Глава 37
Как выяснилось, мне не от кого было бежать. За воротами никого не оказалось. Я… не ожидала этого. Боялась, но до последнего верила ему, что он дождется меня. Как факт – напрасно. От судьбы не убежишь. От моей судьбы уж точно.
Постояв несколько минут возле ворот, уже не ожидая ни в коем случае, а просто… решая, что же теперь делать, направилась домой. К маме. До боли знакомой дорогой… Подул сильный ветер и, как в довершение всего, пошел сильный дождь. Чужие машины проносились мимо, попутно не ленясь облить водой из луж одиноких и несчастных прохожих.
Вскоре я вернулась в родной дом. Открыла своим ключом дверь. Холодно. Печь не топлена. Холодно, пусто и одиноко. Я понятия не имею, чего мне хотелось. Надо было, наверное, снять мокрую одежду, растопить печку, переодеться, чтобы не заболеть. Но я ничего этого не сделала, направилась в мамину комнату.
Туда, где висел ее портрет, тот самый, с которого была изготовлена статуя, которая теперь украшает сад медведя на радость его отцу.
- Мама, мамочка… Почему же ты не ответила Максиму? – обратилась к портрету тихо. – Он ведь тебя до сих пор любит, если верить старому садовнику… Отец тебя бросил, но Максим любил и до сих пор любит, не то, что…
Я резко посмотрела в окно – в дому кто-то подъехал. Мне не понадобилось много времени, чтобы узнать знакомый внедорожник. А через секунду в мой маленький дом ворвался ураган – он ворвался и не остановился, пока не вошел в ту комнату, где сейчас была я. Лишь на секунду замерев на пороге, как будто не ожидал здесь никого застать, взъерошенный медведь с дикими глазами, бросился к своему Лисенку. И пока не утопил мокрую меня в своих объятьях – не успокоился.
- Нет, я все-таки ее убью! Эту твою Иру!!! Сначала позвонила мне и заявила, что ты сбежала через специальную дверь, с другой стороны колонии, и что собираешься спрятаться у нее дома. Я, как последний идиот, помчался туда, а когда почти доехал, она опять звонит и кричит, что ты передумала, что пошла ко мне, я обратно, а тебя нет. Леся, Лисенок, я ее точно убью!!!
- Я тебя люблю, - как будто не услышав его пламенных речей, пробормотала ему в подмышку.
- Что? – не сразу дошло до моего неуклюжего, искреннего зверя. – Леся, что? Что ты сказала? – он наклонился ко мне и заглянул в глаза. – Лисенок…
- Я тебя люблю, - роняя на пол одну громадную слезу за другой, повторила этому тугодуму.
Скала, мой медведь, в следующее мгновение рухнул перед дурой Лесей на колени и прижал свою горячую голову к моему животу.
- Лисенок… Я тоже… Я тоже люблю тебя… Больше жизни, родная. Прошу тебя, никогда, больше никогда не убегай от меня!
- Не убегу, - эхом отозвалась ему в ответ. – Не убегу… Обещаю…
После долгих объяснений, мы решили собираться, но прежде он настоял на том, чтобы я срочно переоделась. И смеялся над моими домашними трениками. Сказал, они больше на пижаму похожи. А потом я поила его чаем на той самой кухне, где больше десяти лет назад произошла наша первая, судьбоносная встреча. Он сидел на той же самой шаткой табуретке. И пил такой же дешевый чай. Разница между той встречей и этой была небольшой. Это снова мы. Снова смотрим друг на друга, и отказываемся принимать то, сколько боли и невзгод перенесли в промежутке между ними. Разлука была очень долгой, но она закончилась.
- Давай заберем портрет твоей мамы с собой, - предложил Миша мягко, поставив чашку на стол. – Я знаю одного человека, который будет безумно рад вновь ее увидеть.
- Я бы не хотела его отдавать…
- А мы и не будем. Повесим в нашем доме. А он будет любоваться, когда будет у нас с тобой в гостях. Кстати, нам надо поспешить. Завтра утром, помнишь, у нас поездка. Тюлени, остров. Дети тебя ждут. Ты знаешь, Лисенок, они как будто чувствуют то, что происходит между нами. Даже Матвей беспокоится, приедешь ты или нет. Ведь они уже очень давно догадываются про тебя…
Мы собрали вещи и погрузили все в его машину. Я закрыла дом. Во второй раз. Неделю назад я уезжала отсюда, не зная, куда и чем все это кончится. Теперь знаю куда, но все равно не уверена в том, что же будет дальше. И если бы только знала, какие испытания меня ждут уже этой ночью.
Если бы только знала…