"Гадкий утёнок"

Обиделась на подругу. Понятно, чего она добивается, оставляя меня с Костей наедине! Но зачем?! Юля прекрасно знает о моих чувствах к Саше, обо всех переживаниях и событиях. Неужели она на самом деле считает, что с другим мне будет лучше?! А меня спросить?! Саша — моя судьба!

Мой любимый сейчас бог знает где, и неизвестно, что с ним происходит, а я тут флиртовать буду, какие-то шансы давать, возможности?! Подло это по отношению к Саше, ведь он дрался с Костей из-за меня. Подло и по отношению к Косте, потому что нет взаимных чувств, а он может начать надеяться. По этим причинам позже я наотрез отказалась гулять с Костей и вообще встречаться. Обидно, что Юля оставила меня, и я чуть было не лишилась своего дневника, а вместе с ним репутации и покоя… Хотела высказать ей претензии, потому и приехала без предупреждения. Дверь открыл Макс.

— Где Юля?

Парень очень удивленно и подозрительно на меня прищурился.

— Она с тобой по магазинам ходит, пять минут назад говорил с ней по телефону…

— А… точно. — Сглупила, не зная, как выкрутиться. — Забыла, ну я пошла.

Макс схватил меня за руку, затянул в квартиру и дверь запер.

— Куда собралась, Даша?! Объяснить мне ничего не хочешь?

Чувствовала себя зверьком, загнанным в клетку: не по себе от его грубости и от происходящего. В горле пересохло — в таких ситуациях моментально начинаю волноваться. Врать и оправдываться не хотела, и не знала, что говорить. Макс так смотрел, будто я в каком-то ужасном преступлении замешана…

— Что я должна тебе объяснить?..

— То есть, — он почти в бешенстве, — ты хочешь сказать, что ходила с Юлей по магазинам, забыла об этом и решила заглянуть к ней в гости?! Думаешь, я идиот?!

— Я… — растерялась, но тут же начала защищаться. — Нет! И не кричи на меня!

— С кем Юля сейчас?! Признавайся!

— Не знаю! Выпусти, я хочу уйти, мне не нравится, как ты себя ведёшь!

— Ты здесь останешься, вместе твою подругу подождём!

Удрать не получилось. Ужасно злилась на парня, но делать нечего, прошла в гостиную и села на диван. Насупилась, он со мной, но я не отвечала на его вопросы.

— Звони… — сказал Макс, протягивая мой телефон.

— Что ещё?! — Забрала. — Зачем взял, это не твоё, вообще-то!

— Юле звони, спроси, где она. — Командовал он. — И связь громкую включи.

— Совсем обнаглел?! Тебе надо — ты и звони, а я не буду этого делать, и не заставишь!

— Заставлю.

— Как?!

— Признаюсь ей, что мы с тобой переспали.

Чуть с дивана не упала. Макс из-за ревности совсем границ не видел, или умом тронулся?! Заорала на него бешено:

— Признаешься?! Ты совсем охренел, что ли?! Я не спала с тобой! Это враньё!

— Ну, враньё не враньё, а сомнения появятся.

— Юля не поверит, и Саша тебя убьёт! Что это за дебильный шантаж? Где твоя совесть?! Чего ты этим добьёшься?!

— Звони, Даша. Совесть меня заела, вот я и «признался»… Мужчин, как правило, прощают за такие проступки.

— Ты омерзителен!

Обижена ужасно на эту парочку. Какого чёрта?! Не могут между собой разобраться, зато одна активно навязывает мне отношения с нелюбимым парнем, а другой готов опорочить мою честь лживым признанием, лишь бы удовлетворить свои амбиции. Позвонила Юле на громкой связи.

— Ты где? — спросила, дождавшись её ответа.

— Дашка, у Макса день рождения скоро, подарок ему присматриваю. Девчонки позвонили из ювелирного — новая коллекция поступила. Я тебя позже наберу, и если что, я с тобой по магазинам бегала, хочу сюрприз ему сделать. А ты с Костей?

— Нет! С какой стати мне с ним быть?! Ладно, пока.

Отключилась, смотря на Макса взглядом полным ярости.

— Понял, да?! Мудак ревнивый! Чтобы близко ко мне не подходил больше, видеть тебя не могу!

Соскочила и хотела убежать, но Макс меня задержал.

— Теперь понятно, почему Сашка потерял с тобой голову… Ты очень строптивая девочка, так и хочется укротить.

Вытаращилась на него, даже кулаки сжала, готова была уже подраться, и плевать, что силы неравные.

— Что с тобой сегодня творится?! — Обиженно смотрела ему в глаза. — Меня нравоучениями стыдил, а сам на себя посмотри, ты же невыносим, когда ревнуешь! Почему на мне решил отыграться?! Никогда тебе этого не прощу!

Ушла. Злилась атомно, но Юльке об этом инциденте не сказала — не хотела, чтобы они ссорились, или вообще виноватой остаться. Где-то в глубине души пыталась найти ему оправдание, потому что сама однажды свихнулась от ревности… Его даже можно понять. Порой Юлька флиртует с другими без тормозов и не скрывает своего поведения. Все бывшие её парни тоже ревновали. Она провоцирует, понимает это и всё равно делает. Только я знаю, что Юля не предаст, а как её мужчине доказать верность подруги, если он видит «сомнительное» поведение?..

Вероятно, свыше решили — мне было мало. Входящий от Кристины, я зачем-то ответила.

— Что тебе нужно?!

— Прочитала в твоём дневнике очень интересную запись о Полине. Боишься, малолетка у тебя мужика уведёт?! За всё в жизни приходится платить, Дашенька, когда-то ты увела парня у моей сестры. Вспомни, какие ты ей сообщения отправляла! Полиночку знаю давно, а девочка заметно повзрослела. Общалась с ней сегодня, оказывается, она и не в курсе, что Саша с тобой развёлся. Радовалась неподдельно! Как думаешь, сколько у неё шансов против твоих?

Выслушала её издевательский монолог, но комментировать не было ни сил, ни желания. Выключила телефон об стену! Расплакалась, обнимая подушку. Что же происходит?! Каждый озабочен только своими проблемами — это понятно, но зачем об меня ноги вытирать? Макс, наверное, злится из-за того, что поссорился с другом, Саша даже об отъезде ему не сказал… Юлька вторит Максу — нет сомнений. Они, я уверена, обсуждали это, и оба пришли к выводу, что мы с Сашей друг другу не пара. Хотя совсем недавно Юля говорила иначе! Сколько ещё мне придётся пережить насмешек и издевательств Кристины?! Почему я должна чувствовать себя виноватой из-за того, что просто хороший парень Костя в меня влюблён, а я не могу ответить ему тем же…

Как тяжело и невыносимо одиноко без тебя, Саша, я снова превратилась в серое безжизненное ничто. Именно так ко мне и относятся последнее время все вокруг. Даже замужние девчонки, с которыми общались прежде, после развода начали меня избегать, демонстрируя тем самым мою недостойность их общества.

Я всюду как гадкий утёнок: Юльке мешаю, Кристину и её подруг раздражаю, свёкор мил со мной лишь по просьбе сына, а без этого, вероятно, и не вспомнил бы о моём существовании. Костя не может заполучить меня в свою «коллекцию поклонниц» и думает, что влюблен — он не привык терпеть отказ от девушек… Уверена, отношения с ним будут легкими и свободными, но, увы, недолгими. Вскоре он найдет новый «запретный плод», которым будет очарован не меньше, а я… Меня уже вышибли с этого «праздника жизни» за борт. Хочу забиться в самый дальний, тёмный угол и никогда не высовывать носа…

***

Прости меня…

Опять всю ночь снились кошмары, я не знаю, как проживу без Саши ещё полгода, жду его словно спасения. Надеюсь, у Юли с Максом всё хорошо — она несколько дней не появляется, может быть, из-за моей «болезни»… Я сама, не желая никого видеть, солгала, что сильно простудилась и хочу отваляться дома в тишине и покое. Старалась быть убедительной, чтобы подруга не раскусила мой блеф. Мне это удалось. Или ей откровенно не до меня…

Разумеется, так не могло продолжаться слишком долго. Юля соскучилась и приехала ко мне с приглашением на день рождения Макса.

— Он будет дома отмечать? — спросила ее.

— Да, у него просторнее и соседи мировые — молодежь, короче они тоже приглашены.

— Тридцать лет, юбилей, класс… — мне совершенно не хотелось идти. — Может, я подарок с тобой передам и дома останусь, а, Юль? Не думаю, что Макс на меня обидится…

— Я обижусь! Ты что, какая вечеринка без лучшей подруги, Дашка?! Все свои. Собирайся, к вечеру мы за тобой заедем, развеешься немного! Можешь Костю пригласить, тогда сразу вместе с ним приезжайте.

— Что?! Юля, конечно, не могу!

— Да брось, скажем, что вы просто друзья, Макс ничего плохого не подумает.

— Максим знает, что Костя с Сашей дрались! Какой он мне друг?! Я люблю и ждать буду Сашу.

— Ждёшь и жди. — Подруга настырничала. — Но просто общаться с парнем, которому ты нравишься, Дашка — не преступление.

— Ещё какое преступление! Ты неправа, Юля, сама иногда за собой не замечаешь, но нельзя обниматься, даже по-дружески, с другими парнями! У тебя есть Макс, и ему это наверняка не нравится!

— Он сам своих знакомых баб частенько прижимает при встрече!

Спорить бесполезно — это замкнутый круг. Они, вероятно, оба считают нормой такие отношения. Язык не повернулся сказать счастливой и довольной Юльке истинную причину моего нежелания видеть её парня. Пришлось мне согласиться.

***

На вечеринке у Макса человек двадцать пять, не меньше. Отлично, можно затеряться в толпе на два-три часа, а после незаметно испариться. Естественно, подруге не до меня: она на правах хозяйки занята гостями. Сначала я немного помогала ей, но позже в этом уже не было необходимости — все освоились.

Самое время под шумок исчезнуть. Зашла в комнату, где гости побросали свои вещи, и оторопела — попробуй найди теперь среди этого хаоса сумку или куртку!

— Даша… — Голос Макса за спиной.

— Хочу поехать домой, — не обращая на него внимания, перебирала вещи, — голова разболелась. Хороший вечер, всё здорово, ещё раз поздравляю тебя…

— Послушай, — парень практически вплотную приблизился и взял меня за руку, — я очень виноват перед тобой — это был дебильный шантаж, сожалею… Ты права, я ревновал Юлю, но никогда бы не сказал о нас ничего подобного. Как мне твоё прощение заслужить?

Высвободила свою руку.

— Не надо ничего заслуживать! Не напоминай мне об этом и всё.

— Я был не в себе…

— Да! — Говорю с сарказмом и раздражением. — У вас — мужиков — всегда найдутся оправдания: не в себе был, пьяный, обкурился или ещё какое-нибудь событие приключилось! Только так угрожать девушке — низко! Юля тебя любит, она безумно переживала, когда рассталась с тобой, и сейчас ей никто, кроме тебя, не нужен! Ты представляешь, какую боль способна причинить такая ложь?! Подумай, если бы твоей дочке кто-то угрожал подобным образом, она ведь тоже будущая женщина, или сестре, или маме — приятно осознавать?!

— Неприятно, Даша. Я всё осознал и мне стыдно. Готов извиниться хоть на коленях!

Он всерьёз встал на колени, я обалдела.

— Быстро поднимись, что за цирк?!

— Прости меня.

— Макс, я прощаю, встань немедленно!

Он встал, а я неодобрительно покачала головой и даже прицыкнула, понимая, что это театральное представление было с целью задобрить меня и заставить улыбнуться, только я не в настроении шутить, а он никак не успокоится.

— Дружеский поцелуй в щёчку, и будем считать, конфликт исчерпан?

Парень не потрудился дождаться моего согласия на дружеский поцелуй, потянулся ко мне. Смутившись, я хотела отстраниться, сделала шаг назад, но споткнулась обо что-то и потеряла равновесие, а он меня придержал…

— И что тут между вами происходит? — Юля стояла в дверях.

— Ничего! — Оттолкнула его. — Домой собираюсь, он хотел помочь мне найти вещи, запнулась и чуть не упала…

— Искал вещи на коленях, извиняясь? Так стыдно за бардак в комнате, да, Макс?!

— Юль…

Он хотел объяснить, но подруга его перебила:

— Все норм, я такси вызову, тебе уже нельзя за руль.

Как неудобно и некрасиво получилось! Юля неизвестно о чём подумала, но выяснять ничего не стала, вернулась к гостям, и Макс за ней ушёл. Я, не дожидаясь такси, решила выйти. Подруга уже в дверях догнала.

— Провожу тебя.

Мы вышли из квартиры, я хотела как-то разрядить возникшее напряжение.

— Юля, там в комнате…

— Даша, я прекрасно знаю Макса: он себя чувствует виноватым и поэтому перед тобой извинялся за то утро в постели. У тебя такое лицо, что мне иногда самой хочется за него извиниться. С того дня ты смотришь на него, как на врага! Он к тебе на вечеринке раз пять подошёл, а ты отвернулась и ушла, думаешь, этого никто не заметил? Зачем разыгрываешь трагедию из-за ерунды, как будто он тебе секс предлагал? Вместо того чтобы забыть, ты при каждой возможности показываешь своим поведением, как он тебя «оскорбил»! Подумаешь — обнял, Даша. Трясёшься над своим телом, словно оно у тебя священное — нельзя ни задеть, ни подышать на тебя! Дала бы пару раз Костику и успокоилась сама и его бы успокоила, тогда неинтересен будет тебе ни свёкор, ни Макс.

Стало невыносимо холодно от её слов, сдавило в груди от боли и огорчения:

— Юля… Как ты могла такое подумать?! Мне вовсе Макс не интересен… И никто, кроме Саши. Как можно? Дала бы Косте?! Ты что такое несёшь?!

— Да, Даша, это просто. Ты достала уже своей нравственностью: «Саша мой первый мужчина и единственный, никого к себе больше не подпущу!» Ты в каком веке живёшь? Макс у меня четвёртый, по твоей логике выходит, что я шлюха? Ты не сможешь всю жизнь быть верна одному. А если он к тебе не вернётся, в монахини пойдёшь?! Нравишься ты Косте, дай ему шанс, не веди себя как святая невинность — никто не оценит. Думаешь, Сашка после вашего развода шарахался от девчонок, как ты от парней? Дура ты, Дашка, он с Кристиной трахался… Она об этом уже налево и направо растрепала.

— Юля, ты себя слышишь?! Приревновала Макса ко мне, и с ума сошла?! Я не верю тому, что Кристина говорит! И не считаю тебя шлюхой! Ты выпила много… Тебе потом будет стыдно за свои слова…

— Дашка, накипело! Хватит изображать недотрогу перед мужиками, прекрасно ведь понимаешь, как их это заводит!

— И что теперь, я должна трахаться со всеми подряд?!

— Не трахаться, Даша, веди себя проще. Твоё такси приехало.

Я расстроена, не могла поверить, что лучшая подруга ревнует ко мне своего парня! Хотела сразу уехать, но не было никакого такси: за мной приехал Костя — ему позвонила Юля.

— Что всё это значит?! — я возмущенно закричала.

— Даша, я хочу как лучше. — Подруга смотрела на меня без тени сострадания. — Он тебя домой отвезёт, с ним куда безопаснее, чем с неизвестным таксистом. Доверяй Косте, не глупи. Пока.

Она ушла, а я осталась, не в состоянии сделать и шага, меня трясло от обиды и слёз. Костя подошёл.

— Что случилось у вас? — взял меня за плечи. — Даш, что произошло?!

— Не трогай меня!

— Не трогаю, — он демонстративно руки в стороны развёл. — Почему ты плачешь?

— Какое тебе дело? Уходи.

Телефон разрядился и такси я вызвать не могла, что делать, даже не представляла. Пошла по тротуару, не оглядываясь на Костю. Минут десять бесцельно брела в состоянии шока, ничего не замечая вокруг, пока меня не окружили какие-то «весёлые» парни.

— Привет! — Сказал один из них.

Пыталась молча пройти, но они не хотят пропускать.

— Кто у нас тут такой грустный ходит? — спросил другой и предложил мне пиво. — Хочешь?

— Нет… — ответила почти шепотом.

— Эй! — крикнул Костя. — Свалили с дороги!

Я обернулась, он всё это время тихо ехал за мной на расстоянии, но, видимо, заметив парней, прибавил скорость, догнал нас и сразу вышел из машины.

— Чего хотели? Девушка со мной.

— Ничего, просто поздоровались.

— Здорово, Костя. — Кто-то из парней его узнал. — Есть закурить?

Костя подошёл и «вырвал» меня из толпы, прикрывая собой. Внимательно разглядывает ребят.

— Ты лучше сразу застрелись, чем отравлять жизнь вокруг себя всяким дерьмом, всё равно сдохнешь от этого. — Костя не боялся нападок и абсолютно уверен в своей силе.

Кто-то решил моего защитника пристыдить.

— Ты бы не выражался при девушке, спортсмен! И без того обидел. Видишь, даже пешком пошла, не хочет с тобой ехать.

Я не позволила Косте продолжить препирания, использовала давно проверенный отвлекающий приём — взяла его за руку. Он тут же забыл, что хотел ответить. Видно, парни не настроены агрессивно и не собираются вступать в конфликт, обошли нас и продолжили свой путь.

— Даша, садись в машину, я отвезу тебя домой. Клянусь, пальцем не трону, не бойся.

— Не знаю, во что мне верить и чего бояться. Раньше ты говорил по-другому, а ещё поцелуй требовал!

Парень смотрел на меня серьёзно и пристально.

— Я готов за тебя бороться, Даша, хоть до последней капли крови. Понадобится — силой возьму, но не так и не сейчас. Ты надеешься вернуться к бывшему мужу. Он служит, знаю. Пока его здесь нет, и он не может мне ответить, я не стану, как последняя крыса, воровать у него женщину. И потом, не уверен, что ты напрасно ждёшь. Возможно, он также сильно тебя любит… Посмотрю сначала на его поведение, заслуживает ли он твоих слёз и этой верности. Если окажется, что он несправедлив к тебе, обижает или изменяет, как говорят, и все слухи — правда, тогда я буду считать, что у меня есть право действовать. Пока же вы любите друг друга и счастливы, я не сделаю никакого шага.

— Все эти слухи — ложь! Костя, ты опять мне угрожаешь, разве не замечаешь этого?! Как можешь ты решать, не спросив меня, есть у тебя право или нет?! Почему вы — мужики — все такие эгоисты?! Если Саша меня не любит, и мы расстались навсегда, это не говорит о том, что я его не люблю! Я не смогу быть с кем-то ещё, особенно против воли. Что это значит — силой возьмёшь?!

— Не могу сейчас продемонстрировать, я тебе обещал.

Сделала глубокий вдох, полагая, что парень намеренно выводит меня на эмоции. Сказала ему, как могла, убедительнее:

— Столько девушек в тебя влюблённых… Каждая будет счастлива твоему вниманию…

— «Что вам дано, то не влечёт…» — процитировал Костя с улыбкой строки из «Онегина».

— Ах, ещё лучше… Выходит, опасаюсь не зря — получишь своё, и поминай как звали?!

— Глупенькая моя, — он ладонями обхватил моё лицо, — упустил я тебя… Не мне ты досталась, Даша, но за преданность твою я завидую ему…

— Я не твоя! — Быстро высвободилась. — Пожалуйста, поехали отсюда…

Костя, как и обещал, вернул меня домой, всю дорогу пел мне вместе с радио, потом до двери проводил. Я ему сказала «Спасибо», и поторопилась расстаться.

После этого вечера иначе смотрю на Костю. Поступки и слова парня изменили моё отношение к нему. По-прежнему избегаю его, но внутри рухнула невидимая преграда. Больше я не считаю его безответственным ловеласом, напротив, в моих глазах теперь он настоящий мужчина, сильный, смелый, справедливый. И я, несомненно, могла бы его такого полюбить. Только мою любовь к Саше уже неспособны затмить никакие поступки и признания. То, что я чувствую, находясь рядом с любимым и без него, уверена, никогда и ни к кому не смогу испытать.

***

Современные люди

Мама рассказала мне о месячных в десять лет. Я нашла в ванной упаковку прокладок и очень хотела узнать, что же это за «красивые салфетки»?! Папа комментировать отказался и отправил меня с находкой к маме. Она объяснила просто: «У каждой женщины один раз в месяц в течение нескольких дней происходит выделение крови из влагалища». И напомнила, что влагалищем называется та самая маленькая дырочка рядом с писей, а то, что я нашла — всего лишь средство гигиены, чтобы не запачкать бельё и одежду. Видя моё искажённое в отвращённой гримасе лицо, мама добавила: «Это обязательно происходит с любой здоровой девочкой, когда она подрастает и приходит время ей становиться девушкой. Иначе ты не станешь женщиной и не сможешь иметь детей». Такого примитивного объяснения десятилетней мне было достаточно для поверхностного понимания необходимости критических дней у женщин.

Немного позже мама рассказала о сексе и о девственности. Тогда мне было одиннадцать лет. На этот раз я озадачилась вопросом: как же забеременеть? «Сначала у тебя должны начаться месячные, ты станешь девушкой, у тебя вырастет грудь, изменится фигура, — говорила мама. — После того как тебе исполнится восемнадцать лет, будешь иметь право выйти замуж, если встретишь доброго, честного мужчину и вы полюбите друг друга. Вы с мужем будете заниматься сексом, и ты забеременеешь. Сексом могут заниматься только муж и жена, они это делают в постели, обнимаясь, без одежды — это особенное выражение чувств и любви друг к другу».

Взрослея, от подруг в школе я узнавала другие подробности, но слова мамы о том, что секс должен быть только с мужем, помнила всегда и верила в это свято. О девственности мама сказала мне так: «Пока ты не занималась сексом с мужем — ты девственница и обязана ей оставаться до замужества, это значит, что секса ни с кем у тебя быть не должно. Вы с мужем будете счастливы, как и мы с твоим папой, если он для тебя станет единственным, и ты для него — это и есть настоящая любовь».

Однако сама мама замуж выходила уже беременной от папы и на свадебных фотографиях видно её животик. Тогда я этого не понимала.

Объясняя, мама, я уверена, хотела привить мне традиционно правильное понимание любви, секса и семейных ценностей, которые в современном обществе, увы, считаются устаревшими. Наверное, мама допускала мысли о том, что я вполне могу начать отношения с парнем без замужества и заниматься с ним сексом, но, по крайней мере, основы нравственности она внушала убедительно.

Смерть мамы стала величайшим потрясением в моей жизни, мне осталось лишь беречь в своей памяти любые связанные с ней моменты. Её слова и поступки теперь для меня бесценны. Дорожу воспоминаниями и стараюсь быть похожей на неё…

Первые критические дни начались за день до моего четырнадцатилетия. Мамы тогда уже не было в живых, но я знала о месячных и морально была готова к этому событию. Ждала, думала, это произойдет раньше, но они всё никак не начинались. Помню, как переживала: считала себя неполноценной, боялась, что никогда не стану женщиной и у меня не будет детей. Мне очень хотелось иметь женственную фигуру, красивую грудь и гордо называть себя девушкой.

Без мамы я не решилась сказать папе и не представляю, как бы справлялась в одиночку. К счастью, со мной была Юлька. Старше меня на два года она не понаслышке знала о критических днях. Подруга покупала мне прокладки, научила ими пользоваться, объяснила смысл «капель» на упаковке. Юля заменила мне в этом вопросе маму. Я сказала ей, о том, что хочу выйти замуж девственницей, как мама воспитывала. Она предостерегала:

— В таком случае тампонами не пользуйся. Сунешь резко или неаккуратно и конец твоей девственности. Потом докажи попробуй мужу, что тампон виноват. Попадётся тебе какой-нибудь мракобес и будет думать — если девственница, то обязательно кровь должна быть в первый раз. Не обязательно! Хочешь замуж девственницей, не торопись отдаваться мужику, как бы ни уговаривал, даже если обещает, что женится. Первое, что внутрь тебя войдёт — это член твоего мужа после свадьбы, в идеале, Дашка. Парни в уши красиво «поют», что только ни говорят: «Мы же современные люди», «Я уже не маленький, что ты меня мучаешь», «Либо мы спим, либо расстаёмся», «Давай попробуем, а если мы друг другу не подходим», «Мы с тобой любим друг друга, а значит, должны заниматься сексом». Звёзды с неба и горы сдвинуть — всё обещают! Не верь, Дашка, ни единому слову. Если хочешь сохранить девственность для мужа, никаким болтунам не верь, ничего они не хотят, кроме секса. Сама подумай — почему он тебе секс вперёд замужества предлагает? Не уверен, не серьёзно относится. Хочешь таких отношений, ждать и надеяться — зелёный свет, только гарантий никто не даст, что у вас это любовь на всю жизнь, как ты, наивная, мечтаешь. Они потом между собой смеются: «Чего не скажешь и не сделаешь ради того, чтобы девка ноги раздвинула!» Сама слышала от знакомых парней!

Подруга предостерегла меня об изнасиловании: «Мало ли чего ты не хочешь — заставить могут, так что никаких сомнительных встреч и свиданий с парнями, даже очень красивыми и очень хорошими, по твоему мнению!»

Юлька в свои шестнадцать лет была уже очень смышлёной девчонкой. Она росла без папы, мама родила её «для себя», своего отца Юля даже не знает. Подруги её матери часто собирались у них дома и чего только не обсуждали, а любопытная Юлька слушала и на ус мотала. Взрослые женщины совершенно иначе смотрят на мужчин и проще относятся к сексу: более потребительски, я бы сказала. Юлька выросла с осознанием того, что «Женщина всегда права!» и ведёт себя соответственно.

У нас же в доме прав был мужчина, и мама своим поведением показывала мне это. После её смерти папа не разрешал общаться с мальчиками ближе чем «как друзья». Отец не особо интересовался моими отношениями с ровесниками, считал достаточным выразить чёткую позицию, что допустимо, а что нет. До моего восемнадцатилетия и слышать не хотел о вечерних прогулках. «Сиди дома, не ищи приключений», — говорил он. Когда появился Саша и сразу изъявил желание жениться, отец охотно переложил на него свои обязанности по контролю за мной. Теперь он был уверен, что я не «пойду по рукам», дочь при муже — отцу спокойнее. Так и высказался однажды.

Мы с подругой имеем совершенно разные взгляды на мужчин, отношения с ними и секс, но тем интереснее для меня общение с Юлей — она может рассказать мне то, о чём я даже не догадываюсь, например, какие ласки доставить любимому, как самой получить наслаждение в постели. Юля меня убеждала: «Любой нормальный мужик будет в восторге от того, что женщина испытывает с ним оргазм, и так же он сразу поймет симуляцию. Скорее всего, не признается, что раскусил обман, но отношения у вас испортятся на подсознательном уровне. Симулянток мужики терпеть не могут и мужья таким быстро начинают изменять. Делай что хочешь, Дашка, но стеснения в постели с мужем быть не должно, это поначалу ты ещё можешь скромничать — он поймет, а потом учись «кончать» иначе кончится ваша любовь. От мужчины и твоего отношения к нему всё зависит, если нет чувств, влечения, желания близости, то ты с ним никогда оргазм не испытаешь. Зачем тебе механический секс? Никакого удовольствия, тебе особенно».

Юля понимала меня в стремлении жить долго и счастливо только с одним единственным и говорила, что это правильно, хотя сама уже в пятнадцать лет лишилась девственности с одноклассником, который бросил её через неделю. Потом был второй, третий… Теперь вот Макс.

Подруга сокрушалась:

— Жалею, что мать не настращала, не объяснила мне ценность невинности девушки, как тебе твоя. Лучше бы она меня в ежовых рукавицах держала, дуру. Из всех парней только Максу не жалею, что отдалась, но гордиться перед ним уже нечем. Хорошо, что он к этому спокойно относится, а то мог и не встречаться со мной, «испорченной».

Юлька по-настоящему влюбилась только сейчас, и теперь не рада тому, что до Макса у неё были другие парни. Напилась и наговорила мне каких-то гадостей, но разве могу я обидеться на подругу?! Нет. Юлю что-то сильно огорчило. Ревность, или Макс был неосторожен в суждениях и упрекнул её. Он так нагло меня шантажировал, я уже ничему не удивляюсь…

***

Пишу, а сама задумалась: Юля права в некоторых вещах, наверное, я действительно шарахаюсь от парней. Почему это происходит, не знаю. Неприятны мне прикосновения и поцелуйчики тех, к которым я никакой симпатии как к мужчинам не испытываю. Со всякими друзьями и знакомыми — как многие девчонки при встрече на шее виснут, и вроде всё невинно, но… Смотришь, его руки уже на её попе… Фу!

Полностью могу довериться Саше, но даже его первые прикосновения в день нашего знакомства я едва смогла вынести. Отмывалась в душе после того вечера, будто в грязи валялась, а он всего лишь обнял. Теперь Юлька меня за такое поведение ругает, говорит, что я дикая, святую невинность изображаю…

Трудно оставаться собой, когда твои понятия о допустимом идут вразрез с мнением большинства, особенно, самых близких людей. Общепринятые нормы поведения провозгласили свободу прикосновений. Теперь любой знакомый может по-дружески целовать при встрече, обнимать, когда ему вздумается, шлепать по попе, проходя мимо, хватать и вжимать в стену. Все это «нормальной современной девушкой» должно восприниматься как само собой или «подумаешь, пошутил». Он вроде как ожидает, что я буду смеяться и бежать за ним, отвешивая подзатыльники, либо брошусь к нему в объятия — пожмёмся и разойдёмся.

На первом курсе в университете самые «продвинутые» одногруппники сразу начали проявлять подобные знаки внимания абсолютно ко всем девушкам. Некоторые парни со старших курсов вели себя ещё более агрессивно: закрывались с девушками в аудиториях и тогда там начинался сумасшедший визг. Ничего извращенного за дверью не происходило, только баловство, но… Девочки как-то быстро становились доступными, а через месяц-другой кто-то оказывался в интересном положении, кто-то просто «брошенной», у кого-то начиналась бурная половая жизнь с частой сменой партнеров, а иногда бог знает с какими инфекциями. Только потом смелым мальчикам были интересны уже другие девочки, с которыми они ещё не встречались.

***

Учебный год только начался, шла первая неделя. Костя появился на перемене в нашей аудитории со своими приятелями — пришли познакомиться с новенькими девочками. Он сразу сел рядом со мной. Вёл себя вполне прилично, руки не распускал. Меня предупредили о его «охотничьих повадках». Я гордо ему отвечала: не хихикала и грубо не отшивала, думаю, казалась серьёзной. Мы общались мирно, но после этого ко мне уже никто не подходил, кроме Кости.

Была уверена — не пристают, потому что я своим поведением никому не даю повода: не позволяю к себе прикасаться, не ношу слишком коротких юбок. Теперь думаю, возможно, это было связано с интересом Кости ко мне, а позже — потому что я вышла замуж.

Есть, конечно, девочки, которые отшивают всех, но и они со временем ломаются под давлением общественного мнения, влюбляются или попросту боятся, что станут «белыми воронами». Тем не менее отношения у них крепче, и парни относятся к ним серьёзнее.

Не успела закончить свои рассуждения, раздался звонок в дверь, и мне пришлось отложить дневник. Открыла — на пороге стояла подруга с тортиком и виноватым взглядом. Помолчали немного и бросились в объятия друг другу.

Макс Юльке в шантаже признался.

— Нахлестала его по щекам! Потом помирились. Так, что губы в кровь и в теле рай!

Мы с Юлькой наплакались и насмеялись от души, потом купили вина, поехали к ней и напились — в доме отца я себе такое поведение позволить не могла. Ругали мужиков… Помню, что очень спать захотела, мы с ней так, обнимаясь, и заснули.

Проснулась, голова трещит, Юлька возмущается. Макс пришёл, пока мы спали, завалился между нами, обнял обеих и снимает на телефон. Юлька первая проснулась и ругает его:

— Выметайся, наглючина, Дашка сейчас проснётся и порвёт тебя! Совсем ни стыда, ни совести — забрался!

Я встать хотела, резко села, Макс меня за талию обхватил рукой и не выпускал.

— Ну, девчонки, такой момент прекрасный, дайте насладиться!

Я сказать ничего не могла, меня сильно тошнило, хотела выбраться и в ванную убежать, а он держал, будто и не видел, что мне плохо. Не справилась со своим состоянием и блеванула ему на грудь, прямо на его белую рубашку!

Что тут началось! Макс меня выпустил сразу, соскочил, рубашку снять хочет и боится к пуговицам прикоснуться, Юлька хохотала как ненормальная:

— Так тебе и надо, селфер!

Я в ванную убежала и закрылась там. До следующего утра у меня голова болела, клялась, что никогда больше не буду вино пить. От стыда, думала, умру! Макс ходил и скулил, что я ему очень жёстко отомстила.

Зато все помирились.

***

Люблю и всё прощаю

Больше не смотрю новости, они меня пугают — обстановка накаляется с каждым днём, всё становится только хуже. А если учесть цензуру, то страшно представить, что происходит на самом деле. В спешке покидала места, где слышала разговоры об этом. Иногда нервы сдавали и тогда достаточно ткнуть пальцем, чтобы я расплакалась.

Безысходность, бессилие и невозможность что-либо исправить — основная причина моих слёз, а спровоцировать их могла банальная человеческая грубость, хамство, издёвки Кристины, плохая оценка — любая ерунда…

Я не призналась папе, что сама разбила свой смартфон о стену, сказала, что выронила на улице. Он поверил, не ругался, купил мне новый, который оказался совсем недешёвым. Удивительно — как мачеха не «съела» его за эту покупку. Я рада, конечно, но…

— Спасибо за подарок, не стоило так тратиться. Мне бы подошёл вариант и попроще.

Папа неожиданно для меня заговорил о Саше.

— Я встречался с Александром после вашего развода, он хотел, чтобы ты ни в чём не нуждалась.

— Почему ты раньше ничего не сказал об этой встрече? Мало ли, чего он хотел! — Я огорчена запоздалой новостью. — Ты не обязан покупать мне дорогие вещи только потому, что Саша так распорядился! Уехал, ещё и указания оставил! Я нуждаюсь в нём и ни в чём больше…

Мачеха вмешалась в наш разговор:

— Обязан или не обязан, но ты и слышать о муже ничего не хотела. Саша оставил деньги на твоё содержание, он был уверен, что ты не примешь и перевел отцу на счёт. Приличная сумма.

— Как?

Когда я узнала, сколько денег Саша оставил мне, была удивлена ещё больше. Понятно, почему меня не гнобила мачеха за «сидение на шее». Выяснилось, что и учёбу оплатил бывший муж, а не отец. Саша даже об этом позаботился…

Лучше бы он пришёл и сказал «Люблю и всё прощаю!» Не умеет Саша в любви признаваться, ведёт себя со мной как «опекун-воспитатель», а мне всего-то надо — немного больше тёплых слов…

Ушла к себе в расстроенных чувствах. Нам достаточно было встретиться и поговорить ещё тогда, в мае прошлого года… Возможно, для Саши наш развод просто бумажка и не более. Он по-прежнему считает своим долгом содержать жену-студентку. В таком случае, почему оставил меня и уехал? Наказал за то, что я не поверила ему, считала предателем, вела себя, как капризный ребёнок, злилась…

Я давно не злюсь, после развода амбиции заткнулись, осталась только боль и пустота. Время и расстояние не лечат, а разрывают мою душу на куски: боюсь однажды узнать, что его больше нет, боюсь думать о том, что мы никогда не увидимся. Служба по контракту в горячих точках — он подписал себе смертный приговор. И мне.

Существовать в постоянном страхе и ожидании — невыносимо, спасает только надежда увидеть его живым и здоровым. Просто увидеть… Часто одолевает тоска. Днём я хожу, как зомби, а по ночам плачу. Засыпаю под утро с опухшими глазами. Не могу спать, не хочу есть, постоянно думаю о нём. Мои ладони и пальцы даже спустя год помнят тепло его тела. На губах — вкус его поцелуев и кожи. Я бы всё отдала, чтобы снова прикоснуться к нему: прижаться к груди, ощутить биение сердца, знать, что он рядом. Просыпаюсь, хватаю подушку, надеясь, задеть его рукой, убедиться, что всё это сон — ночной кошмар. Это кошмар не только ночи, но и дня, и утра, и вечера, и каждой секунды, которую я существую без любимого.