поначалу. Это был огромный знак доверия. Но ты предал её. Так поступают только чудовища. Самые настоящие. Безэмоциональные, погрязшие в равнодушии. Я была о тебе другого мнения, до конца надеялась, что ты не такой. Но нет. Снова ошиблась.

Она встаёт с места, и, прикрывая на мгновение глаза, шумно выдыхает.

А я молчу. Потому что не знаю, что ответить. Всё было так, как она и сказала. Я — чудовище. Да, Эрика мне понравилась. И я так просто с ней распрощался. С виду. Я не показывал своих эмоций никогда. И сейчас было не исключением. Но на душе больно.

И каким бы животным я не был, тоже чувствовал.

И любые слова могут доставить мне боль. Даже эти.

Особенно эти.

Девушка взмахивает своими тёмными волосами и скорее удаляется из кухни, оставляя меня одного. Вот и всё. Разговор окончен. Исход был предсказуем с самого начала. А на что я рассчитывал? Что сейчас увижу её, и она бросится мне на шею, прося успокоить? Такого не случится.

Отстраняюсь от столешницы и возвращаюсь обратно в кабинет.

Никогда не думал, что буду чувствовать это, но… Я испытывал беспокойство. За Эрику. Меня раздирало любопытство, что сейчас с ней было. Как она реагировала на новую семью? Было ли ей комфортно? Не знал. Я вообще старался не интересоваться её жизнью.

Сев за стол, откинулся на спинку кресла, проверяя почту. Делал это рефлекторно, ожидая ответа от Ройса.

И как же сильно я удивился, когда мне уже пришло от него письмо. Быстро.

Открыв его, нахмурился. Во вложениях висело несколько фотографий. Не это я просил узнать, совершенно.

Первая фотография заставила испытать меня лёгкий шок. Все данные о матери мелкой.

Которую я, оказывается, знал.

Плохие догадки посетили голову, и я, не раздумывая переключил картинку.

Облегчённо выдохнул, когда в свидетельстве о рождении Эрики увидел прочерк в графе «отец». Зато узнал её настоящее имя: Летти.

Оно всегда ассоциировалось у меня с летом. Цветами. Морем. И свободой. Сам не понимал, почему. Но оно ей очень подходило: такое же нежное и солнечное. Дающее энергию хотеть жить дальше.

И что хотел показать мне этим Ройс? То, что у неё нет отца?

Взгляд невольно цепляется за третью фотографию, которую я заметил не сразу. И снова напрягаюсь, потому что тот червячок сомнения, глубоко засевший в груди, начал шевелиться с большей силой.

Открываю фото, вчитываясь в текст.

Этого я не ожидал абсолютно. Фото с пометкой «оригинал», доказало, что мои опасения оказались правдой.

Первое было липой, как написал Ройс. Не знаю, как она сделала это и зачем, но сейчас меня волновало совершенно другое.

Откинувшись на спинку кресла, ладонями протёр лицо, запуская их в волосы. Бред. То, что там написано — полный бред.

Хотя он не мог быть им. Потому что я знал — ВерОника могла сделать всё, лишь бы сохранить часть меня рядом с собой. И неважно: буду ли это я сам, или же то, что принадлежит мне.

И даже тогда она не остановилась, зная, что я был против. Она пошла против моего приказа. А я не проконтролировал ситуацию, потому что на тот момент мне было не до этого — меня волновал вопрос мести. Тогда я был поглощён только им и совершенно упустил тот момент, когда Вероника скрылась с поля моего зрения.

С моим ребёнком.

Эти слова эхом разносятся в голове, и я не могу поверить в то, что у меня есть.

Всегда мечтал о детях. Но только не о своих, а сестры. Ждал, когда они со своим возлюбленным обрадуют меня, но она не успела. Отправилась на тот свет, оставляя меня одного.

Своих заводить не хотел, потому что был не готов к этому. Слишком большая ответственность. Слишком огромная боль от потери.

Да и не было претендентки. Точнее, она была, но не та, кого я хотел. Всё получилось спонтанно, и я не думал, что Вероника пойдёт на такой шаг. Обман. Она за него и заплатила.

Рассказала бы мне обо всём сразу, сейчас бы ходила по земле, вдыхала свежий воздух, стоя под палящими лучами солнца.

Не судьба.

А теперь… Я дышал и знал, что где-то в чужой семье рос мой ребёнок.

Потому что там, на фото, в графе «отца», написано моё имя.