Глава 9

Уже в квартире пришло новое сообщение с личного номера Эрманда.

«У тебя есть сутки на решение вопросов, но явка обязательна, вплоть до увольнения».

В смысле увольнения? Меня уволят или мне нужно уволиться? Вот уж чего не хочется, так терять работу. Ни ту, ни другую. Что ж там у них случилось? Что за форс-мажор такой?

Ладно, утром что-нибудь придумаю. Гномье вино дало резкий откат. Спать. Даже об Анте думать не буду — муторно.

Утром же наоборот чувствовала себя бодро. Нужно срочно решать вопрос с работой. Мне же завтра выходить. Что сказать руководителю транспортной компании? Меня давно предупредили — уважительная причина только одна — болезнь, из-за которой я не смогу сидеть за рулем. Остальное — блажь. А мне, как женщине, вдвойне непозволительно. О том, что у меня нет близких родственников давно всем известно, значит, и на них не сошлешься. Беда.

Я брала больничный всего один раз. Может и сейчас попробовать? Но по какой болезни? Простуда? Летом? Мне точно не поверят. Может сломать что-нибудь? Тьфу ты.

Хотя… Ну нет, Рика. Думай.

Хоть убей других идей не приходило.

Мне нужны бинты. Много бинтов. Быстро собралась и сбегала в ближайшую аптеку. Прикупила ещё лонгет, который используют для фиксации поврежденных конечностей. Осталось теперь так намотать, чтобы стало похоже на гипсовую повязку. Полчаса маялась, экспериментируя то с правой, то с левой рукой. Может ногу? Нет, слишком неудобно. Психанула, отбрасывая в сторону. Нужен помощник. Но не идти же с этим вопросом по соседям. Или…

Ант! Лишь бы не уехал.

Схватила все бинты и бросилась на седьмой этаж, тарабаня в дверь. Открылась она не сразу, лишь спустя некоторое время, когда я уже почти распрощалась с хорошей идеей, представив моим глазам… потрясающее зрелище. Ант явно только что принимал душ — волосы мокрые, с них даже еще свисают капельки воды. Падают и скользят по загорелой мускулистой груди, по торсу, именно такому, как мне недавно представлялось, скрываются за поясом спортивных штанов. Неожиданно спохватилась, что жадно отслеживаю весь путь этих капель до самого… тупика.

С трудом вспомнила, зачем пришла и подняла голову. Его глаза темнее обычного. Изучают мою реакцию? Щеки вдруг вспыхнули алым. Ну ничего себе! Я думала, давно разучилась краснеть, глядя на голых мужчин.

— Ант, мне нужна помощь. — Лучше скорее перевести разговор на нейтральную тему.

Он шагнул в сторону, без лишних вопросов пропуская меня внутрь, от чего стало еще больше не по себе. Я-то его не впустила позавчера. Вошла неуверенно. Огляделась. Типичная холостяцкая квартира, с неплохим ремонтом в светло-серых тонах, идеально чистая, видимо кто-то убирается в его отсутствие. И очень холодная. Никакого уюта даже в минимальной дозе.

— Чай будешь? — раздался над ухом его голос, но я качнула головой, продолжая ежиться от странного ощущения необжитости. — Не нравится?

Как он догадался?

— У тебя очень выразительные глаза. Не знала? И красивые…

Нет. Мне по какой-то неведомой причине крайне редко дарят комплименты, особенно внешности. Здесь на Итарине ребята боятся нарушить ту грань, что стоит между нами — я девочка, но одновременно свой в доску товарищ. Эрманд… он не говорил… он смотрел так, что верила — красива… для него… но для всех ли? Остальные работники Службы держались уважительно, кажется, подозревая о моих отношениях с главой. В том числе мои трое сокурсников. Меня это устраивало, с профессиональной точки зрения, но, как молодая девушка, я попала в свою собственную ловушку. В таких случаях говорят: за что боролась, на то и нарвалась.

А тут прям разомлела от комплимента. Вот дурочка. Рика! Взяла себя в руки и занялась делом.

— Ант! У меня проблема. Очень нужна помощь. Я так рада, что ты еще не улетел.

Я снова обвела взглядом комнату, лишь бы не смотреть на оголенный влажный торс перед собой и не встречаться с ореховыми глазами. Заметила приготовленную форму, выглаженную и сияющую белизной.

— Надеюсь, не сильно отвлекаю?

Получив заверение, что его вылет вполне ждет, я начала сочинять историю, зачем мне нужен этот псевдо гипс на руке.

Получалось немного путанно, но Ант, как ни странно, не задавал лишних вопросов. Он довольно спокойно отнесся к моей выдумке о заболевшей тете и о том, что начальство меня не отпустит по такому поводу.

Однако усмехнулся, когда я достала из пакета бинты и лонгет.

— А ты оказывается не такая уж покладистая.

— При чем здесь это? — возмутилась я, пряча за протестом стыд. — Мне просто очень нужен больничный. Ты же понимаешь?

— Что ж тут непонятного? Садись. Будем делать из тебя отпетую мошенницу, маленькая врушка.

От того, как нежно прозвучали последние слова, я впала в ступор. Что за нафиг? Я же все решила! Забыть, распрощаться с глупыми мечтами. Ну не сможем мы быть счастливы, особенно если учитывать мое двойное дно. Прикусила губу, протянув ему руку. Теплые пальцы прошлись по всей длине мимолетной лаской.

Я покрылась мурашками, и он явно это видел. Позор просто так реагировать на мужчину, который уже не один раз прямым текстом заявил, что не нужна ему.

В груди что-то сжалось, и к горлу подступил неприятный ком, вызвав еще и жжение в глазах.

Мужчина рядом тяжело вздохнул. Хотел что-то сказать, но я не дала. Только жалости его мне и не хватало для полного счастья. Сунула в руку бинт.

— Ант! Время!

Так-то лучше. Пусть помогает. А я улечу на своем милом Вальдо подальше и постараюсь вычеркнуть из памяти. Возьму да влюблюсь в Лекса. А что? Работа у нас одна. Всего-то и остается — узнать, что там под маской и где обитает мой таинственный враг. Все остальное мы друг о друге уже знаем.

— О чем думаешь? — вдруг привлек к себе внимание Ант, перетягивая мою руку слишком крепко. Я охнула, а он сразу извинился и ослабил повязку.

— О работе, — соврала, не задумываясь. — Не хочется обманывать босса, но, увы, он такой вредный, сам напрашивается порой.

Еще пять минут тишины и ловких движений его рук, и все готово.

— Ну вот, от настоящего не отличить. Нигде не больно?

Его пальцы гладили мои как-то особенно заботливо. Между нами опять повисло молчание. Только в ушах раздавались бешеные удары сердца.

Я знаю — я дура, но Ант! Почему он всегда доводит до такого? Сам говорит, что мы не пара, а потом смотрит голодными взглядами на мои губы, как сейчас. Облизнула. Рефлекторно или специально — не знаю, не могу ответить сейчас. Мозги снова расплавились от охватившего жара.

Он подался вперед. Рука переместилась на колено… на бедро… выше… эх, если бы не шорты… Кажется, у меня слишком давно не было мужчины — вот в чем проблема. Тело вспыхнуло почти моментально.

Если он сейчас остановится, я обижусь и вычеркну из списка своих знакомств.

Не остановился. Второй рукой притянул к себе, нежно погладив спину. Закинула руку в псевдо гипсе ему на плечи, чтоб не мешала.

— Рика, что ж такое… — я закрыла ему рот, сама, первая. Не нужно слов. И так все понятно. Но до чего же хочется…

Не знаю, почему именно его поцелуи сводят меня с ума. Что в них особенного? Я ведь и раньше целовалась. Ну почему-то с Эрмандом было не так завораживающе. Возбуждало — да, но сердце никогда не выпрыгивало из груди от щемящего восторга, как сейчас.

Наслаждалась его губами, его наглым языком, скользнувшим в рот и исследующим его, крепкими объятьями. Он еще ни разу не прижимал меня к себе вот так — сильно и властно. Перебралась к нему на колени, оседлав сверху, и млела от всего происходящего.

Горячие ладони сжимали попу, впечатывая в себя так, что я чувствовала его возбуждение, сквозь легкие домашние штаны.

Что я творю? Не смотря на то, что он у меня не первый, я никогда не допускала мысли, что хочу просто одноразовый секс. Неужели готова даже на него?

— Рика, девочка моя хорошая, так неправильно… — его голос сводит с ума своей хрипотцой. Не понимаю, что он говорит. Слышу только «девочка», «моя», «хорошая». Набрасываюсь снова на его губы, интуитивно стараясь остановить всякие разговоры или протесты. Уже мой язычок проскальзывает внутрь, сплетаясь с его в страстном танце. Не надо! Не хочу возвращаться в реальность. Хочу только одного — чтобы стянул с меня эти шорты и сделал своей.

Творец! Как я дошла до такого всеобъемлющего желания? Мозг отключился напрочь. Только кипящая внутри лава.

Хочется умолять мужчину о пощаде, но хотя бы успеваю вовремя прикусить губу и не сделать этого. Его ладони легли на мою грудь, сжимая самые кончики между большим и указательным пальцем. Я зарычала или застонала… не знаю… не понимаю… прижимаюсь теснее к его бедрам, прячу лицо у него в шее, целуя слегка покрытую щетиной кожу, царапаюсь о нее губами. Это действие еще больше возбуждает, не знала, что так бывает. У Эрманда нет волос на лице.

Ант опустил руки на попу, но ухватил грудь губами, прямо через майку. Сделал резкий рывок, от которого моя женственность буквально взорвалась, еще один и… все! Я улетела… уплыла… за грань этого мира… так ярко, мощно.

Упала на мужскую грудь, тяжело дыша. Что это было? Рядом прерывистое дыхание Анта. Его пальцы до боли впиваются в мои мышцы.

— Рика, ты меня с ума сведешь… — выдал он очередную дурацкую фразу. Я не понимаю. Неужели я настолько его не прельщаю в качестве партнерши для секса? Это режет по нервам. Я же практически вручила себя. На, бери! А он… отказался… доставил мне удовольствие, а сейчас оторвал от себя и встал с дивана. Штаны топорщатся, но он определенно против продолжения. Почему?

И тут меня озарило!

— Ант, скажи, у тебя где-то есть другая женщина?

Он обернулся слишком резко, но я все поняла по его взгляду.