Глава 29

Я не помню, как доехала до дома. Эмоции разрывали меня. Я сидела в такси и не могла перестать улыбаться. Мы будем с Назаром. Завтра он приедет, и мы что-нибудь придумаем…

Обняв себя руками, я, как маленькая девочка, торопила время — «Быстрее бы завтра!». Разговор с Назаром по телефону словно открыл мне глаза. А всего-то нужно было задать два простых вопроса «Что ты чувствуешь к Вадиму?» и «Хочешь быть со мной?». И всё. Я поняла, что врать себе бесполезно. И пытаться сделать всех счастливыми не получится. Но нужно хотя бы быть честной с собой и с Вадимом…

Таксист с подозрением посматривал на меня в зеркало. Я, наверное, выглядела очень странно — слишком счастливой.

Когда я сказала Вадиму, что еду домой, он удивился.

— Оставайся у меня. Я лягу на диване, — мягко уговаривал он.

Но это было бы нечестно — оставаться с Вадимом, когда все мои мысли были только о Назаре.

— Завтра у меня важный семинар, хочу хорошо выспаться, — выкрутилась я.

Вадим вызвал мне такси и проводил до машины.

— Позвони мне, как доедешь до дома, — сказал он.

Я молча кивнула. Вадим все-таки обиделся, хоть и не показывал этого. Но наш самый тяжелый разговор еще впереди. Я должна быть смелой ради нас с Назаром.

Алии дома не было, она осталась ночевать у своего Лёши. Я написала Вадиму, что уже дома, и, переодевшись, легла в кровать. Уставившись в потолок, я представила над собой ноябрьское звездное небо. Совсем недавно оно стало свидетелем нашего с Назаром поцелуя. Как нам было хорошо тогда… Это счастье длилось недолго — всего несколько минут. А каково это — безнаказанно целовать Назара каждый день, каждое утро, каждую минуту? Проводить с ним всё свободное время? Обнимать на глазах у всех? Неужели я скоро узнаю это?! Даже не верится…

Протяжно вздохнув, я закрыла глаза. Слишком рано, Ульяна, мечтать. Надо вначале поговорить с Вадимом… Сердце тут же заныло. Я представила глаза Вадима, когда скажу ему, что ухожу к Назару. Что в них будет — ярость, боль, обида? Сможет ли Вадим простить своего друга? Или я навсегда встану между ними?

Перевернувшись на бок, я с головой укрылась одеялом. Мое сердце переполняли и эйфория, и горечь одновременно. Мне хотелось плакать, и я уже не понимала от чего именно. Странное состояние выматывало, делая меня и самой счастливой, и самой несчастной…

От изнуряющих мыслей меня отвлек звонок на телефоне. Назар. Я радостно вспыхнула и взяла трубку.

— Ты уже дома, голубоглазая? — спросил он. Я услышала в мужском голосе улыбку. В животе тут же запорхали бабочки.

— Да, лежу в кровати.

— Я тебя не разбудил?

Я расслышала, как Назар щелкнул зажигалкой и закурил.

— Нет. Ты на улице?

— Я на балконе, — усмехнулся парень.

С недавних пор я полюбила балконы…

— Не спится? — спросила я. Как бы я хотела сейчас оказаться рядом с ним…

— Не спится, — эхом ответил Назар.

Мы помолчали. Я столько всего хотела сказать Назару, но не давала себе воли. Слишком рано. Пока Вадим не знает правды, я не имею права на эти слова.

— Я завтра приду, — тихо сказал Назар. Он боится, что я передумаю? Ни за что!

— Я буду ждать, — мой голос дрогнул.

Назар затянулся сигаретой. Я представила, как он медленно выдыхает дым и смотрит прямо на меня, слешка прищурив глаза…

— Ты даже не представляешь, как я этого жду… — сказал он.

От тихого голоса по коже побежали мурашки. Я откинулась на подушку и прикрыла глаза. Как же я хотела прямо сейчас поцеловать Назара…

Помолчав, он с сожалением добавил:

— Уже поздно, голубоглазая, тебе надо поспать.

— Тебе тоже, — вздохнула я. Чувствую, завтра будет безумно длинный день.

— Сладких снов, Уля. Буду думать о тебе, — протянул Назар, и от нежности в его голосе меня затопило теплой волной.

— Спокойной ночи, — прошептала я.

— Спокойной она точно не будет, — усмехнулся парень.

***

Утром я еще не успела очнуться ото сна, как образ Назара вспыхнул в моей голове. Он хочет быть со мной! Еще не проснувшееся сердце подскочило и пустилось в пляс. Встав с кровати, я раздвинула шторы и улыбнулась пасмурному ноябрю за окном. Как же я не замечала, какой он ослепительный!

Взяв телефон в руки, я замерла. Позвонить? Или это будет слишком навязчиво? Назар же сказал, что придет ко мне после пар. Наверное, он сейчас занят. Жарит свою божественную яичницу или моется в душе или даже вышел на пробежку. Думает ли Назар сейчас обо мне? Мне хотелось бы верить, что думает не переставая…

Напевая себе под нос, я собралась на учебу за рекордно короткое время. Позавтракав, я быстро вымыла посуду и, накинув куртку, выскочила на улицу. Молчавший телефон слегка нервировал. Но сияющее внутри меня солнце вытесняло все плохие мысли. Сегодня мы с Назаром увидимся, и ради него я готова быть смелой и решительной!

В универе я издалека я увидела группу Вадима, но его самого не было. Подойдя ближе, я поздоровалась. Парни, с которыми я виделась вчера у Вадима, были здесь.

— А Вадим решил прогулять? — улыбнулась я.

Парни как-то странно переглянулись. Один из них хмуро выдавил:

— Рано утром ему позвонили. Его подругу на Скорой увезли в больницу. Он поехал к ней.

До меня не сразу дошел смысл слов. Я смотрела на них и продолжала улыбаться. Подруга? Надеюсь, не…

— Лена? — хрипло выдохнула я. Воздуха стало катастрофически не хватать. Я просто не могла представить жизнерадостную рыжеволосую девушку в стерильных безликих стенах больницы.

— Да. У нее что-то с легкими, — мрачно сказал однокурсник Вадима.

Черт! Кровь отлила от головы, в ушах зазвенело. Господи, пусть всё будет несерьезно…

Трясущимися руками я достала телефон и набрала Вадима. Бесконечные длинные гудки. Пары уже давно начались, а я стола посреди опустевшего холла и побелевшими пальцами прижимала к уху телефон. Вадим не отвечал.

Чувствуя, как холод пробирается под кожу, я лихорадочно открыла номер Назара. Пожалуйста, пусть всё будет хорошо… Пусть всё будет хорошо… Это же Лена! С ней не может случиться ничего плохого!

Назар не отвечал.

Кажется, меня звали преподаватели, кто-то выкрикивал мою фамилию, но я продолжала упрямо набирать номера. Снова и снова. Ни Вадим, ни Назар трубку не брали… Я позвонила Лене. Абонент отключен.

Я чувствовала себя пьяной, мысли путались. Всё казалось страшным сном. Паника подступалась всё ближе. Куда ехать? Я не знала, в какую больницу отвезли Лену. Единственный выход — ехать к ней домой. Может, соседи знают…

Выскочив на улицу, я поймала какую-то попутку с подозрительным мужиком за рулем. Но меня это не волновало. Я пыталась справиться с дрожью в теле и успокоить себя. С Леной всё хорошо! Возможно, легкое недомогание, и медики Скорой, чтобы перестраховаться, отправили девушку в больницу. Такое же может быть? В больницу ведь отвозят не только серьезных больных?

Но почему Вадим с Назаром не берут трубку?! И кто позвонил с утра Вадиму? Назар или сама Лена?

Я нервно ёрзала на сидении и крутила во вспотевших руках телефон. Когда он вдруг зазвонил, я дернулась так, что водитель вздрогнул и забористо выругался.

Это был Вадим.

— Вадим, как Лена?! — мой голос дрожал. Пожалуйста, пусть всё будет хорошо…

— Лена в реанимации, — помертвевшим голосом ответил Вадим. — У нее отёк легких, ей сейчас откачивают жидкость.

Внутри всё оборвалось. Я судорожно вцепилась в телефон, будто он был моей единственной точкой опоры. Лена в реанимации. Мой мозг категорически отказывался в это верить. Это какая-то ошибка!

— Мы же видели ее вчера, всё было хорошо, — с каким-то ожесточением убеждала я. Кого? Себя? Вадима?

— Утром Лене стало плохо, и родители вызвали Скорую, — устало проронил Вадим.

Ему было хреново. Гораздо хуже, чем мне. Вадим знает Лену с детства, они родные люди… А Назар?! Каково ему?

Внутренности скрутило от боли.

— Назар там? — задыхаясь, спросила я.

— Да.

Я практически согнулась пополам на сидении. Меня будто засунули в большой полиэтиленовый мешок и оставили загибаться. Бессилие, боль, страх, неверие. У меня болело всё — и душа, и тело — от осознания того, что сейчас испытывает Назар.

Я должна быть рядом. Я должна принять на себя хотя бы тысячную часть его боли.

— В какой вы больнице?

— Первая городская.

Ответ Вадима прозвучал словно сквозь толщу воды. Я плохо воспринимала реальность.

— Я еду, — успела сказать я, прежде чем трубка выскользнула из одеревеневшей руки.

Телефон упал на пол автомобиля. Я медленно нагнулась за ним, удивляясь тому, как тело перестало слушаться меня.

— Девушка! Мне куда ехать? В больницу?

Резкий голос водителя — словно пощечина. Я выпрямилась.

— Да, первая городская, пожалуйста.

Мужчина с подозрением посмотрел на меня через зеркало. Мой голос звучал слишком ровно и спокойно.

Мне надо увидеть Назара. Узнать, как Лена.

У меня был план.

Этот план держал меня, когда я поднималась на третий этаж больницы. Когда я надевала бахилы и халат. Когда искала глазами знакомые лица. Он держал меня до последнего. Но весь мой план рассыпался в крошево, когда я увидела Назара.