Эпилог 2

Марта

А жить мы обоюдно решили в современном коттеджном поселке, в небольшом домике с панорамной гостиной. А наш переезд и ремонт…Это отдельная история, о которой я предпочла бы не рассказывать, ибо мне нельзя волноваться, а ребенку слышать бранные слова.

Но все же он их, наверно, выучил, находясь в утробе, ибо беременность и Андрей Соловей – это нечто. Мне нельзя (со слов мужа) лишний раз вставать, передвигаться, он носится как метеор, предугадывая любое мое желание, мы долго бились за мое право работать, но после одной моей истерики с крокодильими слезами он сдал позиции. Беременным же нельзя волноваться. Тем паче плакать. Он бы и няньку нанял для меня, но снова увидев накапливающиеся слезы, сказал, что это дурная затея. Но при этом подговорил все мое окружение следить за мной, установил специальные GPS программы на все мои гаджеты, чтобы знать, где я нахожусь. Я хоть и наслаждаюсь беременностью, потому что она на удивление протекает идеально, но мечтаю побыстрее родить, чтобы избавиться от гиперопеки моего мужа.

И, очевидно, сама судьба благословила нас, потому что спустя девять месяцев срок в срок на свет появляется итог нашей любви: маленький мальчик, вылитая копия своего папы, который одной своей улыбкой озаряет наши поломанные души, которые мы с Андреем склеили, как смогли. Сына мы единодушно назвали в честь человека, который подтолкнул нас друг к другу и поступился своим собственным счастьем – Федором.

Его я, кстати, так больше и не встретила в своей жизни. Краем уха только слышала от общих знакомых, что у него не самая простая история отношений, однако все в итоге сложилось, как надо, и он даже стал многодетным отцом. Я очень рада за него, правда. Потому что до сих пор вспоминаю тот эпизод из своей жизни со слезами и стыдом. Но, как говорится, ничего не происходит просто так, да и стоит признать, что наша встреча не была напрасна. Каждый раз вспоминаю и его имя, когда коряво молюсь высшим силам о благополучии нашей семьи и здоровье сына.

– Марта, ты слушаешь меня? – обеспокоенно спрашивает Андрей. – Ты сегодня сама не своя. Что-то случилось? Где-то болит? Или не выспалась? Может, тебе пойти отдохнуть? – посыпались вопросы от моего мужа, как горох из прохудившегося мешка.

Помните, я надеялась, что рожу и Соловей отпустит вожжи своей гиперопеки? Черта с два! Просто сейчас он переживает за меня и сына, а переживаниями за последнего донимает меня. Однако, педиатр не разделяет моих печалей:

– Вам невероятно повезло с мужем и папой. Такой внимательный, так беспокоится о сыне, во всем хочет участвовать. Давненько я не встречала таких пап.

Конечно же, я согласна с ней полностью. Андрей – идеальный муж и отец, с этим не поспоришь. И мне невероятно повезло, что однажды мы оказались с ним на одном озере…

– Андрей, как думаешь, два это лучше, чем один? – спрашиваю я неожиданно, глядя на то, как наш одиннадцатимесячный сын катает машинки, разбивая башенки, которые мы только что построили с его отцом.

– Смотря что ты имеешь в виду… Ты меня пугаешь, малышка…

– А то, что я беременна, Соловей! И у нас близнецы!

Какое-то время Андрей глядит на меня широко распахнутыми глазами, а потом резко подхватывает меня на руки, кружит по комнате:

– Малышка, ты только что снова сделала меня самым счастливым человеком! Я вновь стану отцом!

– Вчера ночью ты говорил мне, что ты – самый счастливый человек на свете! Врал что ли? – бурчу я. Ну вот, здрасьте, гормончики, проходите, чего как неродные.

– Нет, просто сейчас наше счастье в двойном размере, – и смотрит на меня влюбленными глазами. – Я люблю тебя, вас. С каждым днем все больше и больше.

– И мы тебя любим от земли до луны и обратно.

В этот момент Федор решает, что пора бы ему присоединиться к сумасшествию родителей, встает и идет к нам, делая свои первые неловкие шаги, чем доводит не только меня, но и отца до слез радости.

P.S.: спустя десять лет этот засранец (да простит меня любимый муж!) признался, что соседка Игореши никогда не зацветет. Я сначала разозлилась за розыгрыш, но потом освежила в памяти обстоятельства, при которых был подарен цветок, и была тронута до слез. Определенно, Андрей полюбил меня еще раньше, просто очень запутался во всем происходящем. Но я безмерно благодарна за то, что он ни разу не нарушил данное мне слово: он бережно хранит мое сердце и по сей день.