Глава 58. Поединок

Гости в смятении расступались перед ней, провожая осуждающими взглядами и перешептываясь. Как только Джим произнесла имя наследника со всеми его титулами, Кассиан бросился за ней, а за ним Алисия и все остальные.

Арникус как раз остановился возле колонны, за которой пряталась Айелет, и готов был обнаружить себя, как вдруг мимо него пробежала Джим, а за ней Кассиан и все её друзья. Отправился следом.

— Райнер Сугури, — снова окликнула Джим наследника, оказавшись на улице.

Она остановилась. Двор выглядел плачевно: ворота валялись на земле, а демоны стояли под прицелом вампиров и оборотней, при этом последние находились в своём истинном обличье. Огромные животные довольно заворчали, завидя свою девочку, а вампиры хором прокричали: “Приветствуем деву ведающую!”.

Наследник медленно обернулся, чтобы посмотреть, кого они так встречают. Его догадка оказалась верной. На пороге храма стояла непокорная человечка.

“Да кто же ты такая есть?!”

И как только они встретились взглядами, девушка начала спускаться по ступенькам. Она шла, гордо подняв голову, и не отводила своего горящего взора от его лица.

— Я, Джим Эвелин Сен Ревилью дома Деф'Олдман, вызываю тебя на поединок. Но биться с тобой мы будем не просто до твоей первой крови, — выделила голосом последние слова, и горькая улыбка чуть тронула её губы. — А до тех пор, пока ты при всех не попросишь прощения за то оскорбление, что нанёс мне. Клянусь, стоя на этой священной земле, что прощу тебя и больше никогда не вспомню об этом.

Во дворе поднялся возмущённый ропот: асуры осуждали выходку человечки, а оборотни подобрались и настороженно оглядывались вокруг. Арникус подошёл к Кассиану и дотронулся до его руки. Но тот в ответ только недоумённо пожал плечами.

— Ах, ты ж, — Алисия бросилась к дракону. — Дар, скорее дай мою сумку. — Сегодня утром она переложила все необходимые вещи в один мешок, который был поменьше, и взяла с собой, но её спутник забрал его. — Я так и знала, что это обязательно пригодится. — Принялась копаться в мешке. — Я сейчас, — нырнула с головой, — я быстро. — И тут же радостно завопила: — Нашла! — Извлекла на свет посох — жезл. Не церемонясь, растолкала стоящих перед ней асуров и закричала: — Джим! — Девушка обернулась. — Держи, дорогая, свою игрушку, — и бросила его подруге.

Джим молниеносно переместились на траекторию полёта непонятного блестящего предмета, подпрыгнула и поймала его. И тут же, на глазах изумленной публики, жезл развернулся в её руках, превращаясь в грозное оружие. Девушка с лёгкостью прокрутила его, вспоминая забытое ощущение, переместила оружие в другую руку и тоже проделала несколько вращений, примеряясь. Вернула обратно в ведущую руку, выполнила сложный замах и с силой вогнала в землю. Не удержалась, подняла голову и счастливо засмеялась.

Стояла пронзительная тишина. Асуры застыли каменными изваяниями, кажется, даже забыли, как дышать. И тут по двору поплыл тихий говорок: “Она осмелилась бросить вызов наследнику Фириат”, “Он же убьёт её!”, “Она только что получила годы жизни и тут же решила расстаться с ними”. И лишь кто — то один произнёс с придыханием: “Насколько я знаю, такое оружие открывается только в руках мужчин!” И все в изумлении уставились на человечку, которая опиралась на магический посох и терпеливо ожидала решения.

— Я ведь тебя предупреждал, что никто не смеет меня унижать. Ты в своём уме? — Райнер постучал себе по виску, но было видно, что он выбит из колеи последними событиями. — Ты понимаешь, на кого ты свой рот открыла? Я наследник Фириат!

— Понимаю. — Она пошла к нему сама. — А я наследница дома Деф'Олдман, за моей спиной отогорские первородные оборотни. Если ты откажешься от поединка, я назову тебя трусом и расскажу каждому об этом.

— Конечно откажусь! — Закинул поводья на спину лошади и отвернулся. — Чтобы я ещё марал свою честь, связываясь с какой — то зарвавшейся девчонкой. — Повернулся и гневно рявкнул: — Знай своё место, человек! То, что ты породнилась с домом Расков, ещё не даёт тебе права голоса. Так что не бывать этому! Негоже сильному обижать слабого.

— Странно! — Одарила своего обидчика презрительным взглядом. — Но раньше тебе это не мешало истязать меня, правда, без свидетелей, — промолвила Джим, добавив язвительности в свой голос. — Я всегда знала, что ты трус. Потому что только трус может ударить женщину.

Кассиан зарычал и бросился к брату, но на его руках, одновременно с двух сторон, повисли Алисия и Арникус. Последний быстро зашептал ему на ухо:

— Позволь ей самой с этим разобраться; она теперь часть вашего рода, а такие вещи решаются в кругу семьи. — Сильнее надавил на локоть, заставляя посмотреть на себя: — Я понимаю твои чувства, с удовольствием сам прибил бы его за такое, но держи себя в руках. Она должна это сделать сама!

— Касс, — зашептала Алисия с другой стороны, боясь отпустить его руку. — Понимаешь, она не захотела, чтобы братья вышли друг против друга. Она решила сама его наказать. Нужно уважать её решение! — Кассиан кивнул, и девушка в ответ улыбнулась, но в её глазах пряталась тревога. — Доверяй ей!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ — Следи за тем, что ты говоришь. — Лицо Райнера исказилось в гневе. Джим удовлетворённо кивнула: она знала это выражение. — Никто не смеет назвать меня трусом, чтобы тут же не поплатиться своей жизнью. — Бросил гневный взгляд на единокровного брата. — Пожалей хотя бы его: он же только что поделился с тобой своими годами жизни. Я ведь ненароком могу убить тебя, а сдох… помрёте оба. — Отвернулся и принялся возиться со своими вещами.

— Ты слишком много разговариваешь, Райнер Сугури. — Джим следила за его руками.

Асур делал вид, что подтягивает подпругу и проверяет завязки на седельных сумках, а сам подвинул ножны так, чтобы в любой момент выхватить оружие, и незаметно вытащил серебристую сеть. Алисия, заметив это, вновь полезла в свой мешок, а через мгновение бросилась к подруге; не говоря ни слова, сунула той в руки киджар Аякара, хитро подмигнула и помчалась обратно.

— Я всё ещё жду твоего решения, — голос Джим звучал спокойно, почти безразлично. — Райнер Сугури, ты трус, а не мужчина.

Вокруг недовольно зароптали: кто — то осуждал девушку, а кто — то — поведение наследника.

— Ах ты дрянь, — процедил асур сквозь зубы, поворачиваясь к ней лицом. — Я же сказал тебе, никто не…

— Сын, — перебил его Инамих. Правитель смотрел сурово. — Прими бой, или признай себя трусом. Третьего не дано.

— Отец! — Райнер не мог поверить своим ушам.

— Инамих, — воскликнула Сильфия одновременно с сыном, дотрагиваясь до руки мужа. Она едва сдерживалась, чтобы самой не броситься между сыном и этой дерзкой девчонкой. Лихорадочно зашептала: — Останови это безумие! Если Райнер по нечаянности убьёт её, — она оглянулась, — нас разорвут эти звери. Мы сейчас не в том положении. — Взглянула на бастарда, который для неё навсегда останется незаконнорожденным, и никакие магические документы не смогут этого изменить. Зная любовь мужа к его младшему отпрыску, решила привести ещё один весомый аргумент: — И вспомни: если погибнет она, не станет и Кассиана.

— Думаешь, я этого не понимаю? — так же шёпотом проговорил Инамих, не отводя своего беспокойного взора от невестки. — Не знаю, что сделал наш сын, но очевидно, что между ними произошло что — то очень серьёзное. Эта девушка бросила ему вызов по всем правилам. — Серьёзно взглянул на жену: — У него нет выбора, Сильфия. — И снова обратился к сыну: — Райнер, дерись или признай поражение.

— Хорошо. — Наследник надменным взглядом обвёл присутствующих. — Каждый из вас знает, что может случиться, если я сейчас убью её. Вы будете моими свидетелями, что я предупреждал о возможности такого исхода.

— Смотри, как бы тебя самого не убили, — выкрикнула Алисия, окончательно потеряв терпение. Виновато посмотрела на друзей и юркнула за спину Дара.

Райнер выхватил эльфийский клинок из ножен и встал в стойку, снисходительно поманил к себе свою бывшую невесту. Взгляд девушки оставался холодным и изучающим, но улыбка слегка тронула её губы. И вдруг…

Это ощутили все. Демонам не дано перемещаться в тени, если, конечно, их стихия не дыхание смерти, как это было у Адагелия Оторонталия — её учителя в академии. Но зато каждый мог чувствовать, когда происходили разрывы в подпространстве. Инамих удивлённо повёл бровью, пытаясь определить точку выхода своей невестки, потому что это именно она с лёгкостью разорвала пространство и ушла в тень, но как — то странно, не исчезая полностью, а оставаясь тенью.

— Я, конечно, догадывалась, что это будет легко, — Джим молниеносно вынырнула из тени справа от наследника и слегка стукнула посохом по его лезвию. Райнер стоял с открытым ртом, но быстро справился со своим изумлением, поднял клинок для поединка. — Но чтобы настолько?.. — Отбежала на безопасное расстояние. Проделала несколько вращений посохом и привычно подхватила в правую подмышку, упираясь кистью в середину рукояти. Сделала два шага вперёд, слегка присела на левой ноге, отводя правую вбок. — Райнер Сугури, — громко проговорила она, — ты плохой воин. Мне будет легко выиграть этот бой.

Демон в гневе зарычал и моментально перешёл в боевую ипостась. Больше он медлить не стал, стремительно ринулся в нападение, позабыв о сети, которой сначала тоже хотел воспользоваться. Они столкнулись на середине — крылатый демон и человек, лицом к лицу: на одном — удивление и неуверенность, на другом — грусть и предвкушение отмщения. Мгновение рассматривали друг друга, а затем отскочили в стороны. Остановились на миг и, не сговариваясь, одновременно ринулись навстречу друг другу, закружились в безумном танце. Девушка моментально увернулась от мощного удара, раскрутила посох в руках и сама пошла в атаку. Удар, блок, новая серия ударов… Снова удар, посох ушёл влево и тут же рубящим движением вернулся назад. Поворот — и два мощных оружия — эльфийский клинок и магический посох — жезл — высекли сноп искр, заставляя зрителей вздрогнуть. Надо отдать должное, асур оказался искусным мастером, но девушка ему не уступала ни в чём.

Первый порез Джим нанесла ему под коленом правой ноги. Он был не глубоким, но если бы прошёл чуть выше, обязательно зацепил бы сухожилие; зная об этом, она специально смягчила удар. Второй пришёлся по левой руке. И каждый раз, как выскальзывала из подпространства, она наносила всё новые и новые раны. При этом, помня, что в сером мире тоже могут находиться её враги, она не заходила туда полностью, а лишь стояла одной ногой на тропе.

— Райнер, я жду от тебя извинений. — Джим нанесла удар по его спине. — Асур вскрикнул и отскочил в сторону, ошеломлённо осмотрел свою одежду, сплошь залитую кровью, и выругался. — И мы закончим этот бой.

— Никогда! — зло промолвил асур, бросаясь на девушку. — Тебе придётся убить меня.

— Хорошо, — согласилась Джим, встречая его удар. Закружилась вокруг него, выполняя какие — то немыслимые движения ногами и всё более ускоряясь.

Наследник едва успевал уворачиваться от мельтешащего перед глазами магического посоха, но всё же пропустил, недоглядел, получил ещё несколько новых порезов и ощутимый удар, который выбил весь воздух из лёгких. Затем последовала подсечка, и мужчина в ужасе понял, что лежит на земле, а лезвие упирается ему в шею. Побежала тонкая струйка крови. В глазах человечки, наклонившейся над ним, не было ни жалости, ни сочувствия. А ещё… там совершенно не было превосходства. Она просто свершила то, что однажды пообещала ему. И Райнер испугался.

— Да будет так! — произнесла Джим звенящим голосом, занося посох для последнего — решающего удара.

— Сыночек, — заголосила Сильфия, падая на колени. Инамих закрыл глаза и до боли стиснул зубы. А Айелет подбежала к Кассиану и уткнулась лицом ему в грудь, чтобы не видеть, как убивают её брата. — Скажи ей то, что она хочет. — Женщина в отчаянии заломила руки. — Умоляю!

— Прости меня! — закричал Райнер, выставляя перед собой руку в жесте защите и закрывая глаза. Лезвие посоха обожгло его щёку и вошло в землю возле головы.

— Я, Джим Деф'Олдман, прощаю тебя, Райнер Сугури. — Наклонилась и прошептала, глядя прямо ему в глаза: — Но я никогда не забуду того оскорбления, что ты нанёс мне. — В её глазах стояли слёзы. Нет, она хотела бы простить! Но ей и жизни не хватит забыть тот ужас, что она однажды испытала, когда её чуть до смерти не запороли в сиротском доме. И то унижение, что она испытала от наследника. — Надеюсь, мы больше никогда с тобой не встретимся!

Выпрямилась, посох послушно свернулся в жезл. Повернулась спиной к поверженному врагу и пошла к своей семье, друзьям — к тем, кто любил её такой, какая она есть.