Джейс

Еще с крыльца я почувствовал аромат лазаньи.

— Эй, Питер, я здесь. — Я вошел в дом и, пройдя небольшой уютный холл, оказался на кухне.

Здесь я всегда чувствовал себя точно так же, как дома. Я даже помнил маму Саши, когда она стояла на этом самом месте у плиты и деревянной тумбы, где сейчас стоял Питер, и пекла нам вафельные печенья.

— Джейс. — Питер улыбнулся и, махнув силиконовой лопаткой, указал мне на стул, стоящий возле обеденного круглого стола.

— Отлично выглядишь, — ухмыльнулся я, усаживаясь за стол.

Питер отмахнулся, снова поворачиваясь к плите. Сиреневый фартучек с кружевами очень мило смотрелся на его высокой и крепкой фигуре. Саша и Венди были похожи на отца: те же большие красивые глаза, светлые волосы и яркая улыбка. В большинстве случаев Питер был строгим отцом, но я всегда брал с него пример. Да что там, я обожал его. Когда мама Саши и Венди умерла, а мой отец бросил мою мать, мы с Сашей воображали, что наши родители будут жить вместе в их большом и красивом доме. Но то были глупости. Мама и Питер всегда были добрыми друзьями, а наши детские фантазии навсегда остались фантазиями.

— Как дела? — спросил Питер, вынимая из духовки форму.

Мой рот тут же наполнился слюной. Я вымыл руки прямо на кухне и принялся доставать тарелки из висящего над тумбой кухонного шкафа.

— Шикарно. — Я поставил четыре фарфоровых тарелки напротив каждого из стульев. — Но ты знаешь, что зимой лучше.

— Это так, — согласился Питер, накладывая еду. — Четвертая лишняя.

— Ладно. — Я убрал одну тарелку. — Венди с Итаном?

— Я здесь. — На кухню впорхнула Венди с длинной светлой косой и осторожно заняла место отца за раскладыванием кусочков лазаньи.

Я удивился.

— А где Саша?

— Она разве тебе не сказала? — спросила Венди. — Она с Оливером. — При этом Венди хитро улыбнулась.

— Не сказала. — С чего вдруг ей не говорить где она?

— Эй, думаю, она не задержится. — Питер поставил передо мной тарелку.

Мы умяли почти все, пока Венди не убрала кусочек для Саши. Из моей головы не выходило то, что она сейчас с Оливером. Это странное чувство, которое накрывает меня в его присутствии, слегка напрягает. Чувство, что он не забыл свою обиду на меня.

Попрощавшись с Шоу и поблагодарив их за ужин, я вышел на подъездную дорожку и медленно поплелся к своему «доджу». Улица была уже безлюдной, лишь уханье сов из леса и приглушенные голоса из соседних домов нарушали тишину. Мы с мамой и дедом жили на другом конце городка. Там не было таких коттеджей, лишь дикий лес вокруг нескольких магазинчиков и жилых домов.

Дорогу прорезал свет фар, когда я уже начал открывать дверцу своей машины. Машину Оливера я узнал сразу. Он припарковался на дороге и резко выскочил из машины. Очевидно, чтобы успеть открыть дверцу для Саши. Но увидев меня, он остановился. Саша уже вышла сама и тоже заметила меня.

— Джейс, — улыбнулась она.

— Привет. — Я подошел ближе и притянул ее к себе. — Где вы были?

— Гуляли рядом с озером, — ответила Саша, глядя на Оливера.

Он стоял с другой стороны машины в заметном напряжении. Ему не нравится, что я здесь? Так пусть запомнит, что я всегда буду здесь.

— Джейс. — Он все же выдавил улыбку.

Я кивнул в ответ и тоже улыбнулся. Саша стояла непривычно тихо, прижимаясь к моему боку. Что-то было не так и мне это не нравилось.

— Ты в порядке?

Она кивнула и выдавила улыбку. Видимо сегодня вечер «выдавленных улыбок».

— Да. Был скучный день.

— Как и у меня. — Я начал трепать ее волосы, а Саша вырываться и хихикать.

— Перестань.

Тихое покашливание возымело нужное действие, которое пытался навлечь на нас Оливер. Мы вспомнили о его присутствии. Саша отошла от меня ближе к нему.

— Может, хочешь выпить кофе?

Оливер посмотрел на меня, и я едва сдержал смех. Что бы ни происходило, это выглядит смешно.

— Нет, мне нужно домой. Мы еще увидимся? — В его голосе звучала нескрываемая надежда. Он всегда говорил с Сашей таким тоном. Да ладно. Он до сих пор сходит по ней с ума?

— Конечно, — мягко ответила она.

Они стояли друг напротив друга и смотрели друг другу в глаза. Наверное, я впервые в жизни почувствовал себя лишним. Это чувство поразило меня. И это рядом с Сашей.

Я кивнул Оливеру и развернулся, медленно шагая обратно к широкому крыльцу дома Шоу. Почти сразу позади себя я услышал хлопанье дверцы и заведенный мотор. Он уехал.

Саша шла в каком-то странном подавленном настроении. Я тут же снова ее обнял.

— Эй, что случилось?

— Не знаю, Джейс. Я обещала, что не расскажу никому.

При этих словах я позволил себя слегка рассмеяться.

— Если бы ты не хотела мне рассказывать, не говорила бы так.

— Ты прав, — задумчиво ответила она. — Знаю, что могу тебе доверять.

Такие простые слова теплой волной растеклись по всему моему телу, и я тут же забыл о неприятном чувстве, которое испытал минуту назад. Я уже говорил, что есть вещи, которые никогда не меняются. Саша и я — одна из них.

— Идем в дом. — Я взял ее за руку.

Комната Питера находилась на первом этаже. На втором были раздельные спальни Саши и Венди и большая терраса, на которой мы проводили бессонные ночи в детстве. Саша пошла в свою комнату за одеялом, а я заглянул в комнату Венди. Она сидела на своей заправленной кровати и читала что-то на электронной книге. Увидев Сашу, я прошел за ней. Она быстро расстелила стеганое одеяло на деревянном полу и села, скрестив ноги по-турецки. Широкая футболка закрывала большую часть ее тела, почти пряча под собой шорты. Я сел рядом, и Саша тут же прижалась ко мне.

— Почему ты грустишь? Что он такого сказал? — Я старался говорить спокойно, но внутри меня назревала непонятная злость.

— Не злись. — Саша подняла голову и посмотрела мне в глаза. Свет из окон освещал наши лица.

— Тогда расскажи, — потребовал я.

— У Оливера был рак.

— Что?

Рак? Черт. Мои мысли спутались. И… был? Он куда-то уходит?

— Он с этим справился. Поэтому его родители переехали к нему в Ориндж. — Саша рассказывала, и эта информация никак не укладывалась в моей голове.

Рак — это дерьмово. Даже хуже. Я не мог не верить Оливеру. Но… что-то здесь было не так. И дело было не в его сильном и цветущем теле. Он просто не был похож на человека, который победил рак желудка. Эти мысли составляют мою самую худшую сторону. Все во мне кричало и сопротивлялось этой информации, и это убивало меня.

— Это хреново, кроха, — пробормотал я, когда Саша замолчала. Она всхлипывала, и я знал, о чем она сейчас думает. И как ей больно. — Ему повезло.

— Это второй шанс, Джейс. Я так рада за него. Я имею в виду, что большинство людей эта штука убивает… а кто-то справляется. И это чудо. Действительно чудо.

Я ничего не ответил. Просто позволял ей говорить о чудесах и обо всем хорошем, в то время как внутри нее была эта боль. Мама Саши и Венди умерла от рака. То, что рассказал ей Оливер, повлияло на нее намного больше, чем он мог представить.

* * *

Скотт не отвечал на мои звонки. Я не понимал его реакцию. Хотя… кому я лгу? Конечно понимал, но не хотел признавать это. Лето летело так быстро, просто потому что мы уже не в школе. Работа отнимала гораздо больше времени, чем учеба. Мы с Сашей с нетерпением ждали лыжный сезон. Я знал, что смогу устроить ее в Хевенли, чтобы мы вместе могли работать инструкторами. В городе все знали, что на лыжах, коньках и сноуборде Саша может кататься с закрытыми глазами.

С того дня, как она рассказала мне про Оливера, я видел его несколько раз. Он сразу понял, что Саша все мне рассказала. Я старался подавить в себе свое нечеловеческое неверие, но и смотреть с жалостью было глупо.

— Со мной придут Натан и Дейзи, — сказал Шейн, когда мы выходили из шале после рабочего дня. Хевенли — один из лучших горнолыжных курортов. Особой популярностью это место пользуется у сноубордистов, поэтому летом здесь намного спокойнее. Сегодня я фотографировал местность для одного из журналов Вегаса. На это ушел весь день, но я не чувствовал усталости. В перерывах я переписывался с Сашей, которая скучала в магазине, и мы решили устроить вечеринку в моей хижине.

Шейн и я присели на скамейку напротив шале с кофе в руках.

— Как у вас с Дейзи? — спросил я друга.

Шейн по большей части, моя родственная душа. Он старше на четыре года, но все еще не знает, как быть с Дейзи, с которой встречается уже три года. Они недавно начали жить вместе. Шаг, который Шейн сделал с большим трудом, несмотря на то, что без ума от своей девушки.

— У нас все круто, — ответил друг, делая большой глоток.

Я рассмеялся, наблюдая за его глупой улыбочкой.

— Что? — Шейн откинул свои отросшие светлые волосы со лба.

— Скажи честно, — потребовал я.

— Бонилла, мы с тобой будем об отношениях трепаться что ли?

Я пожал плечами.

— Почему нет?

Шейн закатил глаза и сделал еще один глоток.

— Много плюсов, я сам не ожидал. Представь, — он повернулся ко мне. — Ночью — секс, утром — секс. Горячий завтрак, пока я в душе. Разбросанная одежда чудесным образом оказывается сложенной. Это круто.

— Да ты счастливчик. — Я похлопал его по плечу. — Секс по утрам — хорошее начало дня.

— Лучшее начало дня, — поправил он.

Мы болтали о прелестях утреннего секса еще какое-то время, пока шли к фуникулерам, которые доставят нас в Саут Лейк.

— Натан не злится на меня, раз согласился прийти? — спросил я Шейна.

Он улыбнулся одним уголком рта.

— Он перебесился, но не соблазняй больше кузена Дейзи, иначе он себе вены вскроет. Ты знаешь, какой он.

Меня передернуло. К сожалению, знаю. Имел глупость как-то замутить с этим двадцатилетним парнем, который долгое время писал мне любовные эсэмэски и надеялся на продолжение.

— Не буду, — буркнул я и закрыл за собой кабинку.

* * *

Костер горел так ярко, что от него было жарко даже возле ограждения. Мои друзья сидели вокруг него и слушали дурацкие песенки Шейна, который импровизировал на ходу и напевал их под гитару.

Планировались посиделки у костра, но вышло намного шумнее, так что Шейну приходилось орать на заднем дворе, так как в моей крошечной хижине гремели девчачьи песни и визг. Саша устроила бои сладким и липким попкорном, но в меня почему-то прилетел шоколадный пончик. Пришлось закрыться в своей спальне и искать в шкафу чистую футболку, которой, как оказалось у меня нет. Наконец-то я нашел светло-розовую с надписью «Невада» футболку и тяжело вздохнул. Мне подарила ее какая-то девушка, когда мы со Скоттом устраивали вечеринки у него в квартире в Лас-Вегасе. Она думала, что это прикольно. Ага, для многих девчонок «прикольно», что ты гей. Но светло-розовый — это не круто. Это банально. За неимением ничего я быстро надел ее на себя и вышел из спальни.

— Горячо, — воскликнула Кейси, посмотрев на мою футболку.

Я подмигнул ей.

— Где Саша?

Кейси кивнула в сторону входа и снова принялась танцевать. На улице я увидел Сашу возле крыльца. Она стояла с… дайте угадаю. Кто это весь такой сексуальный в черной футболке и черных шортах? И он обнимал Сашу за талию.

— Эй, Оли. — Я эффектно расставил руки в стороны. — Рад, что ты приехал. Как тебе здесь?

Он приветливо кивнул и быстро огляделся.

— Здорово, Джейс. Райский уголок. Я был здесь еще в старшей школе, когда еще Шейн устраивал вечеринки.

— Его место гордо занял я. — Я театрально поклонился.

Из проема двери показалась голова Дарлы.

— Саша!

— Я скоро. — Саша осторожно высвободилась из объятий Оливера.

— Не теряйся, — сказал он с улыбкой.

— Уверена, ты меня найдешь. — Она улыбнулась в ответ и бегом рванула в дом.

Оставшись наедине друг с другом, мы молчали несколько секунд. Оливер заговорил первым:

— Надеюсь, в этот раз ты не поступишь так же. — В его тоне явно проскользнула желчь. Есть ли смысл его в этом обвинять?

— Что ты имеешь в виду? — как можно спокойнее спросил я. Отчасти меня раздражало, что между нами выросла эта стена. Он всегда был хорошим парнем. Я даже сам дал ему номер Саши, когда она сломала руку.

— Не прикидывайся, Джейс, — скривился он. — Ты знал, что с ума по ней схожу и все равно держал возле себя словно собачку. Ты и сейчас так делаешь.

Ярость быстро ударила мне в кровь. Я сделал шаг вперед, заставив его немного отступить.

— Не смей так говорить о ней.

Оливер был выше. Он слегка оттолкнул меня.

— Ты прекрасно понял, о чем я. Джейс, какого хрена ты тогда целовал ее? Ты ведь гей.

Эти обвинения справедливы. Я не могу представить, как он тогда был обескуражен. Но знал ли он вообще о том, что мы переспали? Очевидно, нет. Ведь если поцелуй его так вывел из себя, то об остальном ему точно лучше оставаться в неведении.

— Это была шутка? — давил он.

— Нет, — процедил я сквозь зубы. — Я не могу тебе объяснить.

— Можешь. — Оливер был непреклонен.

— Отвали. — Я махнул на него рукой. — Но попробуй только обидеть Сашу, я убью тебя.

Будто он вообще на это способен. Но с другой стороны, прошло столько лет. Он мог измениться, просто мы пока этого не знали.

Внезапно Оливер улыбнулся, без ехидства и злости. Это было неожиданно.

— Ты всегда ее защищал.

— И всегда буду.

— Но должны быть какие-то границы. — С этими словами Оливер сделал шаг в сторону дома. — Если ты не против, я хочу насладиться вечеринкой.

Я кивнул, показывая, что не против, и сказал:

— Зря ты ей рассказал.

Оливер замер и посмотрел на меня несколько секунд, явно перебирая в голове смысл моих слов. И когда он до него дошел, он изменился в лице.

— Было глупо полагать, что она тебе не расскажет, — тихо сделал вывод он.

— Действительно глупо, — согласился я.

Оливер поставил одну ногу на ступеньку и схватился рукой за перила.

— Она должна была знать. Я сказал, что наша ссора на балу была не единственной причиной, почему мы не виделись эти годы. Но я солгал. — Он сглотнул, не глядя на меня. — Мой диагноз не был той самой причиной. Мне было реально тогда погано.

Теперь он смотрел на меня в упор. Я хотел опустить глаза, но заставил себя выдержать этот взгляд. Я не исключаю своей вины, но они не встречались в тот момент. И по непонятной причине я хотел целовать Сашу.

— Вы расстались, — все же говорю я.

— Мы с тобой дружили, Джейс. — Оливер в два шага пересек крыльцо и зашел в хижину.

На протяжении всего вечера и половины ночи я старался не думать об этом разговоре. Я танцевал с Кейси и заигрывал с Натаном, за что получил подзатыльник от Дейзи. Саша включила Бритни, и мне приходилось слушать этот бред и даже танцевать под него.

— Тебе нравится Бритни, — смеялась Саша, танцуя на диване.

Ее цветное шелковое платье задралось так высоко, что у всех присутствующих парней текли слюни. Я бесцеремонно одернул ее платье и хлопнул по заднице.

— Мне нравится, что она поет о сексе втроем.

— Извращенец. — Саша бросила в меня диванной подушкой и продолжила скакать.

Я улыбнулся и посмотрел на часы. Ох, черт. Завтра мне нужно будет помочь маме кое с чем и спланировать стирку. Причем глобальную.

Кейси засунула язык в рот Патрику, и они чуть ли не трахались в моей крошечной кухне. Я открыл рот от удивления. Кейси и Патрик?

Еще через час вечеринка сдала свои позиции, и все стали разъезжаться по домам. Я почти засыпал, но ходил с мусорным пакетом, засовывая туда грязный валявшийся повсюду попкорн.

— Чувак, завтра приберемся, — промямлил Шейн, проходя с Дейзи мимо кухни.

— Ага, конечно, — скептически заметил я.

Шейн и Дейзи махнули мне на прощание и вышли на улицу. Я пошел вслед за ними. Саша разговаривала с Оливером, стоя возле его машины. Он хотел ее подвезти, но она указывала большим пальцем себе через плечо на мою хижину. Ей не хотелось ехать домой. Его разочарование было очевидным.

— Почему ты не поехала с ним? — спросил я, когда Саша проходила в дом мимо меня.

Она плюхнулась на диван и поднесла ладонь ко лбу.

— Не хочу говорить глупости. Я начну нести бред о том, как мне жаль и все такое.

Я закрыл дверь на замок и положил пакет рядом с диваном.

— Может, это ему и нужно сейчас? — предположил я.

Саша вздохнула и подогнула под себя ноги.

— Не знаю. Не грузи меня, Джейс.

Игнорируя ее нежелание говорить об этом, я подошел ближе и наклонившись, оставил легкий поцелуй на ее лбу.

— Ты правильно сделала.

— Или все же нужно было с ним поехать, — вслух размышляла Саша. — Папа посоветовал не спешить.

Теперь мне не хотелось об этом говорить.

— Ты грузишь себя сама.

— Ты прав. — Саша встала на ноги. — Давай приберемся, и я пойду в душ.

Я легко подхватил ее одной рукой и поднес к двери ванной.

— Иди, я приберу здесь.

— Что? — глаза Саши округлились. — Джейс Бонилла прибирается, а не спихивает это на меня?

Я попытался скорчить обиженное лицо, но у меня не вышло.

— Иди, пока я не передумал, — с наигранной злостью прорычал я.

Саша засмеялась и бегом помчалась в ванную, на ходу сбрасывая кеды.

— Имей в виду, больше такого не повторится, — крикнул я ей вслед.

* * *

Утром я проснулся от чудесного запаха. Саши рядом не было. Она не была жаворонком, поэтому я удивился, не застав ее в кровати. Мы легли поздно, и всю ночь она ворочалась во сне и что-то тихо бормотала.

Натянув клетчатые шорты, я открыл дверь, и мне в лицо сразу же ударили солнечные лучи. Я зашипел как летучая мышь и сощурился. В кухне и гостиной всегда было много солнечного света, в то время как в спальню они почти не попадали из-за того, что окно выходило на северную сторону.

— Доброе утро, — увидев меня, пропела Саша.

Она стояла у плиты в крошечных шортиках и маячке и переворачивая что-то на сковороде. Для того, кто беспокойно спал всю ночь, она выглядела слишком бодро.

— Доброе. — Я сел за кухонный островок, потирая глаза. — Ты чего так рано?

— Почти полдень, — ответила Саша. — Какие планы?

— Нужно починить дома водонагреватель и забрать Твикса. Он сгрыз дедушкины костыли.

Саша сочувственно улыбнулась.

— Тогда я буду валяться на диване весь день.

— Вообще-то, я хотел попросить тебя постирать мои вещи. Это последние чистые шорты. — Я указал вниз на свои клетчатые старые шорты.

Саша покачала головой.

— Существуют прачечные и стиральные машины. Засунул и жди.

— Кроха, засунул и жди не по моей части. Я предпочитаю двигаться.

Саша кинула в меня кухонным полотенцем и наклонилась за тарелками, продемонстрировав свою идеальную маленькую попку.

Через несколько секунд она поставила передо мной тарелку с завтраком, и я удивленно охнул.

— Вау! — Передо мной лежал идеально прожаренный блинчик в форме кроличьей мордочки. Две маленькие клубнички заменяли ему глаза.

— Ага. — Саша самодовольно улыбнулась и поставила перед собой такой же шедевр. — Я тебе купила формочки для яиц и блинчиков различной формы. Хотя прекрасно знаю, что буду использовать их сама.

— Мне даже есть это не хочется. Так мило.

Саша безжалостно оторвала «зайцу» уши и засунула их в рот.

— Ешь, — с полным ртом сказала она.

Я рассмеялся и принялся за огромный блинчик. В какой-то миг пока мы болтали за завтраком, я понял, чего был лишен четыре года. И как я привык за эти два месяца просыпаться рядом с ней. Я хотел ее в своей жизни больше всего на свете. Но это невозможно. Каким нужно было быть эгоистом, чтобы ревновать друга к парню, которому она действительно нравится? Мы больше не были в школе. Теперь дружба так не работала, мы должны строить собственные жизни, и это пугало.