ГЛАВА 26

Дея подъехала к дому Марты, где её уже ждала целая делегация: во главе с самой хозяйкой на крыльце толпились Айрис, Лана и Нора. Не успела девушка выйти из кабины, как на неё буквально набросились с радостными воплями. Айрис первая принялась душить её в крепких объятиях. – Ну, наконец-то, вернулась! Я так соскучилась! – Надеюсь, чтобы встретить меня, тебе, как обычно, не пришлось сбегать от своей охраны? – рассмеялась Дея. Айрис в ответ смешно сморщила нос. – В этот раз нет, а так у меня с братьями всё, как и прежде: они меня стерегут, а я виртуозно оставляю их с носом. Когда до них дойдёт, что я выросла, не пойму? – Верю, что скоро этот час настанет, – улыбнулась Дея, гладя её по спине. Тут их прервала Лана. Она подбежала и замерла, широко улыбаясь. – Привет, кнопка! – обняла её Дея и, отступив на шаг, окинула её взглядом с ног до головы. – Ну, ты и выросла! Совсем взрослая стала. – Ой, что ты говоришь? – смущённо рассмеялась Лана, но её глаза сияли от гордости. – Какая была, такая и осталась. Она с восхищением смотрела на Дею – точно так же, как когда-то сама Дея смотрела на Софию. – Глазам не верю, что ты тут, и… – она замялась, внезапно смутившись. – И научу тебя, как отделать хорошенько сыночка беты? – мягко подсказала Дея. – Это ты хотела сказать? Девушка с надеждой во взгляде посмотрела на неё. – А ты сможешь? Вернее, у меня может получиться? Дея положила руку ей на плечо, и её взгляд стал серьёзным. – Не «может», а получится. В этом мире, Лана, нужно уметь постоять за себя. Особенно нам… одиноким. Она многозначительно посмотрела на Лану, и все вокруг поняли – дело не просто в одиночестве. Речь шла о том, что они химеры и должны рассчитывать только на свои силы. И на таких же, как они. В этот момент раздался якобы строгий голос Марты: – Любимая племянница, а со мной поздороваться не хочешь? – но уголки её губ предательски подрагивали от улыбки. Дея крепко обняла тётю. – Ну, хватит нам стоять на пороге! Идите все в дом, обед уже стынет! Первой принялась к расспросу Айрис, усаживаясь за стол. – Ну, что, рассказывай, что у тебя нового? – А что рассказывать? – пожала плечами Дея, садясь рядом. – Всё, как обычно – сокращала всё это время численность пиявок. Её перебил весёлый голос Марты: – Нас не это интересует. Ты лучше расскажи, как ваша встреча с Данияром прошла. – Ох, ты! – восторженно ахнула Айрис. – Так вы встретились? Он тебе рассказал, как он сильно скучал? – Помимо этого, у него есть и другие новости для нашей Деи. – Так, стоп, – нахмурилась девушка, оглядев подруг. – Я вижу, тут никого не удивило, что Данияр побежал меня встречать. – Ясное дело, – ответила Марта, расставляя чашки. – Ни для кого не секрет, что он по тебе сох. Как ты уехала… Ой, что началось! Он же чуть с Видаром не подрался. А потом так страдал… – А Зара? – не удержалась Дея. – А что Зара? – сквозь зубы процедила Марта. – Живёт пока у нас в стае, эта интриганка. – Мне Данияр сказал, что он ни с кем не был запечатлён. – Да это и так было понятно, – равнодушно сказала Марта, ставя на стол тарелку с пирожками. – Я тоже не поверила. Не мог мой братец с ней связаться, он её терпеть не мог. А как ты уехала, Зара такое отмочила… – Да? – заинтересованно приподняла бровь Дея. – Короче, она к нему и так, и эдак, а он – ноль внимания, весь в горе был. А потом… Она решила пойти на отчаянный шаг. Хотела его опоить зельем возбуждающим. Думала, это его мозг отключит, и он заявит на неё права. Но не тут-то было. Буран в такую ярость впал, что ей чуть глотку не разорвал. Благо, мимо проходил Видар, вовремя оттащил. – А почему не выгнали? – Так долг у них перед её покойным братом, – пояснила Айрис, понизив голос, будто опасаясь, что их услышат. – Видар дал ей срок, чтобы нашла себе пару. Он истекает в этом году. Она многозначительно посмотрела на Дею. – Наши-то парни после той истории даже смотреть в её сторону не хотят, – продолжила Айрис, и в её голосе прозвучало удовлетворение. – Последний её шанс – найти себе пару из гостей. Но, честно говоря, они у неё призрачные. Кто захочет связать себя с волчицей, с репутацией интриганки? – Слушай, а почему альфа её сразу в стаю тогда не принял? И зачем до сих пор терпит её здесь? Обычно Видар не церемонится с теми, кто сеет раздор в его стае. Айрис усмехнулась. – Ой, ну, ты что, моего брата не знаешь? – В её голосе прозвучала смесь восхищения и лёгкого раздражения. – Он сам себе на уме. Стратег. Видимо, уже тогда понял, что она интриганка, и решил держать поближе, чтобы контролировать. Как говорится, держи друзей близко, а врагов – ещё ближе. Она сделала паузу, переварить информацию. – Плюс этот долг… Он для Видара – дело чести. Он не может просто вышвырнуть её, не дав формального шанса. Но, я уверена, – её глаза блеснули, – что как только срок истечёт, её отправят на вольные хлеба в тот же день. Брат не терпит, когда его великодушием злоупотребляют. И Дея почувствовала, как её собственная волчица одобрительно рычит внутри. – Ладно, с ней всё понятно, – Дея отпила чаю, поставила кружку с лёгким стуком. – А что делать с вами, тихушницы? – Её взгляд скользнул по лицам Марты и Айрис. – Как я поняла, вы все знали, что история с запечатлением Данияра и Зары – ложь. Но почему тогда мне никто об этом не сказал? Марта тяжко вздохнула, положив свою тёплую ладонь на плечо племянницы. – Детка, – её голос прозвучал мягко, но с оттенком вины. – Понимаешь, в тот момент тебе нужно было уехать. Для меня твоя безопасность была важнее сердечных дел. Их всегда можно поправить. – Она посмотрела Дее прямо в глаза. – Тем более, я была уверена, что Данияр ни за что от тебя не откажется. – Понятно, – тихо сказала Дея, опуская взгляд. – Эй, Дея, не обижайся, – взяла её за руку Айрис, и её пальцы были тёплыми и успокаивающими. – Мы все действовали во благо тебе. Поверь. Дея подняла на них глаза, и в её взгляде не было гнева, лишь лёгкая печаль. – Да я не обижаюсь. Я считаю, вы поступили правильно. Просто… – она сделала паузу, подбирая слова, – больше так не делайте. Честно, я умею сама расставлять приоритеты. И, конечно, даже зная, что он ко мне неравнодушен, я всё равно бы уехала. Просто… не так было бы больно. Не так горько. Она замолчала, глядя на пар, поднимающийся от чая. – Пять лет я думала, что он выбрал другую. Что я была недостаточно хороша для него. Стыдилась своих чувств. Если бы вы тогда сказали мне правду, вы избавили бы от ненужной боли. В комнате повисла тишина. Марта и Айрис переглянулись, и в их глазах читалось понимание и раскаяние. – Прости, – наконец, сказала Марта. – Ты права. Мы думали о твоей безопасности, но не подумали о твоём сердце. Дея кивнула, и лёгкая улыбка появилась на её губах. – Вы прощены, мстить не буду. – Ну, раз не злишься, расскажи, как вы с ним встретились? – умоляюще сложила ладони Айрис, и её глаза заискрились любопытством. Дея вздохнула, её щёки покраснели. – Феерично. Как выражается моя Рыжая, чуть не случилось страшное. Вовремя она меня спасла. А потом мы с ним немножко поспорили. Он рассказал, что скучает. Я подулась. Ну, в принципе, что ещё могло быть? – Айрис хмыкнула, мол, не верю, а взгляд говорил: «Больше подробностей». – Я просто была ошарашена встречей с ним и его напором. Посему смылась по-быстрому, чтобы дров не наломать. Ну, не бросаться же на шею и говорить: «Я так счастлива, что ты меня ждал, я вся твоя!» – Ну, да, – согласилась Марта, разливая по кружкам свежезаваренный чай с мятой. – Это было бы странно с твоей стороны, да и не в твоём характере. – Конечно, не в моём, – фыркнула Дея, с наслаждением вдыхая аромат напитка. – Ну, и сколько ты будешь его мариновать? – не унималась Айрис, а у самой в глазах плясали весёлые огоньки. – Он ведь не из тех, кто будет долго ждать. – О сроках мы не договаривались, – ответила Дея. – Но мне кажется, до завтра вполне достаточно. – Наивная… – протянула Айрис, качая головой. – Готова поставить свою лучшую отмычку на кон, что он припрётся сюда ещё до полуночи. Уж я-то своего брата знаю. – Оставь отмычку себе, – тут же отказалась от пари Дея. – Она тебе ещё пригодится. Вы лучше расскажите, что у вас тут интересного случилось за последние пять лет. Я ведь всё пропустила. Подруги наперебой начали рассказывать – о смешных случаях на тренировках, о новых парах в стае, о стычках с соседями. Беседа затянулась часа на три, наполненная смехом, воспоминаниями и лёгкой ностальгией. Дея, наконец-то, смогла расслабиться. Вдруг она вспомнила про набор препаратов Исты, оставленный в фургоне. За остальное она не переживала, но, если это найдут, могут возникнуть проблемы. – О, подождите, я кое-что забыла! Она встала, вышла на крыльцо и направилась к машине. На улице вечер медленно опускался на землю, окрашивая небо в тёплые сиреневые и оранжевые тона. Воздух стал прохладнее, наполняясь ароматом нагретой за день земли и цветов. Из открытого окна доносился смех и голоса подруг. Только она подошла к фургону, как её волчица зарычала – низко, предупреждающе. Это было не свойственно Рыжей – та обычно была либо спокойна, либо уходила в подполье, если напугана. Но чтобы проявлять агрессию… Никогда. Дея замерла. Так она может теперь реагировать только на одного человека…