Глава 22

Глава 22.

Я иду  за  ними  по  пятам. Не хочу оставлять Тиграна с папой один на один. Я просто не могу представить, что  он  будет  ему  говорить. Навешает лапшу на уши, как мне, или извинится за свое поведение…  Не знаю, но чувствую, что если они останутся вместе, то пропущу что-то важное. Тигран спокойно  показывает  комнату  отцу. Там тоже есть ванная.

— Эта гостевая. Потому все чистое и свежее, можете использовать все что нужно, — его голос расслаблен, как и поза. Только взгляд напряжен — ему не нравится, что я тут.

А я мысленно злорадствую. Так тебе!... Будешь знать, что я тебе жизнь не буду облегчать, и просто так с отцом моим не будешь говорить.

— Спасибо, Тигран. Рад, что возле дочери оказался такой защитник и помощник, — неожиданно выдает отец, и у меня язык к небу прилипает от волнения.

Это он о чем?

Какой защитник?

От кого меня тут надо защищать, так это от него… Но я молчу в шоке. А  Тигран,  наоборот,  повеселел. Даже хмурость во взгляде ушла. Появился азартный блеск, который так и говорил мне: «Простишь. Даже твой папа за меня». Я хочу закричать в ответ, что ничего ему не светит, но молчу. Лишь иронично приподнимаю бровь.

— Ладно, молодежь, я все понял. Скоро спущусь, — отец напрямую уже намекает, что пора бы его оставить.

Тигран  кивает  и  подходит  ко  мне  близко, касаясь  плеча. От  этого  легкого  прикосновения  меня пронзает разрядом, я дергаюсь, как от оголенного провода. Выскакиваю за дверь, несусь в кухню, чтобы заняться готовкой, сбросить это напряжение, надеясь, что Тигран не пойдет за мной.

Но  нет. Он идет следом и вновь заводит этот разговор:

— Эмилия. Не веди себя, как ребенок. Давай нормально поговорим.

— Я еще и ребенок?! — возмущаюсь и даже притормаживаю, чтобы посмотреть в наглое лицо парня.

— Да.

Злость вновь поднимается во мне. Как у него хватает наглости мне такое говорить? И этот человек еще хочет со мной наладить отношения? Желание отбивает сразу.

— Я до этого с тобой не хотела говорить, а после этих слов — тем более.

Разворачиваюсь и иду туда, куда направлялась. Влетаю, как фурия, в кухню, достаю все из холодильника и разогреваю еду. Из рук все валится, посуда гремит так, словно сейчас разобью к чертям все. Тигран подходит и забирает нож из моих рук. Даже не сопротивляюсь, нож легко выскальзывает их моих пальцев.

— Эмилия… — тихий шепот Тиграна бьет по моим нервам.

На долю секунды приятно, а потом меня наполняет негодование и злость. Лютая злость, с которой не могу справиться. Я на пределе и не готова к разговору, не готова даже видеть парня.

Но вдруг злость проходит. Все тело словно сковало, ноги не двигаются и даже губы не шевелятся. Меня накрывает странной волной, которая проходит через все тело. Как тогда, в амбре. Когда он касался меня и целовал так, что подгибались коленки.

— Послушай… — его губы касаются моего плеча, и мои ноги подкашиваются.

— Нет… нет. Нет….

Я отпрыгиваю от него и мчусь наверх, налетая прямо на отца.

— Дочь, ты как от черта несешься…

— Я просто забыла, что мне должны позвонить. Я скоро. Все на столе.

Я убегаю в свою комнату. Черт, какая моя комната? Это все принадлежит Тиграну. Моего тут ничего нет. Дышать сложно. Но и простить его я не могу. Хоть сердце колотится в одном ритме с его. Не могу. Не прощу. Больше на эту уловку я не попадусь. Не дам слабину.

Я мечусь по комнате, собирая вещи, и ловлю себя на том, что просто перекладываю их с места на место. Слышу голоса на улице и выглядываю в окно — Тигран с отцом пошли к нам на участок. Без меня. Черт, я слишком загоняю себя. Просто мне обидно, и как теперь быть с Тиграном — не знаю. Руки тянутся к нему, сердце неумолимо бьется, а голова протестует. Сложно совладать со своими эмоциями. Все еще слишком кровит и сочится внутри, даже не думает затягиваться.

Я тороплюсь вниз, забывая, что босая, надеясь, что Тигран еще не успел начать без меня обещанный разговор. Догоняю их, когда они уже почти возле входной двери.  

 — …Да, досталось нехило. Но я уже звонил в страховую, приедут сегодня все осматривать. Но я уверен, что пожар — не наша вина.

— Главное никто не пострадал, — вклиниваюсь в разговор, и на меня обращают внимание сразу две пары глаз.  

— Точно.

К дому Тиграна подъезжает машина, и я понимаю, что это Леша. В груди начинает пылать. После его звонка становится не по себе. Он для чего приехал?

Перевожу взгляд на Тиграна и пытаюсь понять, ждал он его или нет? Леша выходит из машины. Тигран хмурится.

— Здравствуйте, — Леша входит в ворота и протягивает руку моему отцу.

— Привет, Алексей. Спасибо, что был с Эмилией.

Я слышу, как Тигран тяжело выдыхает, и перевожу взгляд на него. Он сжимает кулаки, но дыхание равномерное — держится. В отличие от меня. Я потерялась от слов папы. Откуда он это знает? Кто ему рассказывает?

— Пойдем, пап. Я покажу, что в доме.

Хватаю его под руку и веду подальше от парней. Это не мои проблемы. Это не мои дела, пускай сами разбираются между собой.

— Эмилия, я тебя подожду тут. Переговорю о делах с Тиграном, — говорит Леша.

А у меня кулаки сжимаются. Папа смотрит на меня, но молчит, утягивая в дом.

— Дочь, ты мне расскажешь, что там происходит? И о чем хотел поговорить со мной Тигран? Не о Леше? — он бьет прямо в цель.

— Пап. Это не стоит внимания. Так…

— Так? — отец немного шокирован моим ответом, но опомниться не дает. — Просто так не смотрят двое друзей друг на друга. Как враги. Что произошло?

— Ну, пап… Я не хочу говорить об этом.

— Нет, расскажи.

Мы входим в дом, и я надеюсь, что папа отвлечется.

— Папа, а где мы будем ночевать сегодня?

— Ты тему не переводи. Рассказывай!

 Я закусываю губу, не хочу говорить, но вижу пронзительный взгляд отца и понимаю, что расспроса мне не избежать. А то, что он может еще и маме все рассказать, вообще пугает. Эх, их бы внимание к моим проблемам, когда я в детстве захлебывалась слезами. А сейчас я уже взрослая и сама могу разобраться.

— Это сложно все рассказать...

— А ты не стесняйся, — мы проходим в кухню, и голос папы резко прерывается.

— Эта комната и моя — самые пострадавшие. Зал залит. Твоя и гостиная более или менее в порядке.

— Хорошо. Но ты отвлеклась.

Черт…

— В общем. Мы тут с Тиграном воевали, пока все же не нашли общий язык. Как-то само собой получилось.

— А Леша тут причем?

— Ну они поругались, потому что Леша стал уделять мне слишком много внимания. Потом приехала Светка и сказала, что беременна от Тиграна и вообще они планировали пожениться…

Папа остановился, а у меня внутри все сжалось, и привкус горечи на губах от моего рассказа.

— Светка — эта та твоя подружка детства? — он приподнимает свою бровь и пристально смотрит на меня.

— Да, — непонимающе смотрю на отца — он же должен ее помнить.

— А ты уверена в ее словах? Эмилия, не в обиду тебе, но она легкомысленная девушка. Мы всегда с матерью переживали, что она втянет тебя в какую-нибудь неприятность. Я бы не стал верить ее словам.

— Пап… — я разглядываю пол, потому что стыдно смотреть ему в глаза. Неприятно слышать такое о подруге, которая меня всегда выручала. Но и понимаю, что он прав. — Я знаю про нее больше твоего. И у меня всегда была голова на плечах. Но она не знала про нас, а Тигран мог рассказать, если бы хотел. Мы бы нашли, как выйти из этой ситуации…

— А как ты узнала про свадьбу и ребенка?

— Мы увиделись со Светкой в кафе, она сказала, что приедет ее кошелечек и за нас заплатит. Я хотела уже уйти, но увидела Тиграна. Думала, что он меня нашел или увидел, потому что мимо приезжал. А оказалось, он не ко мне, а к ней приехал. А она радостно бросилась ему на шею и сказала о беременности.

Я вновь переживала все эти моменты, на глазах появились слезы. Папа стискивает в своих объятиях.

— Успокойся, дочка. Не рви душу. Послушай, что я скажу. — Я стараюсь перестать всхлипывать, прислушиваясь к его голосу. — Эта история очень мутная с твоей Светкой. Я бы ей не верил, что касается беременности. Что касается Тиграна, то могу сказать так: он просто хотел разобраться в этом всем сам и не думал, что получится как получилось. Он изменился, стал ответственным, самостоятельным. Армия его исправила, дочка. Он бы не стал просто так от тебя что-то скрывать. Поговорила бы ты с ним, и все встало бы на свои места.

— Не могу, пап. Понимаешь? Не могу…

— Просто не отталкивай его и не груби. Я же вижу, что тебе хоть перчатки давай. Изобьешь так, что живого места не останется. — Папа прав. Но я и так знаю, что мне нужно время. А Тигран не дает его. — Но Лешка тебе не пара. Этого баламута я сам буду гнать, он как твоя Светка. Два сапога пара.

Мне становится смешно — папа прав, и уже не плакать хочется, а смеяться.

— Пошли дальше смотреть. И ты мне так не ответил, куда пойдем ночевать? Только не у Тиграна… Пожалуйста…

Он трепет меня по макушке:

— Я думаю, страховая все возместит, — раздается голос Тиграна позади меня.

Я смотрю на папу, он лукаво мне улыбается. После разговора я немного по-другому смотрю на эту ситуацию.

— Я оставлю вас. Все равно ничего не понимаю тут, — отмахиваюсь от них, разворачиваюсь и ухожу.

— Леши уехал, — предупредил Тигран.

— Ничего. Я ему позвоню, — в том же тоне отвечаю и подмигиваю папе.

Он лишь крутит головой и его жест так и кричит: «Ну, Эмилия, только что ведь говорили…»

Я выхожу на улицу и вижу, что машина Леши на месте. Тогда к чему так сказал Тигран? Или Леша вернулся?