Глава 8

Как бы мне хотелось в этот момент оказаться жгучей блондинкой с тонкой талией, с ногами от ушей, с пухлыми губами и грудью, которая от своей надутости буквально купальник разорвала бы! Чтобы он повернулся и посмотрел на меня так… С желанием, с вожделением, с восхищением.

А не с отвращением.

С которым он, скорее всего, и посмотрит, как только обернется. К своему позору, я еще и плавать не умею. Так бы хоть нырнула с головой – в воде не видно, какая я там толстая. Наверное. Но и это тоже моя иллюзия – в настолько ярко освещенном помещении не может что-то скрыться. Он еще далеко не старый и зрение у него хорошее. Нет, блин, хоть бы слепой был – все лучше! Нет, не подумайте, я ни в коем случае не желаю ему зла. Наоборот. Но… Утопиться что ли? Боюсь, если прыгну, пробью бассейн к чертям.

Умереть с позором. Да. Это точно. Это про меня. Одинокая, жирная и несчастная. Спасибо тебе, тетушка, что послала меня сюда. Это как… Как послать меня на кондитерскую фабрику, где все такое вкусное… все такое сладкое и свежее. Только за стеклом и надпись сверху, на этом самом тоже идеальном стекле: жирным коровам не прикасаться.

- Леся! – пока я у входа сокрушалась о своей доле, ребенок меня заметил, чем только ускорил мгновение моего позора. Он повернулся, но я убрала глаза и сконцентрировалась на девочке, что опять бросилась ко мне в объятья. К черту медведя и его мнение. Не буду заглядывать в его глаза, не увижу то самое презрение. Если не скажет ничего на тему «тебе хорошо бы похудеть, у меня такая толстая прислуга работать не будет», то есть слабая надежда, что мне удастся сохранить хотя бы относительное душевное равновесие.

- Кхм, - раздалось хриплое медвежье. - Вы долго собирались, - он все же не удержался от высказываний.

Так страшно, что у него даже ком в горле застрял, что откашляться пришлось? Тогда тем более смотреть не буду! Ни за что. Только в пол. В пол и на ребенка. Все!

- Простите, - проблеяла я и взяла Любочку за ручку, которую она протянула мне.

- Идем! Леся! Там есть спуск, где неглубоко! Ты большая, встанешь там, и я не утону!

Девочка потянула меня за собой, аккурат мимо ее папы. Я так и не посмотрела на него. Лишь краем глаза заметила в каких-то сантиметрах от себя его большое и о-очень упругое тело.

- А со мной ты плавать так и не хочешь? – спросил он прямо у меня над ухом, еле сдержалась, чтобы от испуга не побежать вперед его дочери!

- Нет, папочка! – не оборачиваясь, отрезала девочка. – С тобой страшно, а с Лесей нет! Она тоже плавать не умеет.

Любочка подвела меня к тому краю, где действительно обнаружился постепенный спуск.

- Давай, заходи ты первая, а я за тобой! – командовал ребенок свой большой няней. Ничего не оставалось, кроме как выполнить то, что мне было велено.

Никогда не думала, что это так приятно. Вода обняла мое тело, и мне вдруг показалось, что я не такая уж и толстая. Удивительно, как быстро может измениться восприятие от перемены мест слагаемых…

Мы с Любочкой так и устроились резвиться на мелководье, папа же, я слышала всплеск за спиной, очевидно, и к моему счастью, решил поплавать самостоятельно. Потому что какое-то время, я только слышала шум воды позади себя, но он пока к нам не приближался. Я катала ребенка на надувном круге, и мне даже удалось зайти на сравнительную глубину. С учетом невысокого роста, вода там мне была почти под грудь. Поразительно, как при довольно низкой температуре на улице, здесь, в доме, было тепло. Почти жарко. Или это мне так казалось, потому что в каких-то метрах от нас, в этой же воде плавал огромный, почти голый медведь?

- Вот, а папа говорил! – щебетала девочка. – Совсем и не надо уметь плавать! Главное в круг поместиться, но я пока влазю!

Я хихикнула, и тут же чуть было не подавилась от страха и от неожиданно прогремевшего прямо надо мной голоса хозяина дома:

- Раз ты так боишься учиться плавать, тогда я сначала научу твою няню, а потом тебя.

- Ты научишь Ле-е-есю? – распахнула глаза девочка. Это хорошо, что он не видел в данный момент, как сильно распахнулись мои глаза!

Не дожидаясь ни ответов, ни реакции, папа схватил дочь и прямо с кругом на пузике усадил на край бассейна.

- А… а если я не хочу? – запротестовала беспомощная Леся, но медведь вырос перед моим носом огромной скалой:

- А у вас нет выбора. Я не могу допустить, чтобы с моей дочерью была няня, которая не умеет плавать.

- Мы не будем ходить в бассейн, - пробормотала, глядя куда-то вниз. Минуту назад это была вода и миленькое личико Любочки, а теперь мои глаза вынужденно уткнулись в… те самые до жути узкие плавки на внушительном мужском… теле. Он стоял по подъему выше меня и я… о, бог ты мой…

- Будем! Будем!!! – весело захлопала в пухленькие ладошки где-то сбоку маленькая предательница.

- Будете, - услышала наглую усмешку в его голосе и на этом сдалась. Все-таки посмотрела на него!

Однако, медведь или говорил серьезно, или просто не подал вида при дочери. Ухмылка проскользнула лишь в его голосе, на лице ни одного намека на шутку или издевку.

- У меня нет другого выхода? – жалобно пискнула я.

- Если хотите здесь работать – нет,- отрезал этот ужасный человек, которого я теперь боюсь еще сильнее. – Идите сюда, - он подал мне руку и сделал несколько шагов на глубину, - могу обещать только одно – я не дам вам утонуть.

Машинально скользнула взглядом по его внушительной мужской фигуре. Нисколько не сомневаюсь, что сил у него достаточно, чтобы в случае необходимости, вытащить со дна даже такую корову, как я. Но, если признаться честно, я совсем не хочу до этого доводить.

- Леся, смелее, - напомнил он мне о себе, и только тут я поняла, что мой взгляд опять прилип к коротким черным волосикам, покрывавшим кожу моего необычного работодателя ровно под его пупком, которые манящей линией уходили вниз, туда… к тому месту, где начинались его слишком, как мне тогда показалось, узкие плавки…

- Леся, я жду… - не могла не отметить, как вдруг его голос потеплел. – Люба тоже, - а вот это уже как будто предупреждение, что мы здесь не одни.

Ч-черт! Что он теперь подумает обо мне?! Окончательно сконфузившись ото всей этой дурацкой ситуации и плюнув на свой стыд, сделала шаг к нему навстречу и вложила свою руку в ладонь Михаила. Максимовича.

- Леся! Не бойся! – подбодрила весело хихикающая где-то в стороне моя подопечная, из-за которой я пошла на такие жертвы.

- Не бойтесь, - повторил тот, кто вблизи оказался еще больше. Жестко удерживая меня за руку, медведь потащил свою работницу на глубину до тех пор, пока вода не достигла его солнечного сплетения, мне же уже было по грудь. И при этом я стояла на цыпочках. – Первое, чему вы научитесь, держаться на воде и доверять воде. Но для этого, сначала, вы научитесь доверять мне.

Он усмехнулся одними глазами! Жестко, безапелляционно показывая мне свое превосходство. Я только одного не понимаю – зачем??? Я и так его боюсь. Куда еще больше запугивать! Но, оказалось, что было куда.

Этот мужчина, этот нечеловек, судя по всему, решил меня добить. Он аккуратно развернул подопечную спиной к стенке бассейна, а потом молниеносно подхватил няню своего ребенка под оба локтя, опрокинулся спиной в воду и вместе со мной резко оттолкнулся ногами от той самой стены! Таким образом, в следующую секунду я оказалась на глубине и моим спасательным кругом оказалась его широкая грудь! На которой я прямо сейчас и лежу, молясь всем, кого только можно вспомнить, и прошу, чтобы только медведь меня не отпустил!!!

- Папа!! Папа!!! – ребенок где-то на краю бассейна веселился от души. – Леся уже плывет!!!

- Тебе стоит обнять меня, - изрекла эта машина смерти полушепотом, но я его отчетливо услышала, - если, конечно, не хочешь утонуть.

Мне было дико страшно! Так страшно, что я без единого возражения выполнила все, что он требовал. Обхватила его за шею и как можно ближе подтянулась к нему, можно сказать, почти вжалась в медведя. И как только я это сделала, он отплыл еще дальше! Туда, где, по всей видимости, его дочь не смогла бы услышать его озлобленный шепот:

- Зачем ты на самом деле приехала? – прорычал медведь мне в самое ухо, удерживая свою жертву на глубине. – Отвечай!

- Работать, я приехала работать!

Никогда не знала, что такое приступ паники. Но в тот момент, похоже, я с ним познакомилась.

- Не ври. Я хочу знать правду!

- Я приехала работать, честно! Я… я… у меня проблемы в семье, я хотела уехать из города… сказала тете, - говорила я очень быстро, с каждым следующим мгновением мне почему-то казалось все больше, что он вот-вот устанет, и мы оба пойдем ко дну! – А Ира, Ира… Ира сказала, у нее есть знакомый в другом городе, которому нужна няня. Что она ему позвонит и все устроит. Честно, это все! Если… если это не так, пожалуйста, отпу… нет, не от… Верните меня, пожалуйста, на сушу и я сразу же уеду! Пожалуйста, я вас очень прошу! Я, честное слово, не знаю, что случилось не так… Пожалуйста… - паника мгновенно переросла в истерику. Я уже больше не сдерживалась, а зажмурила глаза и с ужасом поняла, что прижалась к нему настолько сильно, как будто бы пыталась задушить медведя в своих пламенных объятьях. Его тело подо мной сделало несколько мощных движений, а потом прозвучал черствый приказ:

- Отправляйтесь к себе и переоденьтесь. Через полчаса спуститесь в столовую.

Я только теперь поняла, что мои ноги уже касаются дна. А я все еще вишу на нем! Встала на ноги и быстро убрала свои руки с его шеи.

- Вы меня услышали? – повторил этот живодер.

- Да, - с трудом вымолвила я, и через несколько мгновений, по пути схватив свой халат, уже покидала помещение, походя услышав где-то за спиной расстроенный детский голосок:

- Папа, а почему Леся ушла?

- Это неважно, моя принцесса! Ты же со мной?! Ну и отлично! Давай я тебя покатаю, как ты любишь…

Со своим ребенком медведь превращался в мягкого и пушистого медвежонка. Меня же предпочитал втаптывать в грязь. Нет, сейчас вернусь в комнату и, пока не дозвонюсь и не поговорю с Ирой – не выйду оттуда! Ни за что!!!

- Послушай, ты же знаешь, что Ирка сама себе на уме! График у нее, сериал смотрит, я ей говорила, что ты звонишь, она только отмахнулась и сказала, позже тебя наберет! – Клава, моя бывшая коллега в колонии, ни в какую не хотела дать трубку моей дражайшей тетушке! А сама тетя по-прежнему не отвечала ни на сообщения, ни на звонки!

Отбросила бесполезный аппарат на подушку. Да что она там? Откуда вдруг такая непрошибаемая занятость?! Раньше, насколько я помню, всегда отвечала, без задержек. Как же, ее любимая племянница звонит! А теперь? Что изменилось-то?!

С грустью посмотрела на дверь. Я уже давно переоделась и привела себя в порядок. Даже накрасилась! Признаться, не знаю, чем еще себя защитить от его нападок! Сначала набросился, потом чуть было не утопил, запугивал… Чем завершится этот бесконечный день, когда я вроде бы как должна исполнять обязанности няни, но совсем их не исполняю. Только шарахаюсь от своего неуравновешенного работодателя.

***

Женская колония

Россия, Хабаровский край

- Ирина Яновна, тебе опять Леська звонила.

- А? – женщина, с комфортом расположившаяся в камере, лежала на вышитых вручную подушках и подпиливала и без того идеальные ногти. Влияние – это хорошо. Сила, тоже. Это тебе и своя маникюрщица с педикюрщицей, и даже массажистка. На свободу, конечно, не выйдешь, но кто сказал, что в колонии невозможно сносно жить?

Баранова Ирина Яновна нахмурилась, когда вновь заверещал ее мобильный телефон. На сей раз звонила не племяша, а тот, к кому она несколько дней назад отправила свою дорогую родственницу.

- Зачем ты это сделала? – не поздоровавшись, не спросив, как здоровье, тяжелый мужской голос прозвучал так, словно только что не сказал, а огромным кулаком нанес мощный хук в челюсть.

- Даже не поздороваешься? – усмехнулась Ира, хотя знала, что на самом деле заслужила такое отношение.

- Нет. Отвечай, - резко отрезал ее собеседник.

- Ей надо было уехать, - Баранова пожала плечами, как будто он ее мог сейчас видеть.

- Зачем ты на самом деле это сделала? – прорычал грубый голос с той стороны, но сквозь эту грубость и злость, она совершенно отчетливо услышала ноты боли. И от этого еще больше сжалось ее сердце. Однако, Ира Яновна была тертым калачом, и решила уперто идти до конца. Все, что надо было – она сделала, только вот не факт, что, даже несмотря на все переживания, она поступила правильно.

- Какая тебе разница, Миша? Ты разве не этого хотел? – парировала женщина не менее резко.

- А тебе не кажется, что вы с ней немного опоздали?

- Если опоздали, - невозмутимо ответила осужденная, - тебе решать. Ей нужна работа в другом городе. Тебе – няня. Хорошая, добрая няня для твоих детей. Добрее и прилежнее нее человека я не знаю. А если ты, дорогой мой, вздумаешь обидеть мою племяшечку… - Ирина сделала многозначительную паузу, - ты знаешь, как я решаю проблемы с такими вопросами.

- По-твоему, все так просто решается?

- По моему, да. И, Миша, я думаю, тебе надо сказать… - Ирина замялась. Впервые на своей памяти она нерешительно замялась с ответом. – Веришь ты мне или нет… Но, я скажу. Не из-за тебя, из-за нее. Зная твой характер.

- Говори уже.

- Леська ни тогда, ни сейчас ничего о тебе не знала. Я знаю и отлично помню, что говорила тебе. Но… я так посчитала правильным, поскольку, после смерти ее матери, я единственная, кто заботился о девчонке.

- Глупо оправдывать ее поступки, - раздалось с того конца провода глухое.

- Я тебе повторяю, мне все равно, веришь ты или нет. И говорю это не ради твоего душевного спокойствия. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к вам, мужикам. Я не сразу решилась отправить ее к тебе. Слишком большой подарок для такого, как ты. Но ее придурок муж оказался еще хуже. Здесь, признаюсь, я просчиталась.

- Неужели, ты хоть что-то признала, - его тяжелая усмешка еще больше отяготила и без того нелегкий разговор.

- Не радуйся раньше времени, дружок. Посмотрим, как себя покажешь ты. Учти, то, что я здесь, это ничего не значит. Достать я смогу тебя где угодно.

- Не знает ничего, говоришь? – собеседник как будто не слышал ее и говорил уже с кем-то другим. – Проверим. Проверим, насколько это правда.

- Эй! Эй, ты! Урод! Слышишь! – Ирина кричала уже в пустоту, Медведев бросил трубку, оставив ее наедине со своим телефоном и противными гудками, доносившимися из трубки.

Чертов мужик! Может быть, она опять ошиблась? Ведь, не поверил же! Что он сейчас вытворять будет? Столько лет… Столько лет прошло…

А Леська там сейчас одна. И надежда только на то, что в доме дети. При детях он не станет. Она очень надеялась, что не станет…

Баранова смачно сплюнула на пол и от накатившей злости сжала зубы. Вот же, урод! Да что ж теперь делать-то?! Понятно, что Медведев ни на секунду не испугался ее угроз. Это ее бывший муженек был тряпкой, который, только прикрываясь ее денежками, строил из себя мужика. Так, чтобы баб в ее же собственную постель затаскивать. Мишка не такой. Вообще удивительно, как он послушал ее, и не сделал все по-своему. Подобное послушание совсем не в его характере. Человек, который держит Приморский край, в принципе себя так не ведет…

Одна надежда… одна…

- Ой, Леська, держись, - пробормотала Ирина в темноту, – сделала тебе подарок, тетушка, это называется. Хороший такой подарок – отправила в логово к долбаному бандиту. Ч-черт…