Глава 15

В бассейне поплавать это, конечно, хорошо. Только осталось купальник найти в ворохе заказов. И не абы какой, а тот, который я специально выбрала, чтобы позлить и Германа, и будущего мужа. Он же бродит тут вокруг и следит за мной.

У Германа было два бассейна: в самом доме и на улице. Когда я спустилась, Валерия уже лежала в шезлонге и что-то пила через коктейльную трубочку. Рядом с ней развалился в шезлонге Герман. Макс сидел в стороне под тентом. Солнце уже не жарило, а мягко грело воздух, ласково касаясь кожи. Но и этого было много для вампира. Я сбросила полотенце с плеч и подошла к бассейну. Услышала за спиной смех Леры и кашель Германа.

— Что не так опять? — повернулась я и задала вопрос с невинным лицом. Конечно, я знала, что не так. На мне был не просто купальник, а мини-бикини, который состоял из тонких полосочек и маленьких треугольничков, едва прикрывавших нужные места. Пусть смотрят и любуются. Раз трогать нельзя.

— Мара! Иди переоденься! — в голосе Германа звучал неприкрытый гнев.

— А мне больше не в чем купаться! — бросила я ему и плюхнулась в воду бомбочкой, зная, что обрызгаю и Германа, и Валерию.

Когда я наплавалась и вылезла из бассейна, Герман тут же завернул меня в большое полотенце, усадил в шезлонг и ушёл, громко хлопнув дверью. Макса тоже не было.

— Ты лучше над моим братом так издевайся, — подала мне бокал с лимонадом Валерия, — Герман-то причём. Если б не истинность, он тебя бы не отдал ему, а баловал и разрешал бы всё, что хочешь.

— То есть, можно, да?

— Даже нужно! — на лице Валерии играла лукавая ухмылка, — что тебе рассказали про истинность? Запугали небось, что ты теперь собственность и всё такое прочее?

— А разве нет?

— И да, и нет. По закону — ты собственность своей пары, никто не может к тебе прикоснуться. Такого мужчину накажут: или пара, или своя стая. Но зато, тебя будут любить и баловать. Можно делать почти всё, что захочешь.

— Но не всё? — ехидно уточнила я.

— Конечно, не всё, — Валерия внимательно посмотрела на меня, — вот как ты думаешь, можно изменять мужу или тому, с кем ты находишься в отношениях?

— Нет, но… — я замялась, как-то неудобно обсуждать это с сестрой жениха, но я всё-таки сказала: — но я же не по собственной воле замуж выхожу, а по принуждению.

— Ты всё-таки не до конца понимаешь, что такое истинность, — Валерия вздохнула, — истинная пара — это подарок Богини. Ты никого не сможешь любить кроме своей пары. Любой мужчина, прикоснувшийся к тебе, будет вызывать у тебя отвращение. А твой истинный не захочет никакую другую женщину.

— А если…

— Не бывает если. Пары не живут друг без друга. Крайне редко такое может произойти, но это единичные случаи. Если пара погибает, то и второй вскоре уходит. Сам. Или его зверь сходит с ума и его пристреливают.

— То есть, Богиня не оставила мне выбора. Просто вот так поставила перед фактом и всё. Не дав попробовать отношений с другими мужчинами.

Мне было обидно и завидно. Я даже носом шмыгнула.

— А ты посмотри на это с другой стороны: она уберегла тебя от разочарований.

— А может, я хочу прожить, испытывая все эмоции, а не только то, чего хочет Богиня! — злость никак было не запихнуть внутрь себя. Она рвалась наружу и выплёскивалась в злых словах.

— Самое важное, что даёт истинность — это семья, возможность иметь детей, — а эти слова прозвучали как-то грустно.

Я наблюдала за ней из-под ресниц и видела, каким грустным стало её лицо при этих словах.

— Мне уже сто пятьдесят лет, а я так и не получила награды от Богини…

— Пусть и у тебя будет истинный, раз ты так хочешь! — внезапно сказала я и осеклась. С чего это я вдруг⁈

— Хотелось бы, — грустно сказала Валерия и принялась за мороженое, которое нам принёс Лар.

Мы молча ели мороженое. Лар стоял рядом и не уходил.

— Пожелай и мне найти истинную, — внезапно сказал он, а я от неожиданности не успела поймать кусок мороженого, который в этот самый момент решил отвалиться с палочки. Лар бросился ко мне и протянул руку, чтобы вытереть, но тут же скривился и отступил.

— Ты чего⁈ — я бросилась к нему, но ему стало только хуже.

— Не подходи к нему! — Валерия подошла к Лару и усадила его в кресло.

— Это ментальный удар. Ирван где-то рядом и не хочет, чтобы к тебе прикасались.

— Да пошёл он! — я вскочила на ноги, отшвырнула полотенце, а потом подошла к Лару, на которого было больно смотреть. Я ощутила болевую волну, но представила, что на её пути стоит стена. В какой-то передаче про экстрасенсов, которые так любила смотреть Гела, рассказывали о чём-то подобном. И помогло: Лар перестал кривиться. Я наклонилась к нему, взяла за подбородок и сказала:

— Желаю тебе обрести свои истинную! И как можно быстрее!

Услышала за спиной рычанье и, не оборачиваясь, ушла в дом. И дверью хлопнула погромче. Жаль, что ничего не посыпалось.

Заперлась у себя в комнате и остаток вечера, провела за работой над проектом и проработкой плана. Опять как-то рано потянуло спать, и я опять заснула за ноутом.