Глава 20

Так хочется отвести взгляд, но я не могу, смотрю на него, словно заколдованная. Фейлонга нельзя назвать писанным красавцем, но его лицо имеет приятные черты, но из-за контраста его тяжелого взгляда и гладкой кожи, сложно сказать, сколько же в итоге ему лет. Он тоже внимательно рассматривает меня, словно пытается найти в моих чертах что-то знакомое ему.

— Зачем же вы меня пригласили в ваши покои? — уточняю я, пересилив это странное чувство.

Фейлонг часто моргает, будто и сам очнулся от чар, но это длится всего мгновение, его лицо вновь оказывается под маской надменности. Он наклоняется еще ближе, практически касаясь моих губ, я могу почувствовать, как его дыхание обжигает их.

В ногах не остается сил, я оступаюсь, но его сильная рука вовремя подхватывает меня за талию, притягивая ближе к себе. Сердце готово выпрыгнуть из груди, магия сходит с ума, учуяв подле себя влияние его мощной, но очень странной ауры.

Король довольно улыбается, вновь наклоняясь ближе. Мои глаза предательски закрываются. Я чувствую, как его щека с легкой щетиной касается моей, а после звучит его соблазнительный шепот над ухом:

— Потому что мне нравится видеть эти очаровательные эмоции на твоем лице, а еще больше меня забавляет дразнить твоего братца.

Мои глаза резко открываются, щеки краснеют еще пуще от стыда. И как могла подумать о такой глупости? Но что еще более ужасно, я чувствую разочарование, что он не воплотил мои опасения в жизнь. Дура…

Фейлонг отстраняется от меня, а на его лице сияет ехидная улыбка, мне становится совсем дурно от самой себя. Я прячу взгляд, но продолжаю ощущать на себя его глаза.

Хочу просто исчезнуть, лишь бы избавиться от этих чувств.

— Твоя невинность и глупость прекрасны, — насмехается он, добивая меня сильнее.

Мои кулаки сжимаются, так хочется заткнуть его рот чем-нибудь. В голове проплывает неприличная мысль, но я быстро отгоняю ее, заливаясь краской. Можно ли покраснеть еще сильнее?

— Ладно, на сегодня с тебя хватит, — смеется Фейлонг. — Отлипни уже от стены, я не планировал менять интерьер своей комнаты.

Я бы с удовольствием ушла, но боюсь, стоит мне сделать шаг, я просто рухну на пол. Эта стена — моя единственная опора. Поэтому я продолжаю стоять неподвижно, глядя в пол.

— Ну, если так понравилась стенка, можешь хоть всю ночь обжиматься с ней. Надеюсь, твой братец не будет ревновать к ней, — хочет король, скрываясь за неприметной дверью в противоположной стороне комнаты.

Простояв неподвижно еще несколько минут, мне, наконец, удается совладать со своими эмоциями. Тело начинает слушаться, делаю глубокий вдох и отхожу от этой злосчастной стены.

Пока Фейлонг отсутствует, я могу осмотреться в его покоях, может, здесь найдутся интересные зацепки, что помогут мне узнать о его слабостях.

Король словно слышит мой замысел и появляется из-за двери уже в ночной рубахе, я застываю, увидев его, в этой одежде его грудь слишком сильно оголена.

— Смотри-ка, а слова про братца подействовали, — язвит Фейлонг.

«Это не так!» — хочу возмутиться я, но слова теряются где-то в груди, когда он вальяжно проходит мимо.

Да он же специально дразнит меня. Уверена, он использует какие-то неизвестные мне чары, иначе я не могу объяснить своего странного состояния.

Фейлонг укладывается на свою широченную кровать, и кто бы сомневался, что белье на ней окажется черным.

— Что-то ты притихла. Спать не собираешься?

Я оглядываюсь по сторонам, но, кроме его кровати, здесь нет ничего, где можно было бы примоститься. Он замечает мое замешательство и не удерживается от колкости:

— Кровать большая, — похлопывая по простыням, усмехается король.

— Что?

Я в сотый раз за вечер краснею, но быстро возвращаю невозмутимое лицо.

— Да не бойся ты, не съем. Пока.

— Это неприемлемо! — шиплю я.

— Несколько минут назад, ты была не против разделить эту ночь со мной, — дразнит он меня.

— Не было такого! — восклицаю я.

— Правда? — хитро улыбается Фейлонг. — Ладно, мне неважно, где ты будешь спать: на кровати или на полу, но сегодня, ты охраняешь мой сон.

— Охраняю сон?

— Именно, в последнее время я не высыпаюсь.

— А я чем могу помочь? — хмурюсь я.

— Кто знает какие способности скрывают в себе еще драконы жизни и смерти.

Я с недоверием смотрю на него. Никогда не слышала о чем-то подобном, что на уме у этого короля?

— Не боитесь, что я могу навредить вам, пока вы будете спать? — язвлю я.

— А ты хочешь? — пристально смотрит он на меня, я ничего не отвечаю. — Конечно, хочешь, но вряд ли у тебя что-то выйдет, — с грустью добавляет Фейлонг, словно желал бы, чтобы у меня получилось. — А вот я могу отыграться на твоем братце.

Он прав, моя сила на него не действует, сможет ли в таком случае навредить ему обычное оружие? Но вот Вэнтом все еще в его власти.

— На многое не надейтесь, у меня нет сил, что способствовали бы благоприятному сну, — ухмыляюсь я, занимая кресло возле камина.

— Я уже давно перестал надеяться на что-либо, — едва слышно отвечает он, а его глаза на мгновение наполняются отчаянием.