Глава 16.

Всю предстоящую ночь она не могла уснуть. Было слишком много событий и слишком много пережитых эмоций. Начиная с клятвы Наира, ее поцелуя и заканчивая дурацким предложением со всеми вытекающими. Она определенно понимала во что ввязалась, но внутри все до сих пор сопротивлялось и терялось в догадках, что со всем этим теперь делать. Да, глупо было бы отрицать, что простое женское счастье заключается в любящем муже и собственных детях. Но сейчас она даже не могла с точностью сказать, доживет ли до завтрашнего дня. Не стоит забывать, где она находилась, и что именно, не так давно она пережила в слепом одиночестве. Более того, девушка понимала одну простую истину. Когда мужчина довольно ясно дал понять о собственных намерениях, она просто испугалась. Как ребенок, на которого неожиданно обрушился груз тяжелой ответственности. Мирра попросту не была готова к семье и к детям. А он даже и не спрашивал ее мнения. Он все решил за нее, как и всегда. Ей ведь хотелось просто его внимания, нежности и заботы, простого понимания, что они вдвоем в этом мире, что больше им никто не нужен. Она уже даже смирилась с новыми чувствами, и так глупо радовалась тому мимолетному ощущению счастья. Девчачьего простого счастья от первых и таких сильных взаимных чувств. Но замужество? И так скоро? Это накладывало определенные обязательства, а к детям она вообще была не готова. Она сама еще ребенок. Да, осознавать свою слабость и незрелость было тем еще испытанием. Но больше всего на нее накатывала злость на самого Наира. Он считал ее априори чистой, безгрешной и невинной. Но, что если на секунду задуматься об обратном? Отозвал бы он тогда свое предложение? А может и чувства бы его остыли? Все это крайне тяжело было осознавать. Ведь Мирра уже полюбила его.

Утро ее встретило холодным одиночеством, не было ни цветов под дверью, ни улыбчивого хвостатого. Завтрак на столе давно остыл, и девушка упрямо пережевывала холодное резиновое мясо на тарелке. Возможно Наир еще вчера пожалел о своем предложении. Все говорило о том. Мирра напрасно думала, что он покинул особняк искав уединения, потому как его одинокая фигура уже через секунду обнаружилась в общем зале у проекционного экрана за его рабочим столом. Он снова работал, и даже когда Мирра зашла в зал, не обратил на нее совершенно никакого внимания.

Девушка покорно прошла в глубь помещения и уселась на одном из диванчиков за его спиной. Она долго изучала его взглядом прежде, чем заметила, как вся его фигура постепенно начала леденеть от напряжения. В конечном итоге он не выдержал и громко выдохнул.

-У нас в доме достаточно места, чтобы не мешать друг другу, - сказал он в пол-оборота.

Но Мирра не удержалась от колкости в ответ и брызнула ядом.

-Что, уже передумал на счет предложения?

Мужчина на секунду замер, а потом все же ответил.

-И не мечтай Мирабелл.

Внутри все разом перевернулось от собственного имени, прозвучавшего из его уст. Сердце забилось чаще, не веря услышанному. Наир оказался упертым бараном.

-Странно, я думала у вас к этому относятся более, чем серьезно.

-Богине все равно. Она соединяет души, а не тела.

Кажется девушка даже хмыкнула от отчаяния.

-Но ты зол на меня.

Мужчина промолчал.

-Скажи на что ты злишься, Наир?

Хвост от злости резко дернулся в сторону и свалил со стола стилус и записи на бумаге.

-Я знаю на что, - проговорила она тихо.

Мужчина выпрямился и посмотрел поверх экрана, прямо перед собой, пытаясь привести чувства в порядок.

-На то, что цветок сорвал не ты, - посмеялась она беззлобно.

Наир опустил голову вниз и сжал кулаки.

-Перестань об этом говорить так, словно...

-Словно мне все равно? - закончила вдруг она за него, - У нас на Земле к этому относятся на много проще. Много моих знакомых девушек отдавались парням будучи влюбленными по уши в них, вот только чувства были отнюдь не взаимны. Мужчины на нашей планете в большинстве своем эгоистичны и полигамны. И знаешь, я буду откровенна с тобой, женщины тоже не исключение, - посмеялась она как-то иронично, а затем продолжила, - Да, не всем везет, но такова жизнь. И мы долго блуждаем по ней, прежде чем найдем «того самого», а может и не найдем никогда. Однако какая разница, кто у твоего партнера был до тебя, если вы все же любите друг друга? Неужели это заставит тебя относится как-то иначе к своей половинке?

Слова девушке давались с трудом, но пути назад не было. Ей важно было знать о его истинных чувствах к ней.

-Ответь Наир.

-Это ничего не меняет между нами, - проговорил он холодным голосом.

Мирре верилось с трудом, ведь мужчина полностью закрылся от нее за бетонной стеной и больше не подпускал.

-Тогда почему ты все еще злишься?! - не выдержала она.

-Потому что тебя все это видимо очень сильно забавляет, Мирра, - развернулся он к ней. Во взгляде читалась угроза.

Девушка подобралась, но взгляд выдержала.

-Знаешь, что меня по истине забавляет? - с вызовом уставилась она на него.

-И что же?

-Что тебя - талантливого менталиста обдурила простая землянка, а ты так просто поверил ей. Ты чуешь ложь за версту Наир, а тут не заметил ее и в метре от себя! - ухмыльнулась она.

Мужчина застыл, пытаясь все же понять, что она имела в виду, но Мирра его опередила.

-Да, ты все правильно понял. Мы с тобой оба до мозга костей законченные девственники.

Девушка не стала объяснять значение слов, он и сам был в состоянии разобраться. Но видно мужчине хватило и пары секунд чтобы сложить два и два.

-Зачем ты соврала мне?!

Его глаза пораженно уставились на девушку, но та не спешила с ответом.

-Мне важно было знать, как быстро ты от меня откажешься, когда я вдруг резко перестану соответствовать твоим стандартам, только и всего, - девушка опустила взгляд в пол. Ей так хотелось быть любимой невзирая ни на что. Ей хотелось преданности. Ей хотелось чистой любви, как в сказке.

-Ты жестока, - прошипел Наир.

-Ну я же человек. Земляне крайне агрессивные существа, разве нет? - улыбнулась она, все еще глядя в пол.

-В твоем пламене можно не только согреться, Мирра, но и сгореть дотла.

Мужчина так и не подошел к ней. Вылетел из общего зала, не желая больше видеть ее.

Она хотела увидеть правду? Что ж она ее получила. И разозлила его еще сильнее. Ее проверка ей дорого обошлась, Мирра перегнула палку. Внутри что-то неприятно сжалось. Но обида на него никуда не делась. Наир раздражал своей правильностью. В его понимании все женщины должны были быть святой Девой-Марией. А что, если бы она досталась ему порченной? Да ничего. Он бы привык к этому, но тех прежних волшебных чувств уже бы не испытывал. Разве это любовь?

Мирра вернулась в свою комнату и уставилась на вчерашнюю лилию, лежащую на столе. Сейчас ее бутон был закрыт, ровно также как и ее собственное сердце. Девушке было больно. Она вспоминала прошедший вечер, смакуя то, что уже вероятно никогда не испытает. Что ж она сама виновата, могла бы промолчать, дать ему и дальше видеть ее в розовых тонах. Но что-то внутри не позволило играть по его правилам. Ее чертова гордость.

За весь день они ни разу больше не пересеклись, на кухне ее привычно ждал обед и ужин, но самого Наира не было рядом. Мирра несколько раз выходила на улицу и шла к реке, стараясь как можно меньше находится дома, потому что только теперь она с ужасом начинала понимать, как сильно ей не хватает его присутствия и тепла. На глаза даже пару раз набегали непрошенные слезы, но девушка тут же смаргивала их, запрещая себе плакать. Она сама виновата, как и он. Вот и пусть теперь каждый останется при своем.

Срок подходил к концу, через три дня Наир покинет ее и девушка будет ходить по указке уже другого надсмотрщика. Мысли в голове час от часу были не легче. Тишина в особняке ее не радовала, моральных сил на учебу не было, не хотелось вообще ничего. Следующим днем Мирра решила выкинуть все из головы, поэтому смело направилась на кухню. Зона готовки была очень удобной, по центру морозильная и охлаждающая камера за прозрачной дверцей, чуть дальше каменный короб с огромной горелкой по центру и удобным пекарным шкафом внизу, а с боку от столов находилась глубокая каменная чаша с удобным краном по середине стены. Нужно было отвлечься. Готовка бы ей определенно помогла. Порывшись в шкафах, девушка заметила плетеный мешок с подозрительной похожим на муку белым порошком. В холодильной камере лежали огромные яйца, а в небольшом стеклянном кувшине застывшая желтая масса. Девушка принюхалась и распознала знакомый ей сливочный запах, там же с края стояло такого же желтого цвета местное молоко. Теперь дело оставалось за сахаром и солью. Что-то ей подсказывало, что с этим придется туго, ведь обыскав почти все вокруг она едва ли нашла что-то похожее на них. В одном коробке был тоже белый порошок, но частицы были заметно крупнее, девушка макнула палец и опасно лизнула его. Соленость была слабой и больше горчила, но деваться было некуда. А вот сахара ни где не было. Пришлось дробить те самые камушки в вазе, что обычно подавались к чаю. Такие сладости были до ужаса приторными и измельчались на ура, превращаясь в серый порошок. Что ж дело оставалось только за фруктами. В вазе на обеденном столе лежали ярко-розовые плоды паолы. Местный гибрид яблока и клубники. Кисло-сладкие фрукты были отличной начинкой для будущего пирога, поэтому девушка взялась за готовку.

Спустя примерно два часа по дому начали разносится знакомые запахи выпечки. Боже, как давно она не ела мучного…Ее мама всегда по выходным запекала шарлотку и посыпала ее корицей. Во рту скопилась слюна от соблазнительного печеного запаха, девушка едва держала себя в руках, дожидаясь окончания готовки. Что сказать, за всю неделю нахождения в этом доме, она еще ни разу не попробовала вкусных сладостей. Возможно Наир не любил такого рода вещи, поэтому и не держал в своем доме их. Однако стоило ей по думать о нем, как тот собственной персоной уже просочился на кухню взволнованно оглядывая обстановку.

-Что ты делаешь?

Девушка тут же вскинула бровь и встала со стула.

-Готовлю пирог с паолой.

-Пирог…– деловито повторил он.

Мирра прошла мимо него и присев у шкафа демонстративно открыла горячую дверцу и вытащила оттуда слегка поднявшееся мучное творение. Понятия о дрожжах тут тоже не было, приходилось выкручиваться так. Хотя кто знает, может однажды она все же попадет в местные лавки и купит все необходимое. Корочка теста была румяной, а из-за сочных плодов, мякоть внутри была нежной и влажной. То, что нужно. Девушка поставила его на центр стола и принялась резать на части. Наир же все это время неотрывно следил за ее движениями, но так и не попытался уйти. Мирра стрельнула в его сторону глазами и улыбнулась.

-Присаживайся и угощайся. Травяной настой уже готов.

Мужчина ошалело окинул ее взглядом, но все же повиновался, подозрительно уставившись на выпечку.

-У вас что, не пекут такие вещи?

Наир вопросительно глянул в ее сторону и отрицательно покачал головой.

-Это из перемолотого гриана? Мы печем из него только рокус (местный хлеб), - Мужчина опасно принюхался, аккуратно подцепив один кусок длинными пальцами.

-Я нашла его в шкафу. Попробуй, уверена тебе понравится.

Мирра почему-то взволнованно замерла и уставилась на него в ожидании. Наир откусил небольшой кусок и быстро прожевал его. Между бровями залегли складки, кажется тот ничего не понял. Хвостатый откусил еще и еще, пытаясь распробовать, от чего морщинки все же разгладились, а веки расслабленно прикрылись.

-Ты права, это вкусно.

Мирра рвано выдохнула, не пряча улыбку, а затем тут же пододвинула чашку с настоем к нему. Сам пирог, конечно отличался по вкусу, больше кислил и даже появилась пикантная горчинка, но хотя бы не был приторным на вкус. Что ж уже не плохо.

-Кто тебя этому научил? – спросил он вдруг, уплетая уже второй кусок.

-Мама. Она всегда готовила его в выходные, когда оставалась дома, - девушка невольно вспомнила ее улыбку и загрустила, - она наверное до сих пор меня ждет, - бросила нечаянно девушка. Внутри все напряглось, Мирра не желала больше конфликта, поэтому опасно уставилась на мужчину.

-Тебе повезло. Твоя мать тебя хотя бы будет помнить…А вот моя уже никогда не признает собственного сына.

Девушка замерла, внимательно прислушиваясь к нему.

-Почему?

-Она больна. Ее разум болен.

-Она не помнит тебя?

-К сожалению да. Такое случается иногда, если случилось что-то сильно травмирующее.

Мирра тревожно подобралась на стуле, но все же решила спросить.

-Где она сейчас?

-В доме печали. Я иногда навещаю ее, но это бессмысленные визиты.

Мирра вдруг напряглась.

-Ничего не бессмысленно, когда хотя бы один из вас помнит.

Наир грустно улыбнулся, но оставил ее фразу без ответа.

-Что спровоцировало ее болезнь?

-Смерть моего отца. Он тоже был военным. У нас на планете даорки почти не сближаются с военными, это губительно. Но не моя мать. Она любила его больше жизни.

Девушка посмотрела в его глаза и увидела знакомую печаль. Он тосковал по родителям. Но ему пришлось стать сильным. И ей тоже придется, если она хочет выжить.

-Тебе тоже повезло, - улыбнулась она, перехватив его же фразу, сказанную ранее ей, - Твой отец герой, а мой трус. Он бросил нас с мамой, когда я была совсем маленькой.

-Что значит бросил?

-А то и значит. Просто взял и ушел, и больше никогда не вспоминал о нас.

-Так не бывает…

-Еще как бывает. На нашей планете все бывает. Ты прав люди жестоки. И даже с собственными детьми. Моей маме приходилось работать в нескольких местах, чтобы прокормить нас. А я всю жизнь училась, чтобы однажды поступить в университет и найти высокооплачиваемое место. Я устала смотреть на то, как она мучает себя. Устала видеть, то, как она прячет боль и усталость за доброй улыбкой все эти годы. Она была достойна лучшей жизни.

По щеке тут же скатилась слеза. Ее руки коснулась теплая ладонь и девушка громко всхлипнула.

-Вы не только жестоки, но крайне милосердны и добры. Я был не прав, когда говорил подобное, нужно уметь рассматривать ситуацию со всех сторон. Жизнь на вашей планете сурова, но она рождает таких прекрасных людей, как ты и твоя мать.

-Спасибо тебе.

Мирра сжала его пальцы крепче, не желая больше отпускать его руку. Мужчина лишь улыбнулся уголком рта и тихо отпил из чашки.

-Наши женщины не готовят. Это обязанность мужчин. Но мне очень нравится твой пирог. Уверен ты могла бы удивить меня еще чем-то, - проговорил он лукаво.

Вот же жук! Не прошло и нескольких минут с недавнего перемирия, как он уже быстренько приспособился к новым обстоятельствам.

-А чем же они занимаются все это время?

Наир посмотрел куда-то в сторону и загадочно улыбнулся.

-Некоторые занимаются политикой, некоторые образованием, кто-то изучает науку, а вообще в традициях даоров женщина должна заниматься воспитанием детей, а также дарить радость, умиротворение и покой своей семье.

-А все остальное?

Наир лишь вопросительно уставился на нее.

-Ну, готовка, уборка, стирка, глажка? И муж неудовлетворенный рядом? Все это тоже обязанность женщин, помимо воспитания детей, - усмехнулась она.

-Так у вас заведено? – вернул он ей улыбку.

-Женщина хранительница семейного очага.

-Как много от ваших женщин ждут, - посмеялся вдруг он, - Из всего этого мне нравится только последний пункт про неудовлетворенного мужа, а все остальное на твое усмотрение.