Глава 21

- У него сегодня выходной.

Я ответила. Было очень неловко вдруг, внезапно, вот таким вот жестким способом вернуться с небес на землю. Но, так или иначе, чтобы я себе там не напридумывала, в этом доме – я прислуга. Няня, если надо повариха, и если придется еще кто-нибудь.

- Да? Посредине рабочей недели? И у Семена тоже? – фыркнула девушка и бесцеремонно вошла на кухню, где тут же усадила свою очевидно дорогостоящую пятую точку на высокий барный стул.

- Ме… - чуть было не спалилась я. – Михаил Максимович дал им выходной, а почему – я не знаю.

- Ну, так, - бухнув блестящий эксклюзивный клатч на стол, уставилась на меня гостья. – А ты кто?

- Няня.

- Ага, не повариха, значит? Ладно, - незнакомка нервно постучала длинными искусственными ногтями по столу. – А где Мишка? Скоро он будет?

- Не знаю. А вы, простите, кто?

И в мыслях не было ей хамить, но, наверное, это все же неправильно, не спросить, кто это вломился в дом моего работодателя.

- А это… Не твое дело! Раз пришла, значит, надо! Щас я ему наберу и скажу, что ты мне тут допрос устроила!

Девушка выудила из своего ридикюля телефон и быстренько набрала какой-то номер. Но ей не пришлось звонить. Внезапно, у нее появилась возможность наябедничать хозяину дома лично.

- Вероника? Что ты здесь делаешь? – медведь, неожиданно тоже переступив порог кухни, не изменил себе даже в присутствии гостьи или, возможно, любовницы? Кто она ему? Короче говоря, даже при ней остался хмурым и недовольным.

- Ну вот, а повежливее нельзя? Мог бы хоть улыбнуться! Собственной-то мачехе!

- Бывшей. И неофициальной.

- А хоть бы и так! Это еще ничего не значит. Мы с Максиком родные люди! А ты… а ты мне почти сын, дорогой…

Признаться, чувствовала себя лишней при этой развивающейся «теплой» семейной встрече. И как бы уйти не с руки, да и стоять здесь… тоже неправильно. Слава богу, мои мучения в придумывании предлога для того, чтобы подобно факиру магически исчезнуть с кухни, прервал мой шеф, решив все и за всех.

- Зачем ты приехала? – спросил он в лоб свою «маму».

- Ну… поговорить хотела, - замялась красавица. – И не только! Соскучилась я!

- Отца нет. Здесь только я, - невозмутимо ответил Миша.

- Так с тобой и хотела поговорить!

- Прекрасно, - наконец-то он оскалился еще кому-то, - тогда подожди меня в кабинете. Помнишь, где это?

Я покраснела. Черт возьми, покраснела, вмиг вспомнив, что я теперь тоже знаю, где находится этот самый кабинет!

- Разумеется, котик, помню, - проворковала Вероника так, что у меня создалось такое четкое впечатление, что не только я здесь побывала в том помещении… с определёнными последствиями. Ну, вот. Конечно. А что я хотела? Думала, медведь до моего появления вел монашеский образ жизни? Ну и что, что она его бывшая мачеха. Бывшая же. А, судя по тому, как она сейчас призывно проковыляла на выход – относительные родственные отношения, во всяком случае для нее, не имеют ровно никакого значения. И, тем более, не являются препятствием для жарких желаний.

Мне стало стыдно. За свой порыв сделать ему приятное. За свой порыв даже просто подумать о чем-то… недозволенном. О том, чего не может быть. Медведь – сытый, избалованный самец. И всего несколько часов назад снова предупредил, ведь честно предупредил, что это просто игра.

Вот же жалостливая дура!!!

Еле удержала свой немедленный порыв выбросить все в мусорку. Вместе с салфетками!

- Что это? – услышала откуда-то сверху голос медведя. Мой работодатель подошел к острову и приподнял салфетку, что прикрывала блюдо с мясом.

- Обед, - буркнула себе под нос, - или ужин. Вы увезли детей, я решила, что должна хоть как-то… отработать свой рабочий день.

- Я, кажется, уже говорил тебе, что не ищу повара, - получила тут же привычно жесткое в ответ. – Говорил?

- Да, - кивнула, понимая, что слезы уже навернулись на глаза.

- Постарайся впредь не перечить. Как ты будешь отрабатывать свое рабочее время – решать буду я. Это понятно?

- Понятно, - просипела безвольно, молясь, чтобы он поскорее ушел. И хотя бы в этом медведь меня не разочаровал. Озвучив свое недовольство, он развернулся и вышел из кухни. Очевидно, направился избавлять от скуки свою бывшую мачеху.

Вот… м… да… что б его! Не буду ругаться! Уже через полминуты, накинув лишь пальто поверх платья и наспех натянув сапоги, выскочила в замёрзший сад и поспешила прочь от этого дома.

Бездумно шагая по побелевшей от холода дорожке, миновала статую с фонтаном и продолжила, направилась дальше, вглубь, туда, где среди кустов и деревьев виднелась крыша маленького домика. Я даже не посмотрела на статую. Эта нелепая история с нашей встречей, с моей мамой… и с медведем. Чем дальше, тем больше все становится менее понятным.

Мне вдруг очень захотелось навестить могилу мамочки. Завтра уже будет поздно, но в пятницу встану как можно раньше и первым делом поеду на кладбище. Кстати, с этой повальной местью, я совсем не подумала о том, что Ромка отказался давать мне развод. А что же делать-то? Он и домой хочет вернуться. И я туда же собираюсь. У медведя больше не останусь, об этом и речи не может быть, что бы он там не говорил. Я ему не игрушка, это здесь Михаил Потапыч хозяин всему и вся. А там я уже буду дома, в Хабаровске он не сможет мне приказывать. Мне бы только…

- Гуляешь, красавица? – из ниоткуда, мне на встречу вынырнул мой старый знакомый - Савелий Алексеевич.

- Ой, здравствуйте! А я думала… что одна здесь. Михаил Максимович сказал, что выходной у всех.

- У меня, Лесенька, выходных нет. Живу я здесь, - старик показал рукой в сторону аккуратного домика, к которому секунду назад направлялась и я сама.

- Извините, я не знала. Действительно, вышла погулять, - покаялась я. – Хотела на сад посмотреть.

Дед взглянул на меня лукаво, провел рукой по бороде и вдруг сказал:

- Ну, что? Познакомилась с Мишей-то? А с Семеном? Что? Молчишь? Приходил ко мне Семен, давеча, жаловался на тебя.

- Жаловался? – не поняла я.

- Жаловался, - кивнул садовник, - жаловался. Влетело ему из-за тебя. Мишка-то наш, разозлился не на шутку, Семен чуть было без работы не остался.

- Но… Он же сам… сам решил меня на машине покатать, а теперь…

- Ты, красавица, подожди обижаться на парня. А пойдем-ка, я тебя чаем у себя угощу, там и поболтаем.

В большой дом мне все равно не хотелось возвращаться, поэтому даже с радостью согласилась на предложение Савелия Алексеевича. Мы прошли еще немного по дорожке вперед, пока не достигли того самого домика. Жилище оказалось небольшим, но аккуратным и на самом деле очаровательным. Сразу видно, человек, который здесь живет – любит это место и ухаживает за ним. Домик был кирпичным, крепким. В эту маленькую крепость волк к поросятам точно не пробился бы. Очень понравилось, когда еще была на улице, что из трубы шел дым, а это значит, хозяин топит печку.

- Заходи, заходи, Лесенька, - позвал меня садовник, отряхивая на пороге сапоги. Я последовала его примеру, несколько раз потопала ножками и только тогда переступила невысокий порог.

Внутри дом оказался, больше, чем виделся снаружи. Здесь и коридорчик был, и кухонька отдельная, и гостиная комната, в стене которой обнаружилось еще две двери, одна из коих, очевидно, вела в спальню. Все удобства, убранство не новое, но очень уютное. Добротная деревянная мебель, везде салфетки и все, буквально все уставлено горшками с растениями, спрятанными здесь на зимовку.

- Проходи, проходи в комнату, чай пить будем. Сейчас я принесу, как раз должен был чайник на плите закипеть.

- Так, я вам помогу, Савелий Алексеевич!

- Нет, садись и жди, нечего у меня под ногами крутиться. Это же ты ко мне в гости зашла, а не я к тебе. Садись, садись! Располагайся.

Старичок усадил меня в той самой гостиной, за старым, круглым столом, накрытым темно-бордовой скатертью. А через минуту передо мной материализовалось две чашки, заварник, белый чайник, сахар, мед и… бублики. В центре комнаты у стены горел настоящий камин, и поэтому атмосфера в домике царила просто сказочная.

- Ты чай-то с сахаром пьешь? – прищурился садовник, наливая мне кипяток в чашку.

- Нет, - потупила глаза, - похудеть пытаюсь.

- Ой, девка! Ну, зачем тебе это? Что вам всем эти диеты сдались? Чай, счастье в этом ищете свое? Так вон, мамка Любоньки на диетах сидела и что?

- Что? – я сделала большой глоток ароматного напитка.

- Что, что. Ничего! Где она теперь?! Да и не любил ее наш Мишка никогда.

- Почему?

- А за что ее любить, - Савелий Алексеевич макнул бублик пару раз в горячий чай, - кости одни. Ни красоты, ни шиша! А все за модой гоняетесь. Все вам диеты, да платья подавай. Вона, ты смотри, ты сейчас девка видная, на тебя и Сема наш глаз положил. Да и сам, Михаил Максимыч… И не смотри на меня так. Нешто я ничего не вижу? Как он тут рвал и метал, когда вы с Семеном катались неизвестно где. Ты что думаешь, Миша, большой человек, так беснуется из-за каждой девки, которая попадает в его дом? Ко мне даже Сорик прибежал, лица на нем не было…

- Я вы, Савелий Алексеевич, по-японски понимаете? – удивилась я.

- По-японски? Да что там понимать…

Пригрелась я у старого садовника в доме. Сначала под его возмущения о модных тенденциях, а потом под его рассказы о растениях. Горячий чай не кончался, дрова в камине потрескивали, и я впервые за эти дни расслабилась, и почти почувствовала себя дома. Савелий Алексеевич оказался человеком одиноким, но с огромным, просто безразмерным сердцем. Я очень пожалела, что не смогла отплатить ему добром за добро и угостить своим пирогом, который остался в доме, куда мне сейчас совсем не хотелось возвращаться.

Возможно, именно поэтому, я, с удовольствием подперев рукой голову и потягивая чай, слушала его бесконечные истории и не заметила, как уже давно стемнело за окном. По всей видимости, старик тоже не мог наговориться, что он здесь, целыми днями один да один. Короче говоря, нашли друг друга два одиночества. Так нашли, что потеряли счет времени.

И так все было хорошо… пока в маленький пряничный домик, спрятавшийся в глубине сада, не ворвался разъяренный медведь собственной персоной!

- Савелий! Савелий Алексеевич! Ты не видел… - он ввалился в натопленную комнату и застыл в дверях, увидев, как я понимаю, вечно не угодную меня. Которая снова что-то сделала не так. Я, правда, еще пока не знаю, что именно. Но, судя по его взбешенному взгляду, что-то достаточно страшное.

- Ты? Что ты здесь делаешь?! – не замечая старого садовника, медведь мгновенно напустился на меня.

- Мишенька, Михаил… Максимыч, это я Лесеньку пригласил чаю попить, - заступился за меня дедушка. – Засиделись мы, наверное. Ты уж прости меня, старика.

- Савелий Алексеевич, ты здесь ни при чем, - уже тише сказал мой босс. – Почему ты ушла, не предупредив меня, куда собираешься? Я…

- Потерял свою няню? – хихикнул Савелий в кулак и тут же исправился, вернул на лицо серьезную маску. Однако, медведя эта его шутка явно охладила. Он замялся и не сразу нашел, что возразить.

- Ты, лучше, Михаил Максимыч, присаживайся-ка к нам. Я сейчас и тебе чашку принесу. Посмотри, какой вечер чудесный!

Не дожидаясь ответа начальника, старик прытко поднялся со своего места и поспешил на кухню за недостающей посудой.

- Садись, садись, - крикнул Савелий, - у меня еще и варенье есть!

Медведь хмуро посмотрел на меня, но старику уступил и, взяв один из стульев – подставил к столу и опустился на него. Только уселся так, что зажал меня между собой и стеной. Его медвежье плечо, величиной с приличных размеров тыкву оказалось на уровне моей головы, а нога, где-то там, под столом «непринужденно» прислонилась к моему бедру. И что делать? Мне же даже отодвинуться некуда!

Босс же сделал вид, что ничего не замечает, все нормально, и невозмутимо принял из рук садовника свою чашку.

- Вот, видишь, Мишка, - Савелий Алексеевич наливая чай и своему работодателю, окончательно перешел к неформальному общению, - я что, Лесе-то говорю. Вредно это, девкам худеть в наше время. Вот, ты видела, красавица, статую у нас в саду? Любовь нашего Максимушки. Так она совсем не худенькой была. Готовила, говорят, очень хорошо! А, правда, Миша?

Медведь ничего не ответил, издав только один не слишком довольный хмык, взял из прозрачной вазочки бублик и откусил его, при этом тело Потапыча, сравнимое разве что с умеренных размеров шкафом, склонилось в мою сторону еще на пару сантиметров.

- Да и сам Мишка, - тем временем, старик никак не унимался, - влюбился как-то раз. Это еще до свадьбы было. Ох, и девка румяная была. Портрет ее у него в кабинете висел, на тебя, кстати, похожая… Или я что-то путаю? Сослепу-то? А, Мишань? Ты еще сжег картинку-то? А? Спасать ее от злодеев ездил, а она не оценила, замуж за другого, прохиндейка, выскочила. Ох и метался тогда наш Мишка, болел по-настоящему!

- Ну, все, хватит с меня, - прорычал вдруг побагровевший от злобы медведь. – Спасибо, попил чаю!

Я чуть не поперхнулась своим напитком, когда вечно суровый и раздраженный мною работодатель подал мне свою ладонь, требовательно ожидая, что я отзовусь. Мельком бросила беспомощный взгляд на Савелия, тот только пожал сухонькими плечами, мол, иди, здесь я тебе уже ничем помочь не могу. И только тогда я последовала безмолвному приказу своего босса – вложила руку в его ладонь. Медведь мгновенно сомкнул пальцы и безапелляционно потянул меня за собой. Даже не попрощавшись со старым служащим, вытащил меня на улицу. Еле успела захватить свое пальто с вешалки.

В какие-то доли минуты мы пересекли сад в обратном направлении к дому, но, даже ворвавшись в свой дворец, его владелец не остановился, а потащил меня за собой. В гостиную. Он не стал зажигать свет и, лишь переступив порог помещения, резко дернул свою подчиненную, и в следующее мгновение я оказалась прижата спиной к стене!

- Ой! – вырвалось у меня от испуга, но бандит не остановился, только гневно зашептал:

- Сколько можно играть на моих чувствах?! Тебе было мало всех этих лет?!

- Послушайте, я… я не играю, вы сами что-то выдумали себе…

- Приехала… - прорычал озлобленно зверь. – Ворвалась в мою жизнь… С детьми подружилась. Готовишь. Маячишь… Флиртуешь с кем не попадя! А потом исчезаешь!!!

Разбушевавшийся медведь хлопнул своей громадной ладонью по стене рядом с моим левым ухом!

- Сколько можно?! Ты что думаешь? Я железный?!

Меня переклинило. Меня реально переклинило. Никогда еще мужчина не говорил мне ничего подобного! Не сходил так сильно с ума! Так сильно, что даже безмозглая я, сумела среди всего этого хаоса разглядеть истинные причины его злобы.

Мое пальто само упало на пол, а руки легли на его плечи, заставив медведя подчиниться себе. Я мягко толкнула этого сумасшедшего в сторону стоявшего позади дивана. И он подчинился! Беспрекословно подчинился мне. Словно устав в этой бесконечной борьбе, капитулировал передо мной.

Заставила его сесть и опустилась сверху. Нежно, с невероятной, неведомо откуда взявшейся чувственностью в моих руках, обняла его крупную, упрямую голову и вынудила посмотреть на себя. И сама накрыла губами его жесткие губы. Прильнула к нему поцелуем и с удовольствием почувствовала, как в следующее мгновение его ладони сомкнулись на моей спине. Все мое естество задрожало, когда зверь позволил моему языку проникнуть в свой рот и вдоволь изучить его, а затем и пригласить на жгучий танец его язык…

Мы просто целовались. Только целовались. Я словно взяла на себя смелость показать этому чудовищу, что в отношениях мужчины и женщины может существовать не только секс и страсть, но и нежность, ласка и любовь. Этот чужой мне человек, к которому я даже не знаю, как на самом деле отношусь, но он вызвал во мне целый вихрь эмоций, мгновенно и всецело завладев моим вниманием и чувствами. С первого же дня я забыла о муже, с которым еще не развелась и о его предательстве. Пока ехала в поезде во Владивосток, только и думала, что о нем. О Ромкиной измене. Для меня буквально рухнул целый мир. Я была уверена, что никто и ничто на свете не в силах заставить меня успокоиться. Не сомневалась, что моя жизнь кончилась. Я – неудачница. Откуда мне стать счастливой?

Но тем же вечером я встретила медведя. Он меня не любит. Я ему несимпатична. Он меня ненавидит. Но кто же знал, что ненависть может оказаться лучше любви?

Кто же знал, что поцелуи могут быть такими сладкими? Даже с тем, кто тебя люто ненавидит, не переваривает, терпеть не может…

- Леся… - его рука обхватила мой затылок, как будто бы ее хозяин боялся, что я убегу. – Лесь… Я…

Он что-то хотел сказать. И мне на мгновение показалось, что это было бы не очередное ругательство, а что-то… более мягкое. Но, этому не суждено было случиться!

- Эй, кто здесь?!

Почти идеальную сцену разорвала, сломала, в буквальном смысле растоптала та самая Вероника. Девушка появилась в помещении неожиданно и, нащупав на стене выключатель, зажгла свет. В одно мгновение все, даже самые скрытые уголки гостиной стали видны как на ладони.

- Ой! – издала неприятный звук мачеха медведя, увидев, наконец, тех, кто же здесь был. – А что это ты? Миша, она на тебя напала? Полицию вызвать?

Я убрала его руки, и поспешила слезть с того, на кого на самом деле напала. И не обращая внимания ни на незваную гостью, ни на своего босса, подхватила с пола свое пальто и поспешила в спальню, где мгновенно заперлась изнутри. Еще и стул приставила!

Черт возьми!

Леська, совсем рехнулась, с чего решила, что он и вправду хотел этого? У него же только одна месть на уме. Ты только хуже себе сделала, медведь хотел добиться, чтобы ты сама приползла. Вот ты и приползла. Жирная, тупая корова. Тебя только на пастбище с твоей глупостью выгуливать и молоко доить. Больная на голову!