Глава 32

Эта девчонка сводит с ума. Я же решил вычеркнуть её из жизни. Вычеркнуть из сердца… Но стоит птичке начать лить слёзы, как я снова клюю на эту удочку. И откуда она взялась? Олеся на всё пойдёт лишь бы сбить меня с толку. Даже под колёса бросилась!

Я снова начинаю понимать, что не хочу быть без неё. Прошло так мало времени с последней встречи, а по ощущениям целая вечность. Какого чёрта она такая… манящая? Не могу перестать целовать Олесю. Злюсь и наслаждаюсь одновременно.

Я приоткрываю глаза и смотрю на неё. Олеся целует меня в ответ с такой отдачей и искренностью. Её глаза плотно закрыты, и она обвивает руками мою шею. Сейчас Леся полностью открыта передо мной. Не буду врать самому себе — её речь произвела на меня впечатление. Но можно ли верить птичке? Если я снова буду иметь на неё виды, то такого не должно повториться.

— Больше никогда, поняла? В твоей жизни только я, — отрываюсь от губ Леси и рычу, глядя ей в глаза. Запоздало вспоминаю, что моя жизнь всё ещё полна опасностей и сейчас явно не лучший момент для построения отношений. Видимо, я сам уверовал в собственную ложь о том, что у меня всё в порядке.

— У тебя был шанс вести обычную жизнь, но теперь так легко от меня не отделаешься. Ясно?

— Только ты, — эхом повторяет Леся и тянется к моим губам.

Она срывает голову. Срывает планы. Перечёркивает мысли, в которых я окончательно расстался с ней. Хочу её до безумия. Ласкать. Наслаждаться. Ловить стоны. Доводить до исступления. Я срываю с Олеси рубашку и бросаю в сторону. Срываю лифчик. Как безумный. Включается животный инстинкт. Я смотрю в Лесины глаза и вижу огонь. Она понимает. Понимает и ловит эту волну. Леся так же жадно снимает с меня толстовку. Одежды слишком много. Мы больше не можем ждать.

Я сажаю птичку на себя сверху. Быстро расстёгиваю на себе ремень и пуговицу джинсов. Леся помогает. Наши руки дрожат от нетерпения. Когда с проклятыми застёжками покончено, я скольжу рукой под Лесину юбку и отодвигаю в сторону её трусики.

Да, детка. Мы созданы друг для друга.

Я спускаю свои джинсы и снова приподнимаю птичку. Леся знает, что нужно делать. Она устраивается поверх моих бёдер, её юбка трещит по швам, и я сдвигаю её на Лесину талию. Ловлю ртом сосок и засасываю. Моя сладкая девочка. Тот сразу встаёт, и я дразню его языком, заставляя ещё больше заостриться.

Нам тесно, неудобно, но наплевать на это. Главное, что мы слились. Хотели этого больше всего на свете. Я в ней. Заполняю её без остатка. Она моя. Была и будет.

Леся плавно двигает бёдрами, но мне всё равно мало её. Я прижимаю Лесю к себе и ощущаю тепло её тела. В этот момент понимаю, что уже не смогу отпустить. Эта птичка плотно вошла в мою жизнь.

Я впиваюсь пальцами в бедра Леси, ускоряя движения. Вбиваюсь в неё, пока не слышу, как птичка начинает стонать всё громче и громче с каждой секундой.

— Дархан… прошу… Дархан… ещё…

Я тоже близко, но специально замедляюсь.

— Не останавливайся, Дархан… — чуть не плача, шепчет птичка.

— В качестве наказания за твои косяки нужно бы оставить тебя без оргазма, — шепчу и засасываю её нижнюю губу.

— Пожалуйста… Умоляю…

Я прижимаю Лесю к себе и довожу начатое до конца.

Стоны. Запотевшие окна. Леся вцепляется в мои волосы на затылке и громко кричит, содрогаясь от оргазма. Я изливаюсь в неё с рычанием. Это лучшее, что было в моей жизни. Хотя я повидал много, очень много разных девушек, а среди них были такие виртуозки и профессионалки, но… Но ещё никогда я не чувствовал того, что чувствую сейчас. Словами не описать.

Я опускаю сидение, и мы плавно переходим в горизонтальное положение. Нужно перевести дух.

— Чёрт… — тяжело дыша, произносит Леся, удобно устроившись на моей груди.

Я накручиваю на палец её волосы и улыбаюсь как дурак.

— Что, птичка? Добавки хочешь?

Леся приподнимается и смотрит на меня с укоризной.

— Дархан, мы снова забыли про презерватив, — убито отвечает она.

Хмыкаю в ответ. Леся продолжает сверлить меня взглядом, но, не дождавшись реакции, снова ложится на грудь.

В голове сразу возникает полно мыслей на эту тему. Ещё в то утро, когда Леся впервые отдалась мне, я решил, что меня не пугает прибавление. Даже если я не смогу выбраться, и руки Малхаза сомкнутся на моей шее, то птичка не будет знать бед. Я успею подготовить почву для безопасности Леси и мелкого.

Мелкий… Даже представить не могу.

— Дархан…

— М-м-м?

— Поехали до аптеки. — Птичка снова приподнимается и смотрит на меня. Спускает с талии юбку.

— Боюсь уже поздно натягивать презерватив… — начинаю, смеясь.

Леся стукает меня в плечо.

— Не смешно. Я куплю таблетки.

— Какие ещё таблетки? — спрашиваю, нахмурившись.

Леся закатывает глаза.

— Догадайся.

Не дождавшись ответа, она отвечает сама:

— Экстренной контрацепции. Нам ведь не нужны сейчас дети, Дархан. Мне только этого не хватало. — Леся выпрямляется и начинает искать свою одежду.

Тоже приподнимаюсь и внимательно смотрю на птичку. Леся видит мой взгляд и начинает нервничать.

— Что ты так смотришь?! — спрашивает, натягивая на себя блузку.

Я хватаю Лесю за руку и придвигаю к себе.

— Не вздумай, — произношу твёрдо.

Выражение лица птички меняется.

— Что? — тихо спрашивает. — Не понимаю…

— Надоест пить таблетки, птичка. Я буду с тобой только так. Без защиты.

Леся отталкивает меня от себя.

— Ты в своём уме?! Тебе дети нужны?! Я даже не доучилась! У меня ни образования! Ничего! Хочешь детей — найди себе инкубатор!

Я тяну Лесю со всей силы на себя и придавливаю всем телом.

— Не надо играть со мной. Я сказал — никаких таблеток, иначе твоя слезливая речь больше не произведёт на меня впечатление. Поняла?

Леся удивлённо моргает, словно я тащу её на аборт.

— От Антошки ты такого бы точно не услышала, — усмехаюсь и начинаю целовать птичку в шею. Снова задираю юбку и вклиниваюсь между Лесиных ног. Она пытается скинуть меня, но сдаётся, когда погружаю в неё два пальца. Леся начинает шумно дышать, выгибаясь.

— Вот так, девочка. Это у нас получается лучше, чем разговаривать.