Глава 21
Амаль
Она хотела бы перемотать эти дни… Прокрутить их в ускоренном режиме своей жизни… Просто заснуть и проснуться через какое- то время, чтобы с облегчением выдохнуть, что все происходящее- сон… Всё… От начала и до конца, кроме одного- растущего в ней малыша и их любви… Вот только Амаль была слишком реалистичной, чтобы не понимать, что даже мечтать о таком сейчас – нелепо и бессмысленно… Реальность нужно было встречать трезво, откинув в сторону все сантименты… Отец с детства учил их четверых, что в самые тяжелые времена, когда больнее всего, когда грудь спирает от боли и бессилия самым глупым, чем может заняться человек- это раскисать и жалеть себя…
И поэтому Амаль старалась не раскисать… Пыталась понять… Проанализировать… Так тоже всегда учил отец… Любой кризис- не только череда нехороших обстоятельств, неудачно сошедшихся в определенный момент. Это еще и череда неправильных, фатальных решений людей… И если на обстоятельства повлиять можно было не всегда, то вот поступки людей- это как раз то, что поддавалось пониманию и анализу… Она лежала в своей комнате, смотря в потолок уже больше часа, пыталась определить, когда же все пошло не так… Когда запустился механизм обратного отсчета, так сильно и стремительно перевернувший все в ее идеальной, счастливой жизни… Опоры ее бытия стали рассыпаться, словно от эффекта домино… Одна фишка утягивала за собой другую, и остановить этот инерционный процесс уже не получалось… Или все еще было в ее руках?
Мрачно усмехнулась себе под нос, что, пожалуй, еще никогда в своей жизни она не была столь несчастна в этой комнате, встретившей все этапы ее взросления. Здесь прошли ее первые любовные переживания по Анвару. Здесь она пыталась постигнуть природу своих сумбурных, неподвластных тогда пониманию девичьего неискушенного мозга чувств к Фахду… Здесь она дулась на братьев, шепталась и шушукалась с сестрой… Здесь она год от года смотрела на себя в зеркало, видя, как из миленькой девочки превращается в красавицу, способную кружить головы… Амаль всегда знала, что она будет самой счастливой… Счастливее принцессы Жасмин из «Алладина». Что у нее будет свадьба, как в сказке, а после нее- только благоденствие и радость… Мы ведь все именно это вкладываем в понятие «долго и счастливо»… Почему- то нам всегда кажется, что в этой прекрасной семейной жизни не может быть ни пасмурных дней, ни слез, ни ссор… Прошли годы, она и правда встретила своего принца, и правда любила его до бесконечности, вот только реальность, конечно же, оказалась несколько иной, чем когда- то казалось маленькой Аммули…
Фахд звонил, как по дежурству… Раз в три дня. Уже на протяжении месяца… Их разговор – иссушенный до черствого сухаря. Дежурные три- пять фраз, на которые у Амаль уже автоматически вылетали ответы. «Как здоровье- нормально. Как малыш- нормально. Как родители- хорошо. Как погода- замечательно…». Ни шагу ни вправо, ни влево… Она клала трубку и плакала. Не могла не плакать. Каждый раз. Отчаянно хотелось что- то выкрикнуть ему в ответ, разбудить его от этого проклятого анабиоза… Вот только это было бесполезно. Фахд связывался с ней по открытой линии. Неслучайно. Тем самым он специально низводил их разговор до уровня максимального официоза, ведь даже страшно было представить, сколько людей параллельно слушали их. Зато ее муж прекрасно исполнял свою роль идеального наследного принца… Его социальные сети изобиловали публикациями об активных разъездах по стране. Казалось, он даже отчасти взял на себя функционал отца, который, согласно официальной версии, все еще никак не мог оправиться после безвременной кончины своей любимой супруги. Амаль смотрела на эти фотографии не так, как обычный пользователь… Как вовлеченный в местную политику человек она читала между строк… Вот, он в Аджмане, наносит дружественный визит в соседний Эмират… Значит, поехал к брату Нуру, явно что- то обсудить с глазу на глаз… Вот, он открывает очередной социальный центр для палестинских беженцев… Попытка поднять очки Дубая на международной арене на фоне кривотолков вокруг семейства Макдиси и пошатнувшихся позиций внутри страны… А вот он отправился в трехдневный тур по бедуинским поселениям их клана, на его историческую родину… Сердце Амаль больно сжалось… Среди почтенных семей, которые он посещал, была и семья Фаузии… Можно было сколько угодно утешать себя, что это всего лишь часть его работы, снова и снова прокручивать в голове его слова о том, что она в его жизни «одна и единственная», но женская паника беспомощности все активнее охватывала его… Амаль только сейчас поняла, что наиболее уязвимой и беззащитной женщина начинает себя ощущать во время беременности… Удар по ней в таком состоянии был самым болезненным, самым тяжелым… Закусывала губу, призывая себя быть сильной… Она справится… Это все гормоны в ней говорят… Все не так плохо, как кажется…Не так ведь?
Да уж… Лучше некуда… Сначала Юлианна, которая вынудила ее пойти на сумасшествие и такой дикий риск, а главное, на обман мужа… Потом Карим… Он явно темнил… Явно что- то утаивал от сестры… Сославшись на то, что говорить по любым видам связи небезопасно, он так и не ответил ей, какова судьба Юлианны, где он ее спрятал… Амаль, конечно же, понимала, он блефовал… Для Карима не было алгоритмов, которые бы он не мог перехитрить, обойти… Значит, дело было в чем- то другом…
А потом Микаэл… Новость о подрыве его машины так сильно ударила по ним по всем, словно они сами были жертвами взрыва, сами пострадали… Амаль могла сколько угодно беситься на старшего брата по жизни, но в тот страшный момент, когда в их дом пришла ужасающая весть, ее ноги подкосились, а легкие, казалось, утратили способность дышать… Она помнила состояние матери, впавшей в истерику на грани безумия, помнила побледневшие губы отца и впервые в жизни растерянный, граничащий с паникой, взгляд… А потом словно снявшее несколько тон груза с их плеч подтверждение докторов в том, что он жив… Что глобально его жизни ничего не угрожает, но… Но переставать переживать было явно еще рано…
– К счастью, господин Увейдат успел выйти из автомобиля в момент взрыва, поэтому полученные травмы- только следствие разрушительного действия взрывной волны… У него небольшой процент ожогов кожных покровов. Пострадали руки и немного лицо… Но… Глобально прогнозы оптимистичные… Возможно, даже шрамов удастся избежать… Гораздо большую озабоченность вызывает полученное им от удара об асфальт сильное сотрясение головного мозга. У него средняя диффузная черепно- мозговая травма, характеризующаяся нарушением сознания. К счастью, на КТ и МРТ изменений нет. Он в полусознательном, спутанном сознании, иногда проваливается в беспамятство. Сейчас пока сказать трудно, но мы не исключаем амнезию и даже полную утрату сознания… Предстоит почти месячное восстановление, неизбежны головную боль, головокружение, тошнота, слабость, шум в ушах, нарушение сна и даже временные парезы конечностей.
– Доктор, все же будет хорошо? –Амаль помнила, как, давясь слезами, спрашивала Влада, вымаливая надежду всем своим потерянным, разбитым видом.
Тот одобрительно кивал, но осторожно намекал, что подобного рода травмы- вещь непредсказуемая… Сейчас было важно оказать их сыну всю необходимую помощь, обеспечить должным уходом и ждать…
Вспоминала вчерашний день- и кожа вновь и вновь покрывалась мурашками… Амаль думала, что беременность станет самым легким временем ее жизни… Самым беззаботным, трепетным, нежным, когда она сможет разрешать себе милые слабости… В итоге же перед глазами стояла картина, как она, с уже и так исстрадавшимся и истосковавшимся сердцем, обнимает непрерывно плачущую мать, которая уже битый час стояла у окна в больничном коридоре после посещения палаты Мики и шептала себе под нос «мой красивый мальчик, что они с тобой сделали»…
Мика родился в рубашке… Никто еще не знал, какое чудо заставило его выйти из машины в момент взрыва. Но именно это спасло старшего сына Увейдата от верной гибели… И тем не менее, здесь и сейчас никто не брался делать прогнозы, что его ожидает, как быстро пойдет восстановление…
Их семья теперь жила лишь ожиданиями любых новостей докторов… Вот что сейчас было действительно важным… В один миг все было расставлено по местам- нет ничего важнее человеческой жизни на фоне прочих невзгод и трудностей… И это понимание одновременно вселяло в Амаль и веру в себя, и слабый оптимизм, и страх… Почему- то липкий, вязкий страх не покидал ее сознания…
Васель
Люди Васеля подключились к расследованию произошедшего почти сразу. Проверили машину и место происшествия… Вердикт был однозначным- случайность или несчастный случай, неисправность автомобиля исключены. Речь шла о покушении на убийство путем закладки взрывного устройства… Его сына, старшего сына, кто- то пытался убить… Собранный премьер- министром консилиум из самых доверенных представителей разведки и спецслужб, лучших детективов и криминалистов начал разработку сразу нескольких версий, откуда был совершен удар- враги самого Васеля, старая месть их семье, конкуренты бизнеса Микаэла, личные мотивы, что тоже было не исключено, зная взрывной характер мужчины, прозванного Аидом… Но после того, как его сын в полубредовом состоянии, стоная от боли, несколько раз отчетливо проговорил имя «Али», Васель начал рыть и по этому направлению. Предсказуемо долго делать это не понадобилось. Правда не заставила себя долго ждать. Она явилась перед ним в образе этой непутевой девки, которая отпечаталась черным бельмом на глазах его сына и не хотела никак проходить… Она пришла к Васелю сама… Вернее, не к нему, в госпиталь, куда положили Мику. В полуистеричном состоянии, требуя пустить к нему или хотя бы сказать, как он…
Васель пригласил ее в отдельный кабинет подальше от посторонних взглядов. Долго и пристально смотрел на дрожащую и растрепанную перед ним Оксану в вечернем платье, хмуря лоб. А потом, пытаясь найти в себе силы и терпение, которых теперь совсем не было, спросил, как она причастна к случившемуся. Девушка, не думая в этот момент о стыде и смущении, рассказала все… Ей искренне казалось, что это поможет как- то обезопасить Мику, найти виновных… А еще она высказала свою уверенность, что произошедшее- дело рук Али…
Васель слушал ее с непроницаемым лицом. Иногда закрывал глаза на время более длительное, чем обычно. Его челюсть то и дело с силой сжималась. Не сказать, чтобы долгий рассказ Оксаны, который начался еще со спора Али с Микаэлом за Алену, шокировал Увейдата- старшего. Типичные разборки молодых и резвых за более или менее доступных женщин… Все они это проходили когда- то в их возрасте… Но если произошедшее и правда было делом рук Али, то все зашло катастрофически далеко…
– Я тебя услышал. Можешь быть свободна. Скажи водителю, куда тебя отвезти…
– Я… я… Прошу Вас… Я хочу к нему… Позвольте мне…– начала она сиплым, заикающимся голосом, но он резко ее прервал, впервые за все время повысив голос.
– Нет,– отрезал категорично. Так, что она вздрогнула,– ты сейчас же спустишься вниз и уедешь, Оксана… Уедешь из его жизни… Навсегда… Хватит уже этого цирка… Ты не подходишь моему сыну. От слова совсем!
– Прошу…– казалось, в голосовых связках не осталось никакой силы. Она скрипела ими, словно ногтем по шершавой поверхности.
– Прекрати нелепую истерику. Ты сама сделала свой выбор… Посмотри, до чего все дошло! Если он тебе хоть каплю дорог, уходи, Оксана. Ты красивая и, судя по популярности и отзывам, талантливая. Далеко пойдешь, если будешь правильно распоряжаться своим физическим капиталом во всех смыслах. Говорю тебе не чтобы зацепить, а как мужчина, трезво способный оценить потенциал самки. Микаэл только- только начал возвращаться к нормальной жизни. У него есть хорошая, достойная девушка. Я бы хотел видеть их вместе… А не тебя рядом с ним… Ты та, которая неизбежно будет все время втягивать его в неприятности… Уж не обессудь… Говорю, как есть… Найди себе другого козла отпущения.
– Вы… Вы ведь сами любили… Преодолевали все предрассудки… Перешагивали через обстоятельства,– посмотрела на него отчаянно- умоляюще,– разве Вы не понимаете…
Васель зло усмехнулся.
– Нет, не понимаю, Оксана. У нас с Владой все было по- другому. Пускай и не как в сказках, но и не так, как у вас с Микаэлом. Не сравнивай себя с моей женой. Влада- достойнейшая из женщин. И главное- мудрая. А в тебе мудрости нет от слова совсем. Витаешь в облаках, ничего не понимая и не ценя… И еще- моя жена искренне любила, жертвовала ради любви, готова была не раз лишиться всего… А ты… Ты ставишь превыше всего только свои интересы, Оксана… Ты почему- то решила, что очень несчастна и все тебе должны, раз ты родилась бедной… В твоих глазах Микаэл по- любому виноват, только потому, что он богат и влиятелен… Открою тебе тайну, Микаэл с семнадцати лет не взял у меня ни копейки. Все, что он имеет, он заработал сам. Более того, преодолевая мое сопротивление, ибо я желал ему совсем другой профессии… Ты не ценишь и никогда не ценила мужчину, который встретился на твоем пути и действительно полюбил тебя. А ты? Любовь безусловна и беспощадна… За нее приходится платить… Он это доказал тебе. Как минимум этим вечером, вступив в конфликт с Али. А что сделала ради него ты? На что пошла бы?
– Я… Я хочу остаться и ухаживать за ним… Я слышала в скорой помощи, когда его забирали, что доктор сказал, он проведет в больнице как минимум несколько недель. У меня сестра болела все детство, я все умею делать… Умею ухаживать за больными не хуже медсестры…
– Не этого примитивного ответа я от тебя ожидал, если честно… Грубо говоря, этот вопрос был риторическим. Ответа на него не требовалось вообще. Это был жирный намек на то, что, если ты и правда испытываешь к моему сыну какие- то чувства, должна отступить. Это было бы достойно. Хотя бы это было бы достойно…
– Пожалуйста…– продолжала гнуть Оксана, пропуская мимо ушей его незавуалированные оскорбления.
Васель скептически выдохнул, раздраженно встал, намереваясь было выпроводить Оксану за дверь более решительно, но тут внутрь зашла Влада.
Внимательно посмотрела на Оксану, опустошенно… Очевидно, она слышала как минимум окончание их разговора.
– Я не буду сейчас ничего говорить тебе… Это делу не поможет,– ответила тихо… – И да, я как и Васель, не хотела бы видеть тебя в его жизни… У тебя своя правда, у него своя… Но… Сейчас не время это выяснять… Васель,– обратилась к мужу,– у Мики все- таки подтвердилась амнезия… Он пришел в себя на пару минут. Ничего не помнит… Ни кто он, ни как его зовут, ни в каком он городе… Мне кажется, присутствие Оксаны может помочь… Быстрее восстановиться…. Разреши ей побыть немного рядом с ним… Посмотрим…
Мужчина снова сжал челюсть, подавляя недовольство, но возражать больше не стал… Любая возможность хоть как- то помочь сыну сейчас годилась. Влада умница, он о таком аспекте, как это часто бывает у мужчин, не подумал… Отпустил ситуацию… Перед ним сейчас стояли гораздо более серьезные задачи… Увейдат старший немедленно отправился в Дамаск, с минуты на минуту ожидая звонка, который, конечно же, не заставил себя ждать…
***
– Ас- саламу алейкум (араб. мир тебе), Васель. Слышал новость про твоего сына. Альхамдулилиллах (араб.– слава Аллаху), его жизни не угрожает опасность.
– Ва алейкум ас- салям (араб.– и тебе мир), Шериф, твоими молитвами. Спасибо, что интересуешься… Наши дети вырастают, становятся взрослыми, со своими жизнями, а мы все равно продолжаем волноваться и переживать за них, словно им до сих пор по пять лет…
– Это точно… За каждого болит сердце, всегда и везде, что бы ни происходило… Не могу не спросить… Сам понимаешь, о чем… Не вижу смысла сейчас вступать в велеречивые кривотолки. Ситуация не та, да и мы с тобой не в том положении…
Васель прекрасно знал, к чему идет этот разговор. Готовился к нему… Но избежать его, как и действий, ставших его причиной, не мог…
– Али задержали на границе в аэропорту Бейрута перед вылетом. В буквальном смысле попросили выйти из уже заведенного самолета. Не простого самолета, самолета королевской авиакомпании Эмиратов. Все знают, это борт Макдиси. Весь гребанный аэропорт потешался над нашей семьей в этот момент… И над моим сыном, Васель… Я точно знаю, что делали это не ливанские спецслужбы или пограничники. Твои люди… То есть люди отца моей невестки допрашивали моего родного сына, словно он преступник или простой мигрант… Разве так у вас в Сирии проявляют гостеприимство и родственные узы?– голос Шерифа был твердым, как камень.
– Тебе, как никому другому, понимать, друг мой, что я не мог поступить иначе. Между нашими сыновьями уже не первый год, мягко говоря, недопонимание… И если объективно существующие подозрения окажутся верными, все зашло слишком далеко…
– Ты обвиняешь моего сына в том, что он пытался убить Микаэла? Напомнить тебе, что мы породнились, Увейдат? Что Али и Микаэл в равной степень скоро, ин шаа ллах (араб.– даст Аллах), станут счастливыми дядями нашего с тобой общего внука…
– Я никого не обвиняю, Шериф. Я стараюсь трезво и рассудительно, максимально беспристрастно, но и максимально серьезно подходить к тому, что на моего сына было совершено покушение… Это не несчастный случай, это даже не драка на эмоциях, во время которой могло произойти все, что угодно… Речь идет о целенаправленно заложенном в его личный автомобиль взрывном устройстве. Оно появилось на дне машины в то время, как автомобиль Микаэла стоял на территории дома Али в Бейруте, это уже доказано. Из резиденции моего сына машина выехала чистой. Мы так и не сняли усиленные меры защиты и проверки на предмет всех видов взрывчатки, действующие во время войны… Необходимо расследовать это обстоятельство. Ты ведь понимаешь, вопрос безопасности моей семьи- это красная черта, Шериф. Ради них я пойду на все… Мои люди делали свою работу и вели себя с Али максимально корректно, заранее принеся ему извинения за причиненные неудобства…
– Микаэл занимается непростым и, я бы даже сказал, спорным делом, Васель,– парировал Шериф, намекая на его игральный бизнес и еще более сомнительную репутацию,– он далеко не ангел…
– Версии, связанные с его непосредственной деятельностью, мною тоже прорабатываются… Я буду держать тебя в курсе дела.
– Как моя невестка? Как ее беременность?– перевел тему, неслучайно.
– Спасибо, все хорошо… Климат Сирии помогает ей вынашивать здорового и крепкого малыша… Врачи довольны.
– Эмираты соскучились по своей жемчужине… И мой сын тоже… Может, пора ей вернуться домой? У нас врачи не хуже. Ты ведь понимаешь, ради любимой жены и любимой невестки здесь готовы луну с неба сорвать, – Васель сжал губы. Он ожидал такого захода от Шерифа. Предсказуемо. Старый волк пытался вернуть в свой расклад еще один козырь… Сейчас ему важно держать Амаль подле себя. Иметь рычаг давления на Васеля в случае чего.
– Думаю, стоит поинтересоваться ее мнением, Шериф… В нашей семье привыкли считаться с женщинами. Что касается моего личного мнения, все- таки климат в летние месяцы в Дамаске лучше, чем в Дубае… Нам ведь с тобой нужен сильный, здоровый внук… Пусть еще побудет в пенатах родного дома, который опустел с ее замужеством… И ты, и Фахд всегда желанные гости на нашей земле. Прилетайте. Амаль скучает по мужу. И по своей новой родине тоже. Видел, как опечалена она была поездкой Фахда по кланам Эмиратов. Она давно мечтала посетить исторические места, связанные со становлением вашей династии… Надеется, что в следующий раз твой сын совершит подобного рода тур в сопровождении своей супруги…
– Спасибо за приглашение, друг мой. Поездки в Сирию для меня всегда были глотком свежего воздуха. В прямом и переносном смыслах слова. Всем нам не хватает общества твоей дорогой дочери. Она осветила Эмираты своим светом, появившись в жизни Фахда и став первой звездой, зажегшейся на его небосводе… Можно сказать, путеводной… Сын, наверное, вас навестит в ближайшее время. Я же в данный момент нужен своей стране. Пойми меня правильно. Приеду при первой возможности, когда все минорные страницы будут перелистаны и прочитаны. Большой привет всей твоей дружной семье и его хранительнице.
Попрощавшись с Шерифом, Васель положил трубку и растер виски. Интуиция никогда не подводила его- впереди их ждали крайне неспокойные времена, турбулентные… На сердце было тревожно… Слишком много дорогих ему людей могли оказаться задетыми от этой смуты…