Пролог

Кажется, я схожу с ума. Смотрю на него растерянным взглядом, не понимая, что он здесь забыл. В душе кипит лава. Почти задыхаюсь. Сжимаю простынь до беления пальцев и свожу вместе колени. Он приближается. Шаг за шагом. Ещё ближе и ещё… В глазах горит пламя. Черные игольчатые ресницы слегка опущены вниз. Густые брови сведены в одну линию, а идеально ровный нос ритмично вдыхает и выдыхает воздух.

— Боишься меня, — не спрашивает, а констатирует факт.

— Уходи. Ты не должен быть в моей спальне, — я прижимаю холодный атлас к груди, плотнее кутаясь в простыни, будто в кокон.

— Зачем ты так? — наигранно удивляется. Резко подаётся вперёд и падает на кровать, к моим ногам. Берёт меня за щиколотку. Тянет на себя.

Больно. Физически. Морально. Сопротивляюсь:

— Не трогай меня! — шиплю сквозь плотно сжатые зубы.

— Вкусная, — игнорируя мои протесты, проводит языком по коже. Скользит снизу вверх. — Сладкая, как конфетка. Моя конфетка!..

— Убирайся!

Свободной ногой толкаю мужчину в плечо. Не шевелится. Хватается за вторую щиколотку и со всей силы сжимает свои пальцы, словно стальными оковами. Я ерзаю на постели, не теряя надежды вырваться из плена. Тщетно. В любом своем состоянии мужчина превосходит меня по физической силе. Царапаюсь. Кусаюсь, а он только распаляется от моей строптивости.

— Да не крутись ты, куколка. Это же я! Забыла, как нам было хорошо вместе, а? — его голос звучит иронично, холодно, пугающе. — Я не сделаю тебе больно. Обещаю.

Я качаю головой. Отвожу руку назад. Звонкая пощёчина, вроде бы, приводит его в чувства. Он слегка отстраняется. Потирает ладонью ударенную щеку. Криво ухмыляется, растягивая губы в хищном оскале.

— Что? Не хочешь меня?

— Нет. Проваливай к чёртовой матери. Он скоро вернётся и если застанет тебя в моей спальне, то свернет шею. Не задумываясь.

Мужчина громко смеётся. Садится на кровать, свесив свои длинные ноги вниз. Зарывается лицом в ладонях.

— Что ты делаешь с нами, Дина? Почему так тянет к тебе, а? — спрашивает, но я не отвечаю. — Ты стала между нами стеной. Камнем преткновения. Почему?

— Я не собираюсь отвечать на твои дурацкие вопросы. Ты пьян.

— Пьян? — громко смеется. — Это моё нормальное состояние. После всего…

Мужчина не успевает договорить, как в спальне резко открывается дверь. Дерево бьётся о стену и на пороге появляется… Он! Холодные глаза впиваются в мой силуэт. Сканируют с головы до ног. Каждый миллиметр. Каждую венку, мышцу. Я вскакиваю с постели, продолжая прикрываться простыней. Достаю из шкафа первую попавшуюся одежду и молча плетусь в ванную комнату.

— Стой! — звучит за моей спиной.

Оборачиваюсь. Сердце колотится как сумасшедшее. По венам бежит адреналин. Во рту образовывается тошнотворный ком. Я делаю глубокий вдох и осмеливаюсь поднять взгляд вверх, на него.

— Я не понял, что здесь происходит? — лязгает стальной голос.

Глотаю ком. Храбрюсь изо всех сил, отвечая ровным тоном:

— Спроси у своего «брата».

— Спрошу. Потом, — надвигается в мою сторону, делая размашистые шаги. — Дина, я хочу знать, что здесь только что произошло?

— Ничего! — пожимаю плечами, а затем круто разворачиваюсь, чтобы уйти, но…

Цепкие пальцы впиваются в мое плечо. Мужчина тянет меня за руку и я, не удержав равновесия, падаю назад, на широкую грудь.

Большая ладонь зарывается в копне моих волос. Сжимает пряди. Оттягивает назад.

— У меня есть повод свернуть тебе шею? — шепчет над моим ухом, и я вздрагиваю.

— Нет. Отпусти. Мне больно.

Он не отпускает. Вонзает свои шурупы сильнее, оставляя на коже красные отметины.

— Вы мне надоели. Достали. Оба! Отпустите меня. Пожалуйста. Я задыхаюсь в вашей одержимости, — произношу почти что плача.