Глава 44. Катя

– Я разберусь.

Короткая фраза, и я вижу, как он убегает. Точнее, разворачивается и быстрым шагом удаляется в сторону, куда ушёл Макар. А я так и остаюсь прижатой к холодной стенке, с бешено колотящимся сердцем.

Рука невольно поднимается и касается припухлых губ. Мне кажется, я сейчас задохнусь. Потеряю сознание. Но не от волнения. От обиды… Обиды, что нас вновь прервали.

Ну почему все должно быть именно так? Почему обязательно приходится выбирать, прятаться, отказываться от этой части моей жизни? Что за злой рок преследует меня?

Сначала Уваров, что навешал мне лапши на уши. Обхаживал несколько месяцев, пока Женя ездила на похороны бабушки и для оформления наследства.

Потом он добился своего. Ещё бы! Как я могла устоять перед самым популярным парнем универа? Та Катя никак. Та Катя всеми силами пыталась стать самой лучшей и самой хорошей.

Для родителей, для преподавателей, для тренеров и даже однокурсников, которым до меня не было никакого дела. Но проблема в том, что я не хорошая.

Я не собираюсь больше делать то, чего не хочу, ради других. Меня достало, что приходится сутками зубрить законы и делать вид, что юриспруденция – это будущее дело всей моей жизни.

Меня достало это постоянно зудящее чувство внутри, что я недостаточно хороша для чего-то или кого-то. Все просто. Сначала я, а потом другие.

А я хотела сказать тренеру, что не собираюсьбольше по ночам выть в подушку. А хочу… Его хочу!

Руки сжались в кулаки, кровь прилила к лицу,и вообще, внутри все восстало. Против правил, против тех, кто столько лет пользовался мною. Против ограничений!

Юношеский максимализм, сказали мне родители, когда я как-то купила, по их мнению,слишком короткую юбку. Видели бы они меня сейчас.

Где-то вдалеке хлопнула дверь. Сквозь пелену не пойми откуда взявшихся слез смотрела на приближающихся девочек. Маргоша и Ирма оглядывались, но, как поняли, что в конце коридора я одна…

Они подошли, пристально рассматривая меня. Маргоша была непривычно тиха. Она, на удивление, молчала, тогда как на лице Ирмы появилась горькая усмешка:

– Я так понимаю, тайна лунной призмы раскрыта? Ну что, дала она тебе силу?

Непонимающе уставилась на девушку и даже икнула. Зато плакать перестала. Маргошахмыкнула:

– Товарищ капитан, она не смотрела популярных мультиков в детстве. Училась,небось. Перевожу на русский: целовались, и он все понял?

Замялась. Теперь обсуждать такое было очень странно. Мы же ни разу не говорили о себе в открытую. Точнее, о своих тайнах. Так… Завуалировано.

– Кажется, да.

Я покачнулась и на руках подтянулась до подоконника. Уселась на него, а девчонки с тяжёлыми вздохами присоединись к этому странному празднику жизни.

– И что теперь будет?

Маргоша задала этот вопрос таким голосом, словно не меня спрашивала. Как будто ответ был нужен от каждой по очереди. Но выделилась, как всегда, Ирма:

– Секс, скорее всего.

– Ирма!

Маргоша негодующе воскликнула, а я покраснела до ушей. Стыдно признаться, но сейчас больше всего на свете я хотела именно секса. Мне казалось, что он позволит мне наконец-то снять градус напряжения.

– Что Ирма? Ты на них посмотри. Житья не стало. Что один, что вторая, как два спермотоксикозника. Уже вся команда шепчется. От вас искры летят во все стороны, и давным-давно народ болтает. И ради чего устраивать комедию? Нет, конечно, в открытую не стоит, но у тебя же одиночка. Ой, ладно, не маленькая, разберёшься. Главное, предохраняйся. Кто застукал-то вас?

– Макар.

Заметила, что после фразы «предохраняйся» Маргоша как-то странно дернулась. Ну и я едва не свалилась с пьедестала. В смысле, шептаться? В смысле, в открытую не стоит?

Но пока я возмущалась и пыталась осознать сказанное, Ирма рассмеялась. Она так залихватски заржала, что мы с подругой вздрогнули. Воистину сегодня день странностей.

– Макар! Это ж надо. Я только его застращала, думая, что он больше и вякнуть не сможет, так тут такое потрясение. Ему надо прочитать историю о том, что такое не везёт и как с этим бороться.

Ну, отчасти я была согласна. Макар раз за разом оказывался не в самых лучших местах. Особенно в том, что касалось меня и тренера.

Улыбнулась. Наконец-то улыбнулась, а про себя подумала, что справлюсь. Осталось только узнать, что думает насчёт открывшегося Иван Васильевич.

Потому что я сколько угодно могла давать бой условностям, но мне был нужен он. Я хотела услышать от него, что теперь тренер думает по поводу случившегося и на что он готов…

Все втроём замолчали. Сложилось ощущение, что сейчас каждая думала о своём. О чём-то дальнем, неземном, о чём-то близком и родном.

– Он что, за Макаром стартанул?

Ирма снова нарушила тишину, задумчиво пялясь на лестницу. Ума не приложу, почему она нас поддерживает. Ну, то есть… Все равно не понимаю!

Я рассчитывала на то, что после новогоднего сабантуя она спокойно отойдёт на второй план. Что все останется так, как было: она меня не замечает, я не обращаю на неё внимания.

Но, на удивление, обе девушки оказались втянуты в мою не совсем простую историю. При этом собственные развивались не менее драматично.

Покосилась на Маргошу. Девушка была бледной. Я бы сказала, совсем не в форме. Я ее спрашивала несколько раз, в чем дело, но она лишь отмахивалась. Говорила, что не собирается в больничку загреметь, как некоторые.

– За Макаром. Поговорить, наверное, хочет.

– Мозги вставить на место. Хотя парень ещё не потерян для общества. Переболеет. Думаю, ты ему просто нравишься, как и Егору.

Едва не свалилась с подоконника. Покосилась на Ирму, что все ещё загадочно ухмылялась.

– С чего ты взяла?

Та закатила глаза и принялась рассказывать,как будто объяснялась с очень тупым ребёнком.

– Считай, закон джунглей. Во-первых, тебя выделил тренер. А это уже показатель того, что ты ого-го! ХЗ в чем, но ого-го. Во-вторых, ты из себя неприступную строишь, а запретный плод сладок. Егор, как капитан, позарился для утверждения своего авторитета, а Макар… Макар просто слишком молод и романтичен. Типа за компанию.

Смутилась. Кто бы мог подумать, что серая мышка Омарова такой прайд соберёт. Кому-кому, а уж мне такое и в страшных снах не снилось! Не надо мне такого счастья.

– Но ты-то ладно. А что молчит наша таинственная дамочка. Маргарита, когда вы собираетесь озвучить миру приятную новость? Или того, сразу на рогатюлину? Если что, я не осуждаю.

Маргоша стала белее снега, а я непонимающе переводила взгляд с Ирмы на подругу. О чем они вообще? Но потом девушка пролепетала:

– Кажется, я беременна…