ГЛАВА 15

Свой законный выходной провожу у Немцовой. С ней я хотя бы не думаю о кубиках пресса Серёгина и не воображаю, как он закидывает мяч в…В общем, мне удается отвлечься, а потом и встретиться с Сашей, поболтать обо всём и ни о чем. У нее легко получается, поднимать мне настроение и пристрастить к простому девчачьему общению. Перед тем как попрощаться, договариваемся, что в следующий раз сходим на мелодраму в кино и проревемся, как следует. Всю дорогу домой я слушаю музыку и сбрасываю десяток вызовов от Шведова. Настырный козел, вынуждает меня выключить телефон и забросить его в бардачок. На своем привычном парковочном месте замечаю белый «Гелендваген» и шиплю себе под нос, чтоб тот провалился под землю. Я так и знала, что Серый не отстанет. Не в его правилах. Без проблем зарулив в кармашек, выхожу из машины, ставлю ее на сигнализацию и, засунув ключи в карман, двигаюсь к Шведу. – Ты не понял, что я не хочу тебя видеть? – А ты до сих пор не уяснила, что я ненавижу отказы? Он держит руки в карманах свободных джинсов, а сигарета в зубах придает ему бандитский вид. Впрочем, он и есть бандит. Тюрьма давно по нему плачет. – Что тебе нужно? Уже поздно, я устала и хочу спать. Шведов выплевывает окурок, растирает подошвой ботинка и приближается ко мне, нацепляя хищный взгляд. – Я помогу тебе расслабиться, детка. Хочу отступить, но Швед ловко хватает меня за шею. – Отпусти. – Думаешь, подослала ко мне ублюдочных юристов в костюмах за полляма и уйдешь безнаказанной? – Ты чуть не сделал Ирку бомжихой. – Какое твое дело, а? Еще течешь по мне? – Да плевать мне на тебя, я за Ирку переживаю. – Вау, правда? – он больнее смыкает пальцы на моей шее, и я морщусь. – Она моя шлюха, так что не лезь. И дружка–мажора угомони. Или я попробую. – Не посмеешь. – Да ты что? – сигаретное дыхание Шведа окутывает мое лицо, а затем, он впивается в мои губы и меня чуть не вырывает недавно съеденным греческим салатом. – Отвали! – упираюсь руками в грудь Шведа, а он ржет и шипит мне в лицо, как змей. – Хочешь, чтоб я отстал от подружки? Стань моей куклой. Я буду трахать тебя, когда пожелаю, а Ирка жить и не тужить. Согласна? Я отталкиваю обнаглевшего парня, а его это только веселит. Понимая, что мне с ним не справиться, еще раз толкаю, и пока он выравнивает равновесие, подбегаю к подъезду. На площадке между вторым и третьим этажом, Швед настигает меня и швыряет в стену. Я зажмуриваюсь от боли, а он омерзительно скалится и ударяет мне в живот. Внутренности сворачиваются, и я не могу вздохнуть. Мой кашель вперемешку со всхлипами вызывает улыбку на бледном лице Шведова. Подойдя, он встряхивает меня и запускает руки под мою юбку. Секунда и я остаюсь без трусиков. Слезы льются ручьем, и я практически ничего не вижу. – Будь послушной девочкой, Орт или я за себя не ручаюсь. – Пожалуйста… – Поздно умолять. Надо было думать башкой, когда совалась ко мне. Я слышу звук расстегивающейся молнии и начинаю биться в истерике. Швед дает мне пощечину, и я замолкаю, ощутив вкус крови на губах. Немного погодя, он приподнимает меня и я чувствую, что вот–вот окажусь на его члене. Попытки отбиться нисколько не действуют. – Моя. Навсегда. – Чертит своим носом рваную линию вдоль моей скулы и прикусывает ее, находясь в предвкушении удовольствия. – Сука! – голос Никиты или мне мерещится? Я падаю на бетонный пол подъезда и убеждаюсь, что не обозналась. Никита швыряет Шведова с лестницы и быстро спускается, чтобы врезать ему ногой, а затем еще и еще. Из–за шока и слез, впадаю в ступор. – Ника? – Серёгин присаживается на корточки и его теплые ладони согревают мои щеки. – Посмотри на меня. Я медленно поднимаю голову, и он матерится так, что будь я вменяемой, заткнула бы уши. Взяв меня на руки, перепрыгивает ступеньку за ступенькой и, притормозив у нужной квартиры, ощупывает кармашки моей джинсовки. Найдя связку ключей, открывает дверь и переступает порог. Я плачу без остановки и жмусь к его груди. – Тише, – Никита молниеносно соображает, что надо бы смыть с меня следы Шведова и, зайдя со мной в ванну, ставит меня в кабину душа. Я качаюсь и обнимаю себя за плечи. – Скажи, где у тебя одежда? Я схожу, принесу, а ты пока раздевайся и врубай воду. Я молчу. Он опять ругается, но больше не пытает меня, а просто исчезает. Кое–как сбросив юбку, куртку и футболку, проворачиваю кран и вздрагиваю от прохладной воды, что льется из лейки. Несколько минут одиночества, и Никита снова показывается на глаза. Я не прикрываюсь от него, а гляжу в одну точку перед собой и изредка моргаю. – Так, давай–ка я тебе помогу. Серёгин закатывает рукава рубашки, тянется за мочалкой, основательно ее намыливает и проходится ею по моему обнаженному телу. Смыв пену, кутает меня в полотенце и уносит в спальню. Там укладывает в кровать и накрывает одеялом. – Хочешь чего–нибудь? – Побудь со мной. – Шепчу в ответ. – Ладно. Он устраивается позади меня и с долей неловкости, обнимает. Я чувствую его тепло и вмиг засыпаю. *** На часах почти семь утра, но я будто не спала. Лежу с открытыми глазами и пялюсь в потолок. Рядом сопит Серёгин. Я бесшумно разворачиваюсь и изучаю его, как нечто диковинное и удивительное. Он расслаблен и поэтому я провожу кончиками пальцев по его подбородку и касаюсь нижней губы. Почуяв прикосновение, Никита облизывается и издает милые звуки, похожие на сладкий лепет. – Спасибо. – Не за что. – Внезапно отвечает он, и я понимаю, что разбудила его. – Если бы ты не пришел, он бы… – Всё хорошо, Ник. Никита придвигается и теперь мы всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Я почти теряю сознание от его пьянящего одеколона. – Как ты оказался у меня? – Ты забыла скинуть документы по долбанной Кашире. – Черт, – я вздыхаю, – я совсем забыла. Навещала Иру, потом с Сашей зависла. – Да ладно, разберусь, – рука Никиты ложится на мое плечо и чуть сдавливает его, – главное ты в порядке. Можешь сегодня не приезжать в офис. – Мне надо отвлечься. – Я скину тебе работу по почте. Не выходи из дома. Он рассуждает как мой парень и переживает, чтобы со мной ничего не случилось. А точнее никого. Вспомнив Шведова, я начинаю дрожать. Ублюдок забрал мои трусики как трофей. – Хорошо. Поработаю дистанционно. Только снова слухи пойдут. Ты в курсе, что Машка в тебя влюблена? – В меня много кто влюблен, но я думаю, только об одной девушке. Я закрываю глаза и осмысливаю сказанные им слова. – Отдыхай, Ник. Я поехал. – Никита отползает от меня, поднимается и потягивается, широко расправив руки. В мутных рассветных лучах, он выглядит очень привлекательно, но я настолько обесточена, что хочется зарыться в одеяло и забить на всё. – Спасибо. – Я же сказал, хватит меня благодарить. Искренняя улыбка Никиты действует на меня как снотворное. Не замечаю, как проваливаюсь в сон, а он уходит. Хотела бы я проснуться и увидеть его, но вряд ли это возможно. У него свои дела и заботы, а у меня полный бардак и ломка, из–за поступка Шведова. Ненавижу! Желаю, чтоб он сдох!