Глава VIII. Богиня

Когда они достигли нужного места, едкий дым заполнил уже все капище и окружающий лес. Мальчишка лакей увязался вслед за Чернышевыми и так же резко остановился, как и молодые люди, едва их взорам открылась пугающая леденящая кровь картина.

Невысокий земляной ров опоясывал поляну, а в середине него в землю был вкопан высокий столб. Рядом с ним находилась огромная железная емкость, похожая на жуткий ведьмовской котел, в который можно было опустить не одну жертву. На дне этого зловещего чана были положены и горели дрова, а полыхающий огонь вырывался с недюжинной силой. Половина котла была закрыта железным верхом, словно крышкой, и обита сверху досками.

И именно на этих досках сверху, на закрытом месте стояла Надя. Она была привязана веревками спиной к мощному столбу, а ее ноги упиралась на жуткую крышку горячего чана. Огонь во второй открытой половине полыхал так яростно, что девушку из-за языков пламени, пляшущих перед ней, почти не было видно. Со связанными сзади руками, бледным испуганным лицом и распущенными темными волосами, она походила на средневековую ведьму, приговоренную к сожжению.

В этот момент Новиков, облаченный в грязный серый балахон и обвешанный железными подвесками и чеканными амулетами, ходил вокруг чана с факелом в руке и поджигал все новые дрова на дне котла, то и дело что-то победно крича в воздух и задирая голову.

– Он сожжет ее! – вскричал в ужасе Ивашка.

Но Чернышевы не слушали его, они уже перепрыгнули за круглые очертания земляного рва. Сергей, откинув трость в сторону, бросился к Новикову и со всего размаха саданул его по лицу. Дворецкий выронил факел из рук и осел на землю, тряся головой. Сергей же стремглав бросился к котлу. Он проворно залез на закрытую крышку, где стояла Надя, и начал рвать руками веревки, которые удерживали девушку, словно путами, пытаясь, как можно скорее освободить ее.

Испуганные большие глаза Нади были полны слез.

– Сергей! – окликнул брата Никита. И тот, обернувшись, увидел в руках брата нож.

Понятливо кивнув, Сергей протянул ладонь и в следующий миг поймал кинутый Никитой нож и начал торопливо резать веревки. Удивительно, но закрытая часть котла, на которой они стояли вместе с девушкой, совсем не обжигала. Лишь яростное тепло огня, которое находилось перед ними, сильно жарило кожу, как в бане.

Никита же подскочил к Новикову, чтобы схватить его, но дворецкий, уже придя в себя, сильно пнул Чернышева по ногам. Поморщившись, Никита мощно врезал кулаком по челюсти неугомонного Новикова, но тот не хотел успокаиваться и вознамерился подраться с графом. Яростно тряхнув гудящей головой, Капитон замахнулся, но Никита, предугадав его ответный выпад, сильно ударил бешеного дворецкого в живот, чтобы уже усмирить его. Уже через пару мгновений Чернышев жестко схватил Новикова, заломив за спину его руки. Подняв его на ноги, Никита не давал ему вырваться.

– Глупая девица! – цедил над Надей Сергей, трясущимися руками пытаясь как можно скорее освободить девушку. – Я же говорил тебе не делать этого! Ты вообще понимаешь, что творишь?!

– Но зато вы сами все видели, – нервно дрожа, лепетала она упрямо в ответ.

– Вот б… – Сергей замялся, сверкая на нее газами, и заставил себя замолчать.

Надя поняла, что он хотел выругаться и явно нецензурными словами, но, видимо, воспитание не позволило ему этого. Уже через пару минут он, разрезав веревки, осторожно спустил ее с жуткого чана на землю и отволок подальше от этого ведьмовского горящего сооружения. Неистово прижав девушку к своей груди, он пару раз выдохнул, пытаясь успокоиться.

Они оказались рядом с Новиковым и Никитой, и Сергей, вперив угрожающий взор в дворецкого, прохрипел:

– Безумец, ты совсем спятил?!

– Да за это тебя точно растерзать мало! Ишь, что удумал! – бросил ему Никита, продолжая удерживать в сильных руках брыкающего тщедушного дворецкого, который был недоволен всем происходящим и пытался вырваться.

– За что растерзать? – трепыхался дворецкий, и было видно, что он не понимает, чем недовольны Чернышевы. – Я ничего дурного не делал!

– Как душегуб, уволок ее в лес, чтобы жечь на костре?! – процедил в ярости Сергей, все еще не в силах справиться со своим гневом.

– Неправда это! Я не хотел причинить вред богине Надежде! – начал как-то истерично кричать в свое оправдание Новиков. – Я только хотел, чтобы она осветилась священным огнем!

– Освятить ее смерть сожжением?! – пророкотал зло Никита.

– Но она сама меня об этом просила! Она жаждала пообщаться с богами, а для этого надо очиститься огнем! Она сама хотела этого! – воскликнул Капитон.

– Ага, и поэтому ты связал ей руки.

– Это чтобы она вдруг не навредила себе, если испугается, – объяснил дворецкий.

– Что за бред?! – вскричал Сергей, прижимая к себе девушку, неистово целуя ее лицо и гладя по голове.

Она была так же одета в какой-то жуткий белый балахон, похожий на ночную рубашку, босая и с распущенными черными волосами.

– Богиня Надежда, скажите им! – выкрикнул Новиков в исступлении. – Что я говорю правду.

Но Надя упорно молчала, лишь испуганно жалась к широкой груди Сергея и тяжко вздыхала. И Чернышев прекрасно понял, что она специально просила его об этом, чтобы поймать на злодеянии.

– А я говорил тебе, Сережа, что он сумасшедший, а еще и буйный, как оказалось! – продолжал обвинять Никита. – Это ведь ты у нас сердобольный, всех жалеешь – и вот до чего все дошло!

– Что это? – спросил неожиданно Сергей.

Оставив Надю, он в два шага приблизился к Новикову и дернул с его шеи серебряную тонкую цепь, одну из многих, на которых красовались амулеты. Но на этой цепи сверкало вычурное золотое кольцо с мерцающим изумрудом. Сергей вперился безумным взором в знакомую драгоценность и похолодел всем телом, понимая, что они наконец нашли того, кого искали так долго.

– Все, Новиков, за это безобразие тебе точно придется ответ держать, и уже сам знаешь где! – вынес приговор Никита.

– В полиции! – процедил Сергей. – Теперь ты за все ответишь… и за смерть Лидии, и за то, что Наденьку пытался сжечь!

– За смерть Лидии? – опешил Никита, недоуменно посмотрев на брата.

– Это кольцо Лидочки, посмотри! – рявкнул в негодовании Сергей.

Никита перевел взор на драгоценность, которую яростно сжимал в пальцах брат, и побледнел. Он нахмурился, начиная понимать, что к чему.

– И впрямь… – пролепетал тихо Никита и замолчал. Было видно, что он о чем-то напряженно задумался.

– Где ты взял кольцо?! – прокричал Сергей прямо в лицо Новикову, схватив его за грязный балахон на груди. – Говори немедля, или я за себя не отвечаю!

Надя впервые видела жениха в таком бешеном гневе, да еще чтобы он так хрипло угрожающе рычал. Она понимала, что он действительно сильно переживал по поводу всего этого. Она приблизилась к нему и, положив руку ему на плечо, пыталась чуть отодвинуть от перепуганного, бледного как смерть Капитона.

– Сережа, успокойся, – попросила она ласково.

– Отойти, Наденька! – огрызнулся он. – Сейчас этот колдун мне все расскажет!

– Колдун? – вновь недоуменно спросил Никита, явно не понимая, так и удерживая Новикова в руках.

– Да, таков он и есть! – прохрипел Сергей, толкнув Новикова в грудь. Чуть отступив от дворецкого, он продолжал испепелять его ненавидящим угрожающим взором и цедил каждое слово: – Именно ты тот колдун, который уморил мою Лидочку! Именно тебя я искал весь этот жуткий год! Именно ты водил меня кругами по лесу, когда пропала Лидия, и я, как одержимый, искал ее. И лазил по твоим гнусным подземельям! И два месяца назад едва тебя не поймал, ведь так? Когда нашел твое логово! Но ты, Новиков, ловко ускользнул от меня, словно уж! Еще и стрелял! Тогда тебе удалось скрыть свое лицо, и оттого я не смог узнать тебя. Но это ты сначала убил мою Лидочку, а теперь хотел расправиться с Наденькой! Это ты, Новиков, заморочил голову Лидии, обещая ей помочь, и внушал ей свои потусторонние бредни! Колдун и есть! Именно ты морочил мне голову весь этот год!

– Я ничего не делал! – вдруг завопил иступлено Новиков, понимая, что сейчас граф обвиняет его в жутких вещах.

– Наглая ложь! – не унимался Сергей. – Вот ее кольцо, и это доказательство всего! Ты сжег ее, принес в дар своим черным Богам и забрал себе ее кольцо. Она любила это кольцо и часто надевала его, наверняка перед смертью оно было на ней.

– Нет! Нет! – кричал в страхе дворецкий. – Я ничего не делал! Она сама подарила мне его!

– Точно лжет, – выдохнул грозно Никита.

– Я не хотел никому причинить вред! Я хотел очистить тело и душу богини Надежды священным огнем, чтобы она могла беспрепятственно подняться на небо.

– Видимо, то же самое ты проделал с несчастной Лидией, – процедил глухо Никита.

– Где ее тело?! Немедля говори, демон! – уже в ярости вскричал Сергей.

– Сережа, если он сжег ее на костре, то останков мало, зарыл поди где-то, – печально заметил Никита.

Все замолчали, хмуро взирая на Новикова, который как-то весь сжался в руках Никиты и лишь тихо скулил о том, что он ни в чем не виноват и смерти ничьей не желал. Но никто уже не верил ему.

В какой-то момент, словно опомнившись, Никита повернулся к пареньку, который так и стоял чуть сбоку, испуганно замерев, и громко приказал:

– Ивашка, немедля беги за людьми. Вели тащить воды, чтобы погасить тут все, чтобы пожар не случился. И еще скажи Иллариону, чтобы как можно быстрее послал за квартальным, надо этого ненормального сдать в полицию. Свидетели его бесчинства, слава Богу, есть.

– Слушаюсь, ваше сиятельство, – кивнул паренек и стремглав помчался по лестной тропинке.

– Домой пойдемте, Сережа, Надюша. А то это место наводит меня на жуткие мысли, – сказал тихо Никита, направившись прочь за территорию земляного круга и волоча за собой плачущего и дрожащего Новикова, который пытался призывать к себе на помощь некоего бога Аполлона.

Новикову были предъявлены обвинения в убийстве графини Лидии и покушении на жизнь Нади. Его заключили в тюремный каземат на неопределенный срок, ведь все доказательства вины дворецкого были налицо.

На основании показаний графов Чернышевых, пострадавшей девушки и слуги Ивана дело дворецкого было открыто и передано в судебный комитет, который должен был разобраться во всех тонкостях этого мутного происшествия и вынести Новикову приговор. Но все уже понимали, что, даже если Капитон и избежит смертной казни, он уж точно всю оставшуюся жизнь проведет в тюрьме. Дворецкий все отрицал, и божился, что не знает где останки покойной графини. Но ему никто не верил

После известия о том, что настоящий убийца графини Лидии пойман и уже никто не угрожает своими темными делами домочадцам, все жители усадьбы как-то успокоились и облегченно судачили о том, что только благодаря невесте графа удалось поймать этого злодея.