Глава 14

Афанасий Федотов, получивший потом имя "Тунгусский ведьмак", был из клана Земледельцев, а вот его жена, Аксинья, была родом из клана Магов. Из древнейших. Вот ведь могла бы она сына родить, и стал бы он, пусть не королем, так при короле главным рубежником.

Так уж повелось, что Маги, Лекари и Земледельцы всегда рука об руку шли. Одни правили, вторые охраняли, оберегая их мир от врагов, третьи обеспечивали насущным. Мудрые рубежники, порой, власть имели большую, чем сам король и только, пожалуй, Земледельцы никогда не рвались к власти.

Нет, всё-таки предки были мудры, что в свое время поняли и создали именно такую систему правления в их мире. Только в триединстве сила. Только имея три сильных, равнозначных угла, их мир может существовать!

Земледельцы отвечают за всё насущное и самое приземленное. Нравится, не нравится, а без еды выжить невозможно! Вырастить, собрать, сохранить, не сгноив – это огромный опыт и умения! А ещё они же поварами, плотниками, кузнецами и оружейниками всегда были. Железо и дерево в их руках пело, а еда, приготовленная ими, всегда была выше всех похвал.

Лекари – не только здоровье, но и долголетие. Сытый, но больной тоже жизни не рад. Не говоря уж о том, что у больного нет сил на сбор урожая или на изобретения и науку. Именно Лекари отвечают за здоровые энергетические потоки. Всё хорошо в меру!

И, наконец, Маги: только на сытую и здоровую голову можно с максимальной отдачей учиться новому, создавать гениальные творения мысли и техники для души, для защиты, для развития систем здоровья и сельского хозяйства. Ученые, изобретатели, учителя, гениальные сыщики.

Род Аксиньи был древнейшим. В ней текла кровь предков. Она была первенцем в своей семье, а значит, именно она обладала огромной силой своего рода, которая должна была перейти к её сыну. Но Духам было угодно, чтобы Аксинья встретила своего истинного в лице деревенского кузнеца. А встретив, ушла с ним в глушь. Ушла за своим мужем. Не могла, конечно, не уйти. Но могла ведь объяснить, да и Афанасий должен был бы понять. Но куда там! Муж в семье голова. Как муж сказал, так и будет. Вот они, старые устои.

Владимир, вспомнив Афанасия, усмехнулся: такому, пожалуй, объяснишь, как же! Огромного роста, борода до пояса. Взглядом одним мог к полу пригвоздить. И ведь он знал, что мы идем по его следу, знал!

Сам ли знал или сказал ли ему кто? По всему, заранее об их приближении только Аксинья и могла знать, но её уже тогда не было в живых. Тогда кто? Сын? Ученик? Случайный странник, случайно услышавший разговоры в трактире, куда они заехали на ночлег, решив, что утром им сподручней будет ведьмака брать?

Владимир, чем больше над этим думал, тем больше приходил к выводу, что Афанасий специально их в тайгу заманил. Подальше от людей. Ох, не похоже это на Афанасия, ох, не похоже…

Люди, да ещё обычные, для него, что мухи – особой ценности их жизни не имели. Мог бы и не уходить в тайгу. Подумаешь, село всё погибло бы! Они и так все у него на привязке на крови были. А это значит, что он и так мог жизнь любого из них в любой момент взять…

Ох, вот не зря ему, Владимиру Вишневскому, казалось, что не погиб с Афанасием его единственный, тот, кого он сам обучал на смену себе, ученик. Хоть и твердили все, кто жил в той деревне, что, мол, вместе они ушли, да и следы двух пар ног рядом шли, но не верилось Вишневскому, что ученик решил смерть рядом с учителем принять. Да и Афанасий не позволил бы вот так делу всей своей жизни погибнуть! Детей у них с Аксиньей не было, а значит, должен был Афанасий ученику всю свою силу передать. Знал ведь, что не может он просто так в мир Духов к своей Аксинье уйти.

Смерть Аксиньи – тоже вот ещё загадка. Выходило по всему, что болезнь скоропалительная жизнь её забрала. Ведь она да, не Лекарь, но Маг! И очень сильный Маг была! Ведь знала всё и могла своё здоровье контролировать, к Лекарю своевременно могла ведь обратиться, в конце концов.

Тогда что?

Не сама ведь она себя жизни лишила?

А детей им с Афанасием Духи не дали…

Или всё-таки дали?

Сначала да, все односельчане твердили, что не было у них детей. Потом уж смог Его величество Стефан до воспоминаний одного старика, Никанора, кажется, добраться, крепко его воспоминания Аксинья запечатала, но кусочек пропустила. Вот тогда Владимир и понял, что Стефан по праву их король. Только он смог вызвать у того Никанора воспоминания его детства.

Владимир откинулся на сиденье и прикрыл глаза, вспоминая записи дела и тот день. Владимир сам вел то дознание, когда Стефан погружал в транс того старика. Для удобства и из уважения к его возрасту, старика положили на кушетку.

– Никанор Никифоров, скажи, сколько тебе лет? – задал вопрос Стефан.

– Осьмой год ужО пошел, барин! – ответил, неожиданно звонким, мальчишеским голосом старик.

– И что, в школу ходишь ли?

– Хожу, как не ходить!

– И много вас в классе учится?

Старик задумался, шевеля губами и слабо загибая пальцы на руках, как делают это дети.

– Так, почитай, тридцать душ! – ответил важно.

– Все дети из вашей деревни учатся ли?

– Нет. Не все. Антипка Федотов не ходит в школу!

– А что ж так? – переглянувшись с Владимиром, задал вопрос Стефан, – али мал он ещё?

– Не, не мал. Его тятя не пускает с нами в школу ходить, поэтому его тетка Аксинья дома всему обучает. Ох, и умная же она, что все наши учителя! – уважительно произнес Никанор, – Антипка мне одному показывал, какие он чудеса может творить! Захочет, и дикие птицы вокруг него хоровод пляшут. А захочет, и взрослого мужика, без портков, по деревне отправит. Ох, и попало ему однажды от дядьки Афанасия за это! И ему, и мамке его. Я сам слышал, как дядька Афанасий её нагайкой в сарае хлестал за то, что она за сыном плохо приглядывает.

– А сколько ж годков Антипке Федотову?

– Какому Антипке, барин?

– Так Федотову же Антипке, Никанор. Ты же вот сказал, что в школу он с вами не ходит, а всякие вещи умеет.

– Не знаю я никакого Антипку Федотова! Ты что-то путаешь, барин! У дядьки Афанасия и тетки Аксиньи нет детей то!

Стефан с Владимиром переглянулись и одновременно произнесли:

– Стерла!

Выходит, что тот Антипка и этот Никанор дружили, значит, можно предположить, что ровесниками мальчишки были, да и жили они по соседству.

Больше ни у кого из жителей того села ни разу в воспоминаниях Антип Федотов не промелькнул. И они решили, что мальчик умер. Это бы объясняло и то, что и Аксинья именно поэтому не лечила себя, не перенеся смерти своего единственного сына, не захотев жить дальше. А уж, не вынеся одиночества, и Афанасий лютовать начал.

А что, если Аксинья, всё-таки, умерла? Рано умерла, а её сын, Антип Федотов, оставшись без материнской любви и знаний, рос и обучался сам? Если этот загадочный ученик, следы которого вели в тайгу рядом со следами Афанасия, и есть сын Афанасия и Аксиньи? Ведь Антип мог унаследовать кровь матери, а, значит, и дар её великий. И, если верить воспоминаниям всё того же старика Никанора, Антип уже в детстве был очень сильным Магом. Владел гипнозом, мог управлять животными, мог потом, после смерти матери, предупреждать своего отца об опасности в лице рубежников.

А воспоминания о сыне Афанасий мог заставить Аксинью стереть по любой причине. Не хотел, чтобы сына богатые родственники жены забрали, ну как пример. А мог и не хотеть сыну такой же участи, как у него самого и его жены была.

Одно дыхание и боль на двоих у истинных – это неизбежно и непередаваемо сильно по ощущениям. Но ведь встретить свою истинную – это познать не только прелести любви. Аксинья и Афанасий были из разных миров! Это сейчас, в современном мире, нет особой разницы, где ты родился, уж образование то точно все получают. А в те года… Да если ещё вспомнить, что Афанасий достаточно стар был, когда Аксинью свою встретил…

Афанасий – простой деревенский кузнец из многодетной семьи. Самый старший. Ходил ли он вообще в школу? Он должен был помогать отцу по хозяйству, умения кузнечного ремесла осваивать. Какая уж тут школа?

И Аксинья – старшая дочь главного рубежника, состоящего на службе при короле. А это значит, что девушка получила самое лучшее, для своего времени, образование. Росла в богатстве и отказа ни в чем не знала.

Каково им было жить вместе? И порознь уже не могли, и вместе было практически невозможно! Каково это, быть битой нагайкой в сарае за своего сына? За то, что ребёнок пошалил. Пусть глупо, но по-детски и не зло.

А самому Афанасию, каково было? Тёмный и наверняка малообразованный мужик, приверженец старых устоев. И рядом жена – с высшим образованием по меркам того времени, жена выросшая в семье, где совсем не старорежимные устои были. Каково это – бить жену и самому ощущать всю её боль?

– Да не приведи господи! – Владимир даже плечами передернул, только представив это.

Не смог Афанасий с собой жизнь сына забрать? Точнее уж, специально его здесь живым оставил? Или Антип уже набрал столько силы, что мог управлять отцом? Да ведь даже представить страшно, к каким выводам мог прийти самоучка с его силой. Мог ведь и отца использовать, мог и представить всё так, будто это его отец был таким сильным ведьмаком! Как же он выжил то? Ведь там взрыв энергии был такой силы, что на десятки километров от взрывной волны лес выгорел и полег.

А если предположить, что влил он в отца большую часть своей силы и отправил вместе с отцом кого-то вместо себя, внушив и тому, и другому всё что угодно? Ведь мог же он уже в детстве взрослому человеку внушать, что в его детскую голову взбрело, вот хоть бы и без портков по деревне пойти!

Отца с кем-то отправил в тайгу, уводя их преследователей в глушь, как можно дальше от себя. А сам, оставшись почти без силы, в деревне остался. Жителям мог внушить что угодно, как и память стереть тоже мог. Рубежники ведь, когда Афанасий погиб, видели, что Антип Маг, только поверили, что он учитель в сельской школе. Потоки силы то у него совсем слабые были.

А ведь слабыми они у него в тот момент совсем по другой причине могли быть, а не по причине слабой ветви рода, как они тогда решили.

Ах, ты ж, зараза!! Умен, гад! Столько лет потом скрывался среди людей и силу свою копил.

Ведь черт знает, что в стране творилось! Войны да революции мужиков из деревень забирали, а его могли и не призвать, если он ни в одной книге записи народонаселения не значился. Зато сам, оказавшись в деревне среди женщин да девчонок молодых, силу свою копил. Это ж как коту в погребе со сметаной оказаться! Забеременеть они от него не могли, а кровь и гормоны бурлили, требуя свое, природное. Могли и сами к нему идти, а мог и он поманить, да приголубить. И с каждой ночью любви, у него, как у Мага, сила его прибавлялась. Понял ведь уже тогда как мы, Маги, силы свои пополняем! А после ночи с молодкой, у которой он первый как мужик был, сила его очень ощутимо прибавлялась. И нет ничего постыдного в том, что любви и ласки бабам да девкам хотелось.

– Так почему же ты сейчас стал их избивать и до смерти выпивать? Что ж тебя так сорвало то? – спросил сам у себя Владимир, глядя в иллюминатор.

А ведь Антип знает, что Владимир руководил той операцией по захвату Афанасия. Точнее уж, не захват, а охота на зверя лютого была. Гнали они его по тайге, а он и вел себя как зверь – уходил вглубь, уводил охотников от своего логова. А зачем он их уводил, спрашивается, если не осталось никого в той деревне из его семьи? Выходит, что не сам и не по доброй воле, уводил их Афанасий. Выходит, что остался у него кто-то в деревне. Точнее, сам Антип и остался, а отца своего для отвода глаз в тайгу загнал.

Потому и мстит Антип ему, Владимиру! И начать он решил с самого простого: с его дочери Ульяны. Ну да, к его сыновьям не так просто подобраться. Они рубежники опытные. Да и есть ли смысл к сыновьям подбираться? А вот дочь – это самое дорогое, самое им бережно охраняемое! И ведь на тот момент ещё не встретившая своего единственного…

А что, если он и над Ульяной свой заговор прочитал? От этой мысли Вишневского прошиб холодный пот. Нет, просчитался ведьмак! Не сработало его заклятье. Уже встретила Ульяна своего единственного, и даже уже о дне свадьбы они договорились с его родителями.

Владимир вспомнил Дария и улыбнулся:

– Вот уж точно про него песенка из старой комедии была: “На лицо ужасные, но добрые внутри”. Хотя, красота для мужчины – не главное. Вот совсем не главное!

– Ладно, соберись, Вишневский! – скомандовал Владимир сам себе, – на чем там мы остановились?

А остановились на том, что Антип мстит. Мстит ему, как рубежнику, шедшему его захватить, а потом и энергии лишить. Это очевидное и одно из другого вытекающее действие. А отдал тот приказ на поимку зверя лютого Стефан, который тогда только на престол вступил. Но король – это другое. Король – это тот, кто приказ подписал на уничтожение, не дав даже возможности свершить над ним суд.

И Стефану он наверняка задумал мстить, только вот к королю так просто не подобраться… Там одна Амели и её команда чего стоит! Владимир усмехнулся, вспомнив охранника Его величества.

Хранители королевской семьи – это отдельная каста. Их с детства к этому готовят. Но всё равно, в день совершеннолетия, в 30 лет, их спрашивают о твердости их намерений. Это не случайно: к этому возрасту обычно уже обучение в школе заканчивают и только после совершеннолетия может случиться встреча с истинными. Раньше нет. Природа их сущностей такова, что раньше невозможно познать и встретить свою истинную пару. Иначе они бы уже в детстве, не обретя в полной мере опыт и знания, истинных своих встречали. Владимир, вспомнив жену и их встречу, вздохнул и улыбнулся грустной улыбкой.

– Так, соберись, Вишневский! – скомандовал он сам себе и вернулся к размышлениям об Антипе.

Ну, допустим, не желая такой участи, как у его родителей, Антип сам мог избегать встречи с истинной своей. Но тут уж неисповедимы пути Духов! Никто и никогда не знает, где и как судьбу свою встретит! Вот пример Дария и Ульяны тому лишнее подтверждение.

И Антип мог точно так же случайно найти свою истинную. Мы ведь ничего о нем не знаем. Где он был всё это время? Чем занимался Маг из древнейшего рода клана Магов? То, что он сам себе и швец, и жнец, и на дуде игрец – это понятно. Но мог ведь он со своей истинной парой элементарно на улице столкнуться. А дальше всё и завертелось!

Антип – Маг, и очень сильный, его род по матери древнейший. А истинная его могла быть из древнего рода клана Лекарей, ведь тоже могло такое быть. Все мы пешки в руках Духов и судьбы! Тем более, что по книгам древних родов клана Лекарей Маланья, единственная из их древнейшего рода сгинула где-то в глубинке, в глуши. А Антип и сидел в глуши до поры до времени, силу копил. Это у Аксиньи ещё два брата было, потому и не прервался древнейший род Магов с её уходом из жизни, ослабел только чуть, все-таки Аксинья старшая дочь была, и вся сила ей досталась.

А вот Маланья была единственной дочерью у своих родителей. Не бывает у Лекарей много детей, а она вот ещё и вовсе единственная была. Она Лекарь, её долг служить своему народу. Вот и отправилась она в глубинку, с эпидемиями бороться. И никто не знает, где точно она была, когда и по какой причине сгинула.

Точнее, не так. Знают, что отправилась она в Смоленскую губернию и всё! Встретила ли она истинного своего, родила ли ребенка? Могла ведь и сама заразиться, пока люд простой спасала. Тогда, потеряв свою истинную так рано да имея перед глазами очень неприглядный опыт семейной жизни своих родителей, Антип мог только укрепиться в своем желании создать то заклятье на освобождение от истинных.

И тогда, если мы допускаем, что это так, то Оксана, или Аксинья, как было в записке, Лекарь, дочь Антипа. Ишь ты, дочь в честь матери назвал, выходит?

Только зачем же ты, Антип, дочь то свою на такой короткий век обрек? Или так тяжко было вместе с женой тебе? Или пример родителей перед глазами так живо стоял, что ты вот ТАК судьбой своей дочери распорядился? Думал, что род твой оборвется, если не будет она о нашем мире ничего знать и жить по законам мира обычного?

Вот только не мог ты одного знать, да и откуда знать бы тебе это, тебя же не обучали в нашей школе, что кровь двух древних родов, так неожиданно в твоей дочери встретившихся, не пропала. Не только не пропала, а ещё и на след навела!

Но вопросы у меня к тебе, Антип Афанасьевич, имеются! Ох, сколько вопросов имеется!!

Вишневский поерзал на сиденье. Скорей бы уже приземлиться! Надо срочно всё эти свои догадки на генетиков вывалить. Какого черта они там штаны в своих лабораториях протирают?

Вот пусть и проверяют версию, что жена короля Стефана Катерина – внучка Антипа и правнучка тунгусского ведьмака Афанасия. Ведь они сделали анализ крови Катерины и сами удивились, насколько сильны в ней энергетические потоки. В ней, не получившей специального образования. В ней, сумевшей родить от простого обычного мужчины. Спали только они в Катерине, некому их было разбудить. В школу на обучение этому она не ходила, да и не знала ничего про них. А то, что ушибленное место под её руками у детей болеть переставало, как Олег говорил, так и у обычных людей так же. Дитё ударилось, мать пожалела, погладила и всё прошло!

Нет, ну, а что? Всё сходится: мать Катерины, по официальным бумагам обычного мира Оксана Иванова, из древнейшего рода Лекарей была, это они уже установили по крови самой Катерины, а это значит, что только Маланья могла быть её матерью и родной бабкой нынешней королевы Катерины.

А вот то, что они, пожалуй, упустили, так это то, что в пеленках девочки, к слову, совсем простых пеленках, записка с другим именем лежала. Аксинья. В детском доме решили, что очень уж странное имя, да и фамилии не было, вот и записали малышку Оксаной. И с фамилией мудрить не стали, дав ей фамилию прохожего, якобы нашедшего девочку в кустах. Иванов.

А не сам ли Антип и принес, под видом прохожего, якобы, случайно нашедшего девочку, а на самом деле принесшего свою дочь?

А ведь имя из клана Лекарей. Родовое, можно сказать, имя! И имя это вот прямо-таки огромной красной стрелкой указывает на древность рода. Вишневский, козел ты старый! Ты же сам тогда удивился, когда Катерина, под гипнозом, конечно, и под наблюдением своего мужа Стефана, вспомнила то, что слышала когда-то давно, будучи ещё ребенком, от своей матери. Знала она о той записке. Девочке уборщица того детского дома, где она росла, про записку с этим именем рассказала.

И ведь ему, Владимиру, Катерина сама это и рассказала на том званом ужине, где его награждали за… Не важно, за что! А он, козел старый, забыл! Ладно, он забыл, а куда смотрят генетики?

И так, что мы имеем: мать Катерины могла быть плодом любви представителей двух древнейших кровей из двух кланов – Лекарей и Магов. Антипа и Маланьи. Могла быть… Ой, могла…

И вот тоже ещё загадка: как же Аксинья, а в обычном мире, Оксана, смогла от обычного мужчины свою дочь Катерину родить? И Катерина ведь потом смогла детей родить. Получается, не сказки это, что Афанасий, а скорей всего всё-таки Антип, смог заклинание придумать на соединение крови из их мира и мира обычных людей. Или для этого достаточно только одного его заклинания, охранного от встречи с истинным? Или всё-таки, кровь двух древних родов так и не смешалась с кровью обычных людей и дала возможность возрождаться в детях?

Ведь, не было такого в их новейшей истории, чтобы двое из трех живущих сейчас продолжателей древних родов, стали истинными друг для друга. Вот уж Духи умеют посмеяться, одарить или наказать, это уж кому как больше нравится, и дать в истинные тебе, сильнейшему и древнейшему, такую же древнейшую!

Ох ты ж ёжки-матрешки! Скорей бы уже приземлиться!

Ведь у них теперь есть материалы ДНК этого изверга, и есть волосы Афанасия, которые в доме его нашли. Всё-таки людские суеверия бывают на руку. После того, как Афанасий свой дом в том селе покинул, в него никто, кроме рубежников Вишневского, не заходил. А уж они то собрали там всё, что могли. Даже вот волосы Афанасия в бане нашли. Найти то нашли, а вот сделали ли анализ всех волос, что нашли?

Ох, ты ж, разгильдяйство то людское! Ведь точно же не все волосы проверили. Ох, не все! Ведь по глупому стечению обстоятельств, могли же сделать анализы первых нескольких волосков, и все они могли оказаться волосами только Афанасия. Антип молод ещё был, волосы так не терял, как его отец, цвет волос имел такой же, Владимир вспомнил сейчас этого сельского учителя.

Да бабушкины же панталоны!! Бывает же такое? Ведь рядом с ними был Антип, слышал все их разговоры между собой и ауры их видел! Свою же ауру, отдав большую часть своей энергии отцу и кому-то, кого на заклание, как овцу, послал, выдав за ученика Афанасия, совсем слабой и светлой оставил. Да и не могла она у него тогда, по сути, как у только что рожденного, быть другой. Ведь видел же Вишневский, видел, да значения не придал, что у взрослого уже мужчины и вдруг такая светлая и слабая аура. Как у ребенка.

Эх! Мог бы, сам бы самолет в хвост толкал, чтобы летел быстрее, так ему захотелось увидеть результаты экспертизы ДНК. Владимир усмехнулся своим мыслям, почувствовав азарт от предстоящей разгадки.